Корабль мечты - Лука Ди Фульвио

Джудитта смеялась сквозь слезы.

– Пап, какой же ты грубиян! – Она обняла Исаака. – Но я все равно тебя люблю… Сильно-пресильно. – Девушка отстранилась и заглянула отцу в глаза. – Ты уверен, что не хочешь поехать с нами?

Исаак отвел глаза.

– Девочка моя… Я…

– Когда птенец учится летать, ему суждено покинуть родное гнездо. Так устроен этот мир, – тихо сказал Меркурио.

– Что за чушь ты несешь, мальчик? – напустился на него Исаак, чтобы скрыть свою растроганность.

Меркурио протянул руку и сжал ладонь Джудитты. Он молча посмотрел на свою избранницу и кивнул.

Джудитта передернула плечами, не зная, что ей делать. Возможно, она ко всему еще и боялась, что не понравилась Анне.

– Меркурио рассказывал мне, какая ты красавица, но… – начала дель Меркато, но тут же осеклась и покачала головой. – Ох, я даже не знаю, что и сказать! – Она закатила глаза. – Почему-то всегда кажется, что в такие вот мгновения любой может подобрать подходящие слова. – Она смущенно улыбнулась. – Даже такая простая женщина, как я, казалось бы, могла… Ох, что же это я такое болтаю! – вновь осеклась она. И двинулась к Джудитте. – Иди сюда, давай я обниму тебя, девочка моя. И все.

Немного смутившись, Джудитта позволила заключить себя в объятья.

– Да-да, я знаю, ты уже не маленькая девочка, – шепнула ей Анна, отстраняясь и проникновенно заглядывая в глаза. – Просто мы боимся больше, чем вы… дети. Прости… – Ее голос сорвался.

И тогда, к всеобщему изумлению, Джудитта вдруг троекратно расцеловала Анну. Нисколько не смущаясь и не колеблясь.

– Первый поцелуй – моей матери, которую я никогда не знала. Второй – моей бабушке, по которой я так скучаю. И третий – тебе, потому что ты мать Меркурио и я знаю, скольким тебе обязана.

Анна покраснела от растроганности и сглотнула, сдерживая слезы. Взяв себя в руки, она повернулась к Меркурио.

– Теперь я спокойна. Она хорошо о тебе позаботится.

Джудитта почувствовала, как у нее сперло дыхание. Она старалась не смотреть на Анну, чтобы не разрыдаться. Да и Анна едва не расплакалась, потрепав Меркурио по мокрым от пота волосам. Когда ее рука коснулась его лба, дель Меркато заметила, что кожа мальчика слишком горячая.

– Да ты весь горишь! – обеспокоенно произнесла она.

– Конечно, он весь горит! У него же жар! – не сдержался Исаак. – Какая неожиданность!

Анна покосилась на Джудитту.

– Повезло тебе, что ты отсюда уплываешь. А мне с ним тут еще жить.

Джудитта рассмеялась, но тут же расплакалась вновь.

Она обняла отца, и тот крепко прижал ее к себе.

– Ты всегда была моей маленькой доченькой и навсегда ею и останешься, – шепнул он Джудитте на ухо. – Никогда не забывай об этом.

Джудитта, всхлипывая, кивнула.

– Мне жаль портить такой момент, но если мы не отчалим в ближайшее время, то нас найдут, – напомнил Ланцафам.

Исаак отстранился от Джудитты и потрясенно уставился на своего друга.

– Вы только что сказали «мы отчалим», капитан? – ошеломленно переспросил он.

– Я изменил Светлейшей Республике, – объяснил Ланцафам. – Не то чтобы я сожалел об этом… но, честно говоря, я предпочел бы, чтобы моя голова еще хотя бы пару лет не разлучалась с телом. – Он обвел взглядом матросов на палубе. – Кроме того, этим безумцам точно понадобится человек, который умеет владеть мечом.

Исаака захлестнули волны боли.

– Значит, сегодня я потеряю еще одного важного для меня человека, – печально произнес он. – Что ж, тогда перепоручаю ее вам. – Исаак указал на Джудитту.

Ланцафам торжественно кивнул.

– Я в долгу перед тобой, доктор. В конце концов, ты исцелил меня.

– От чего? – опешил Исаак.

– От пристрастия к вину.

– Это исключительно ваша заслуга, капитан, – возразил доктор.

– Нет, – покачал головой Ланцафам. – Ты указал мне путь.

– Следовать своему решению день за днем, – улыбнулся Исаак, припоминая их разговор. – И тогда все получится.

– Да. И все получилось.

В воцарившейся тишине оба мужчины долго смотрели друг на друга. Все присутствующие знали, как крепка их дружба.

– Вот, Меркурио, надень-ка это, – нарушил торжественное молчание Жуан, словно из ниоткуда появившийся на палубе.

Мозье радостно залаял. Исаак повернулся… и на мгновение утратил дар речи.

– Поверить в это не могу! – воскликнул он.

Жуан сжимал в руке засаленный кожаный мешочек, об который неплохо уже обточило зубы само время.

– Поверить не могу… – повторил доктор.

Джудитта была потрясена не меньше отца.

– Все твое лекарское мастерство не сравнится с силой этого амулета, – гордо сообщил Исааку Жуан. – Тот, кто создал этот амулет, был настоящим доктором, не то что ты. Благодаря ему я за все эти годы ни разу не переболел цингой. Он называется…

– Амулет святого Калонима… – прошептал Исаак.

– А, так ты тоже о нем слышал? – обрадовался Жуан. Старик повернулся к Меркурио. – А ты, верно, и не знаешь, что этот амулет создал один врач, который узнал последнюю волю святой, замученной язычниками, и тогда…

– Как ты можешь верить в такую чушь? – расхохотался Исаак.

– А я вот верю, – возразила Джудитта. – Папа, неужели ты не видишь, что это знак? Сам Хашем благословляет нас. – Девушка улыбнулась. – Может быть, это последний уцелевший амулет святого Калонима… и он будет напоминать мне о тебе. Теперь я уверена, что ты всегда будешь рядом со мною.

Исаак обнял ее и тоже улыбнулся.

– И правда странно… Но давай все же не впутывать в произошедшее Господа, – добродушно протянул он, а потом наклонился к уху дочери. – Я не хочу, чтобы ты помнила, будто я всего лишь мошенник.

Тем временем Жуан повесил на шею Меркурио амулет – тот самый амулет, при помощи которого Исаак долгие годы зарабатывал себе на жизнь.

– Пованивает… – пожаловался Меркурио.

Исаак громко рассмеялся.

– Наверное, это запах козьего дерьма, – шепнул он Джудитте, и та пихнула его локтем под бок.

Солнце медленно кренилось к крышам Венеции. Над кораблем повисла тяжелая тишина. Все молчали, повесив головы.

Пришло время.

– Нам пора, – сказала Анна дель Меркато. – Скоро стемнеет.

Меркурио смотрел на нее сквозь пелену слез. Женщина подошла к нему, провела пальцем по его бровям, поцеловала в лоб.

– Я горжусь тобой… отец Венцеслао да Уговицца. – Затем она подошла к сходням и первой покинула корабль.