Эгоист - Ви Киланд

Эмери

– Могу я задать тебе личный вопрос?

– Нет, – быстро отрезал Дрю.

– Нет? – Я разочарованно скривила губы. – Знаешь, как правило, когда люди сидят за обеденным столом и болтают, если один спрашивает, можно ли кое о чем спросить, другой обычно отвечает согласием. Правила хорошего тона, ты о них когда-нибудь слышал?

– У меня свои правила. Когда меня спрашивают, можно ли задать вопрос, я обычно отвечаю отказом.

– Но почему?

– Потому что, если тебе потребовалось мое разрешение на то, чтобы что-то спросить, значит, это, скорее всего, будет вопрос такого рода, на который я в любом случае не захочу отвечать.

– Но как ты узнаешь это, если даже не выслушаешь вопрос?

Дрю откинулся в кресле.

– Ну и о чем ты меня хочешь спросить, Эмери?

– Теперь мне что-то расхотелось что-либо узнавать у тебя.

Дрю пожал плечами и одним глотком допил пиво.

– Нет так нет.

– В твоей жизни что-то случилось, из-за чего ты так негативно относишься к семейным отношениям?

– А говорила, что тебе расхотелось спрашивать.

– Я передумала.

– Ты как заноза в заднице. Знаешь об этом?

– А ты циничный, желчный наглец, вот мне и хочется узнать, что сделало тебя таким.

Как ни пытался Дрю это скрыть, но я все же заметила, как скривился уголок его губ в некоем подобии улыбки.

– Ладно, расскажу тебе, почему я такой желчный наглец, если ты соизволишь рассказать мне, каким образом ты стала занозой в заднице.

– Но я вовсе не считаю себя занозой в заднице.

– Может, тебе стоит сходить к психологу и он вытащит из тебя все это дерьмо?

Я смяла салфетку и швырнула ему в лицо, угодив точно в нос.

– Поступок зрелого человека, – невозмутимо заметил он.

– Никакая я не заноза в заднице. Просто ты заставляешь меня вести себя так.

Он ухмыльнулся.

– Но какая великолепная, смею заметить. И если уж разговор зашел об этой части тела, могу помочь тебе расстегнуть молнию, если ты наелась, чтобы тебе было удобнее.

Вот ведь самоуверенный нахал.

– Вижу, ты никогда не перестанешь напоминать мне о моем позоре в нашу первую встречу, так ведь?

– Даже не надейся.

Я потягивала мерло, чтобы добро не пропадало, но, если честно, в меня уже ничего не лезло, так как я до отвала наелась чудовищным по размерам гамбургером, который Дрю мне заказал. Честно говоря, я только и мечтала поскорее добраться до дома и расстегнуть юбку, хотя и не собиралась признаваться в этом Дрю.

– Итак, вернемся к моему исходному вопросу. Почему ты так скептически относишься к семейным отношениям?

– Я с утра до ночи занимаюсь разводами. Довольно трудно сохранить позитивный взгляд на семейные отношения, если постоянно являешься свидетелем измен, лжи, воровства, когда имеешь дело с людьми, которые поначалу жили в любви и согласии, а теперь получают удовольствие, заставляя друг друга страдать.

– Значит, твой цинизм связан с профессиональной деятельностью. А у тебя самого не было отношений, которые могли бы так ожесточить?

Дрю какое-то время смотрел на меня, поглаживая большим пальцем свою полную нижнюю губу и, как мне казалось, обдумывая ответ. Я невольно следила за его пальцем. Черт, до чего же красивые у него губы. Я представила, как они прижимаются к моим губам с жадным поцелуем.

К счастью, подоспела официантка и прервала мои излишне смелые фантазии.

– Не желаете ли еще чего-нибудь? – спросила она.

Дрю взглянул на меня:

– Может, возьмем какой-нибудь десерт?

– Нет, спасибо. В меня уже ничего не лезет.

Дрю повернулся к официантке и сказал:

– Просто принесите чек. Спасибо.

Она забрала наши тарелки, а когда ушла, на минуту повисло неловкое молчание. Он так и не ответил на мой вопрос, и я уже подумала, что Дрю постарается снова сменить тему разговора. К моему немалому удивлению, он все же ответил:

– Я разведен. Наш брак длился пять лет.

– О, понятно… прости.

– Это не твоя вина.

Я видела, что это признание далось ему с большим трудом, и по-хорошему его следовало бы оставить в покое, и все же я не смогла удержаться от вопроса:

– Это были отношения на расстоянии?

– Не в физическом смысле. Так что нынешний мой скепсис в отношении твоих клиентов обусловлен профессиональным опытом в бракоразводных делах. Основная причина, по которой люди в конечном итоге оказываются у меня в офисе, – они слишком мало времени проводят вместе.

– Готова признать, что большая часть проблем моих клиентов связана именно с этим. Не всегда речь идет о супругах, разделенных расстоянием, как те, беседу с которыми ты слышал сегодня, но в большинстве случаев семейные пары действительно мало времени проводят вместе. Они либо слишком заняты работой и им не хватает времени друг для друга, либо каждый живет своей жизнью, как это было до брака.

– Послушай, а ведь мы занимаемся похожими делами. Подумай, может, тебе стоит предлагать своим подопечным мою визитку, когда твои методы не срабатывают?

Я вытаращила на него глаза:

– Ты, наверное, шутишь?

Медленная улыбка расползлась по его лицу, и он, подмигнув, сделал глоток пива.

– Конечно, шучу.

Официантка принесла счет, и Дрю вытащил кошелек. Я полезла было за своим, но он меня остановил:

– Не забывай, обед сегодня за мой счет. В качестве компенсации за то, что вел себя как полный придурок.

– Ну тогда спасибо. Остается только надеяться, что ты будешь часто вести себя как полный придурок, – съязвила я. – Тогда мне, может быть, удастся заново скопить десять тысяч.

Дрю поднялся, подошел ко мне и отодвинул мой стул, когда я встала.

– Вот уж с чем проблем не будет. Я веду себя так ежедневно.

* * *

Замок на двери моей квартиры был довольно мудреный. Мне пришлось повернуть ключи несколько раз, а затем потолкать их вперед-назад, пытаясь нащупать правильное положение, чтобы язычок замка сдвинулся с места. Видимо, Болдуин услышал, как я звеню ключами. Дверь соседней квартиры открылась.