Останься - Сарина Боуэн

– Так в чем дело? – спрашиваю я.

Мэтт все еще опирается о стол. Его нога в пяти дюймах от моего колена. Интересно, что бы он сделал, если бы я протянула к нему руку и провела рукой по его бедру. Не сказала бы, что я собираюсь. Это лишило бы меня звания странной фанатки и перекинуло бы в категорию психованных.

– Я думал о том, что ты сказала вчера в магазине, – начинает он.

Я хмурю брови. Я много чего сказала ему в магазине. И большая часть была нелепицей, потому что вид Мэтта Эриксона в исподнем превратил меня в мямлящую дурочку.

– О том, что ты никогда не ходила на свидания, – подсказывает он.

Мои щеки начинают гореть.

– Ах, это.

– Не знаю, но мне кажется, несправедливо, что ты никогда не бывала на настоящем свидании. – Он замолкает. – Подумал, что я мог бы это изменить.

Я чувствую, как стук сердца отдается в горле. О боже мой. Он зовет меня на свидание? Мэтт Эриксон зовет меня на свидание? На свидание? Мэтт Эриксон хочет, чтобы я пошла на свидание с ним? Мэтт Эриксон хочет пойти на свидание со мной? Мэтт Эриксон хочет…

Угомоните эту сумасшедшую!

Я глубоко вздыхаю и приглушаю панику.

– И у меня на примете есть кое-что увлекательное, – заканчивает он, а потом одаривает меня очередной улыбкой, от которой сердце так и замирает.

– Да? – Теперь сердцебиение ускоряется. Мне стоит отказать, верно? Бешеная фанатка – не лучшая пара этому мужчине. Ему нужна женщина, которая не будет называть его «Мат» и заикаться в его присутствии.

– «Риголетто», – торжественно объявляет он.

Я вытираю свои липкие ладошки о джинсы.

– О, я люблю итальянскую кухню. Но об этом ресторане никогда не слышала.

Он хихикает. У него глубокий низкий смех.

– Это опера, – поправляет он.

Я теряюсь.

– А. Это звучит…

– Ужасно? – подсказывает он. Уголки его губ тянутся вверх, пока, наконец, не выпускают смешок. – Да, я бы тоже для первого свидания предпочел что-то кроме оперы. Но сначала мы могли бы зайти, перекусить тапас. Это обязательное мероприятие для команды, но я понял, что, если возьму тебя с собой, там может быть даже весело. Нам нужно быть при марафете – я надену тот смокинг, который ты помогла мне выбрать. Во время оперы мы можем утешать друг друга, а потом нас ждет отменное угощение. – Он заманчиво поигрывает бровями и добавляет: – Да еще и бар в нашем распоряжении…^[16]

– Ты хочешь, чтобы я сопровождала тебя на ваше командное мероприятие… как пара? – медленно проговариваю я.

– Да. – Он потирает шею и снова смущается. – Ты хотела бы пойти?

Да да да да да да да да!

– Ага, почему бы и нет? – спокойно соглашаюсь я. Вот только это спокойствие граничит с безразличием, и он слегка хмурится, показывая, что мой легкомысленный ответ его не воодушевил. – Кажется, будет весело, – заверяю я его.

Теперь его губы изгибаются в улыбке.

– Превосходно. Это будет в следующую пятницу – заехать за тобой в семь?

– Было бы отлично. – У меня будет неделя откопать платье, в котором не стыдно появиться в опере. Потому что мне кажется, что мои простые платья с распродаж не подойдут для такого случая. Придется идти за помощью к Дженни!

– Славно. Вообще-то, теперь я жду этого с нетерпением. – В его взгляде читается какая-то искренность, теплота. И предвкушение.

– Потому что тебе удалось затянуть бедную простушку вместе с собой? – Я шучу, в основном потому, что едва выдерживаю его пристальный взгляд.

Глаза Мэтта – две серые льдинки – неотрывно смотрят в мои.

– Нет, потому что у меня получится провести с тобой какое-то время.

Вот так да. Я тоже не могу отвести от него взгляда. У меня есть чувство, что что-то сейчас происходит. Что-то необъяснимо личное и пугающе важное. При этом все, что мы делаем, – это смотрим друг на друга. А воздух тем временем едва не искрится от напряжения. Потом взгляд Мэтта осознанно опускается на мой рот. Я прикусываю нижнюю губу и замечаю, как глаза Мэтта вспыхивают желанием.

– Красотка. – Он медленно подвигается ко мне.

Одной большой рукой он хватает мою и помогает мне подняться со стула. И… О боже, я думаю, он собирается меня поцеловать.

Его рот приоткрывается, и он проводит языком по губам. Не знаю, готова ли я к такому. Я никого не целовала после расставания с Джексоном…

– Хейли, – прерывает нас голос у двери. – Мне нужно было поговорить с тобой о… Ой. Привет.

Только вспомнишь.

Джексон входит в мой кабинет без стука, в одной руке у него папка с документами, а во второй – кружка кофе. Мэтт плавно делает шаг назад, когда видит, что вошел мой бывший.

– Джексон! – взвизгиваю я.

Он морщит лоб.

– Простите, не хотел прерывать. Я не знал, что ты не одна. – Джексон внимательно осматривает Мэтта и старается понять, откуда это лицо ему знакомо. Мы с Джексоном часто смотрели игры «Торонто» вместе, и по телевизору, и вживую, поэтому он знает многих игроков. Несколько секунд спустя его озаряет.

– Подождите-ка, вы Мэтт Эриксон?

Молчание Джексона дает мне время вернуть самообладание, поэтому мой голос звучит спокойно и профессионально, когда я представляю их друг другу.

– Джекс, Мэтт – один из наших клиентов. Мэтт, это Джексон Эмери, совладелец «По пути».

Хоть я и говорила Мэтту, что работаю со своим бывшим, фамилия также говорит сама за себя. Я до сих пор не привыкла опускать «Эмери» и представляться просто «Тэйлор», как раньше. Я знаю, что стоило бы, но сама мысль о смене имени и всей бумажной волоките кажется такой… бесповоротной. Будто после этого мы разведемся… по-настоящему.

Но мы и так развелись по-настоящему.

Черт. Да. Я знаю, что это по-настоящему. Я просто полная дура.

– Приятно познакомиться, – вежливо говорит Мэтт. Он протягивает руку, и Джексон ее пожимает.

– Взаимно, – улыбается Джексон. – Круто, что у нас в клиентской базе есть профессиональный хоккеист.

– И кавалер Хейли. Мы идем с ней в оперу, – говорит Мэтт и подмигивает мне.

Джексон неодобрительно хмурится.

Я сглатываю. О боже мой. Почему Мэтт говорит это?

– Вы идете в оперу вместе? – Взгляд Джексона медленно перемещается с меня на Мэтта, а потом обратно. – С каких пор тебе нравится опера, Хейлс?

– Мне не нравится, – запинаюсь я. – Но…

– Я не оставил ей выбора, – заканчивает Мэтт.

– Я понял. – Джексон делает паузу. Когда он продолжает, его голос звучит язвительно. – Мелинда, кстати, настоящая фанатка оперы. Нужно будет как-нибудь сводить ее в театр.