От тебя бегу к тебе - Роберт Брындза

Около главного входа в наш театр толпились, поёживаясь, репортёры. А чуть в сторонке перетаптывались самые стойкие фанаты Райана Харрисона. Среди них были совсем юные девчонки, пара слащавых стариков и худой манерный парень, опиравшийся на ручки инвалидного кресла-каталки, в котором сидела небольшая светловолосая девушка. Они вежливо посторонились, давая нам пройти.

– Когда приедет Райан? – поинтересовался худосочный паренёк.

– Понятия не имею. Я – всего лишь уборщица, – соврала Никки, открывая дверь.

Возле худощавого паренька с креслом-каталкой звезду поджидали миловидная девочка лет двенадцати, не больше, и ее мама. Полнотелая и пышногрудая родительница в коротком, явно маловатом ей красном платье бесцеремонно схватила меня за руку:

– Бетани хочет подарить Райану Харрисону мягкую игрушку… – Толстуха подтолкнула локтем дочь.

Девочка протянула мне маленького плюшевого медвежонка, сжимавшего в лапах сердечко. И её лицо расплылось в беззубой умоляющей улыбке.

– Хорошо, – взяла я игрушку. – Я обязательно передам её актёру.

– Спасибо! – благодарно оскалилась Бетани.

Я вошла в фойе театра, где меня поджидала Никки.

– Нат, дорогуша! Не связывайся ты с сумасшедшими! – сказала она.

– Но эта девочка такая милая! – возразила я.

– Половина девятого утра, будний день, а она стоит в Сохо. А как же школа?

– Может, она завернула сюда по дороге в школу, – допустила я.

– Поверь мне, Нат, они такие же сумасшедшие, как и все остальные.

– Но ты глянь! – заспорила я. – Вон тот худой паренёк привёз свою подругу в кресле-каталке. Она сжимает в руках альбом для автографов.

Никки кинула взгляд сквозь стеклянную дверь и округлила глаза:

– Да это избитый трюк – привезти подругу в инвалидном кресле…

– Никки!!!

– Что Никки? Я четыре раза общалась с Брюсом Спрингстином^[18]. И знаешь как? Благодаря Конни Бувье…

– А кто такая Конни Бувье? – спросила я.

– Одна школьница в инвалидной коляске… Мы выследили Брюса во время его тура «Рожденный в США»… Нам даже удалось попасть в его гримерку. И никто не приставал к нам с вопросами, когда я толкала перед собой коляску с Конни. Все фанаты сумасшедшие, Нат! Запомни это!

Я опустила глаза на очаровательного маленького плюшевого медвежонка и последовала за Никки вверх по лестнице.

Сбор был назначен на половину девятого в репетиционном зале на четвертом этаже. Зал этот большой, с высокими потолками и без лишней мебели. Паркетный пол сверкает под лампами дневного света. А ряд окон на одной из стен закрашен черным цветом.

Когда мы вошли, Байрон, режиссер, расставляла посередине зала складные стулья в большой полукруг. Она кивнула нам в знак приветствия. На Байрон была надета футболка с принтом ZZ Top^[19], аккуратно заправленная в вареные джинсы с высокой посадкой. А свои серо-пепельные волосы, которые у нее длиной до талии, Байрон завязала на этот раз в хвост.

Нам очень повезло, что она согласилась ставить у нас «Макбета». Байрон – серьезная, деловая и требовательная режиссер. Родом она из Новой Зеландии. Но за ее плечами – огромный опыт. Она успела поработать во всех театрах Уэст-Энда.

В углу зала мы заметили Ксандера. Он ставил кипятильник на стол с пластиковыми чашками, чайными пакетиками и растворимым кофе. Парень сразу подошел к нам и похвастался клетчатым жилетом, который он специально надел по такому знаменательному случаю. Следом за нами в зал вошел наш режиссер-постановщик Крейг – низкорослый, темноволосый и довольно импозантный на вид мужчина, с озорным чувством юмора. Когда он смеется, а делает он это частенько, все его лицо оживает. Он, как и Байрон, – один из лучших профи в своем деле и поставил нам массу достойных спектаклей.

Байрон встала у двери, как только начали подтягиваться актеры. Они заходили в зал, говорили всем и никому «Привет» и устремлялись прямиком к столу с кипятильником. А налив себе чай или кофе, разбивались на небольшие группы за пустопорожней болтовней. Когда в зал вошел Райан, атмосфера сразу изменилась. Все затихли и немного напряглись в боевой готовности. Райан заявился на репетицию в сером тренировочном костюме с рюкзаком за плечами. Байрон пожала актеру руку и завела с ним разговор.

- У, да он выглядит реально напуганным, - сказал Ксандер.

- Ты не говорила, что он такой коротышка! - добавил Крейг.

- Голливудские звезды как рождественские елки. Платишь за каждый фут роста. - насмешливо сказала Никки.

- Эй, вы там, потише! - прошипела я.

В зал неспешной плавной походкой вошла высокая темноволосая девушка и присоединилась к разговору Райана и Байрон.

- Нет, вы гляньте! Леди Макбет выше Райана на целый фут!^[20] - указал на нее пальцем Крейг. - Нам надо будет решить этот вопрос с костюмерами. Или обувь ему на каблуке, или большую корону на голову...

- Это круто, Крейг, - сказала Никки. - Леди Макбет могла бы пошутить над тем, что в постели все одного роста.

- В песню новых слов не вставишь, - перефразировал известную пословицу Крейг и, изобразив на лице притворное негодование, авторитетно заявил: - Нельзя добавлять реплики в авторский текст.

В этот момент Райан обернулся, улыбнулся и подошел к нам.

- Привет, ребята, что новенького? - сказал он.

- Мы как раз говорили о том, как мы рады, что ты с нами. Здорово иметь такого классного актера в своей команде! - сказала я. В зале установилась тишина. Похоже, все решили, что я начала говорить речь. И мне не осталось ничего другого, как её произнести:

- Всем привет! Всем доброго утра! Пожалуйста, не церемоньтесь! Берите чай или кофе. Для тех, кто ещё нас не знает, я - Натали Лав, директор и худрук театра. Это Никки Батгейт, глава нашего отдела рекламы, а это Ксандер Кемпбелл, наш администратор...

Все актеры поприветствовали нас рукоплесканиями. Никки выступила вперед и присела в легком реверансе под дружный взрыв смеха. Я усмехнулась и продолжила:

- Мы с Никки основали этот театр пять лет назад. И мы очень взволнованны из-за того, какой резонанс получила у публики эта постановка. Билеты на все спектакли практически распроданы. И в этом большая заслуга нашего невероятно одаренного Райана Харрисона.