Игра по ее правилам - Сильвер Джеймс

Куин отчаянно нуждалась в отпуске. По плану он должен был начаться через день. Последнее, что ей сейчас было нужно, – это увидеть Дикона. Ее разум отключался всякий раз, когда он томно смотрел на нее своими синими глазами или когда уголки его губ поднимались в дразнящей улыбке.

Она злилась на него. На всю его большую семью. Ей нужно ухватиться за чувство злости и негодования, если она хочет поскорее закончить работу над этим делом и отправиться в долгожданный отпуск.

В деле наконец произошел сдвиг.

Бриджер Тейт и Кэш Баррон разыскали Аманду Брукс, мать Ноэль. Мужчины задавали девушке вопросы в присутствии Куин и сотрудницы службы опеки и попечительства.

Аманда была совсем юной. Ей недавно исполнилось восемнадцать. Отец ребенка давно ее бросил. Поначалу она утверждала, что Дикон отец Ноэль, но Бриджер разоблачил молодую женщину, спросив ее о родимом пятне Дика. Аманда принялась подробно его описывать, и была уличена во лжи, поскольку у Дика не было родимых пятен.

Тогда девушка разразилась слезами и призналась, что она просто хотела дать Ноэль шанс на лучшую жизнь. Дикон – ее любимый певец. Идея оставить малышку у автобуса «Сыновей Нэшвилла», назвав Дика в записке ее отцом, пришла ей в момент отчаяния. Сотрудница службы опеки сказала, что хотя автостоянка не входит в перечень указанных в законе безопасных мест, где родитель в трудных обстоятельствах может оставить ребенка, но незадачливая мать не будет привлечена к уголовной ответственности, поскольку она действовала из лучших побуждений и знала, что малышку быстро найдут.

Представительница службы опеки пришла к выводу, что Ноэль нужно поместить в приют, пока Аманда будет проходить социальную адаптацию. Бриджер и Кэш не были согласны с таким решением. Куин вспомнила, как Дик сказал Ченсу по телефону, что собирается удочерить Ноэль. Бедная девочка-подросток не могла тягаться с Диконом и его влиятельной семьей.

Аманда быстро это поняла. Сегодня утром она позвонила сотруднице службы опеки и заявила, что по собственной воле отказывается от своих родительских прав, чтобы Дикон смог удочерить Ноэль. Куин предвидела такой поворот событий. Нельзя было допускать, чтобы Дикон Тейт добился своего, и Куин была рада, что служба опеки считала так же. Что она настояла на экстренном судебном слушании, чтобы лишить Дикона права временной опеки. Хотя Куин видела, как он привязался к Ноэль, ее по-прежнему выводило из себя, когда люди пользовались своим богатством и влиянием.

Сегодня она в последний раз увидит этого невыносимого человека. Билеты на самолет куплены, номер в пятизвездочном отеле забронирован. Завтра утром она улетает на горнолыжный курорт. Завтра вечером она будет сидеть у камина, потягивать аперитив и общаться с другими отдыхающими.

Но сейчас она сидит за рулем своей патрульной машины и едет к Дикону Тейту. Она не хотела снова его видеть. Не хотела давать ему возможность снова ее поцеловать. Именно поэтому она ранее попыталась ему позвонить и сообщить, что с завтрашнего дня приезжать справляться о благополучии Ноэль будет другой человек. Ей не удалось до него дозвониться, и она, оставив голосовое сообщение, забеспокоилась. Что, если Дикон узнал об экстренном слушании и сбежал, забрав ребенка?

Это было глупо. Так же глупо, как беспокоиться о том, что с ним могло что-нибудь случиться. Что он мог поскользнуться в ванной, удариться и потерять сознание. Почему ей лезут в голову эти дурацкие мысли?

Потому что она, похоже, привязалась к Дикону и малышке.

Напуганная этим открытием, она сказала себе, что завтра сядет в самолет, и ее не будет здесь семнадцать дней. За это время она выбросит Дика из головы, а Ноэль будет под защитой службы опеки. К тому моменту, когда она вернется в Оклахому, Дик найдет себе другую женщину для поцелуев.

Приближаясь к знаку «стоп», Куин нажала на тормоз, и задние колеса ее автомобиля завихляли. Когда она только отправлялась в путь, шел небольшой дождь со снегом. Сейчас снегопад усилился, и видимость ухудшилась. Ей оставалось лишь надеяться на то, что к завтрашнему утру погода наладится, и ее рейс не отменят.

Убедившись, что ни слева, ни справа нет автомобилей, Куин проехала перекресток. Шоссе было скользким, но, к счастью, через полмили она свернула на извилистую гравийную дорогу, ведущую к дому Дикона. Правда, к этому моменту костяшки ее пальцев побелели оттого, что она крепко вцепилась в руль, а дворники едва справлялись с густыми хлопьями снега, падающими на лобовое стекло.