Исчезнувшая герцогиня - Барбара Картленд

— Ткачей тартана? — удивилась Фиона.

— Разве вам не рассказывали о том, как наш герцог нанес удар по безработице? Практически в каждой из расположенных на его землях деревушке он организовал небольшое производство. Теперь все необходимое для жизни изготавливается на его территории. Клан получил большую независимость от посторонних, а деревенские люди — работу. — Граф улыбнулся.

— Я об этом не слышала. — Фиона пожала плечами. — Должна признать, идея замечательная!

— Согласен с вами, — кивая, ответил граф. — Открою вам маленький секрет: я собираюсь воспользоваться примером герцога. Попробую применить ту же тактику в организации жизни собственной земли.

Они медленно пошли вперед по траве.

— Оказывается, интересы герцога выходят за рамки этого замка, — задумчиво воскликнула Фиона. — Мне очень приятно об этом узнать. У меня начало складываться впечатление, что жизнь герцога изолирована от внешнего мира, и я забеспокоилась о Мэри-Роуз.

Граф ничего не ответил, и она продолжила:

— Не хочу осуждать герцога. Просто, пробыв здесь неделю, я не увидела ни одного посетителя. Кроме вас и леди Мораг, конечно. Герцогские дворы всегда представлялись мне шумными, гостеприимными, ассоциировались с массой людей и увеселительными мероприятиями.

Опять последовало молчание, и она вопросительно взглянула на графа.

Тогда он медленно заговорил:

— Я был уверен, что по пути в Шотландию мистер Мак Кейт вам все объяснил.

— Что вы имеете в виду?

Граф внимательно посмотрел на нее, и ей показалось, в его взгляде отражается сильное удивление.

— Неужели вы ничего не знаете?

— Признаться честно, я не имею и малейшего понятия, о чем идет речь, — Фиона смущенно пожала плечами.

— Тогда мне следует рассказать вам обо всем, — сказал граф. — Хотя я в полной растерянности…

— Что вы собираетесь мне рассказать? — Фиона непонимающе захлопала ресницами.

— Хочу объяснить вам причину столь замкнутого образа жизни моего друга Эйдена, объяснить, почему здесь не бывает посетителей, почему замок выглядит настолько одиноким, — ответил граф.

— Я думала, в окрестных местах живет множество соседей, владельцев других имений, — пробормотала Фиона.

— В этом вы не ошиблись. — Граф кивнул. — Эту часть страны населяют многие известнейшие в Шотландии семьи — Гамильтоны, Брюсы, Оджильви. Ко мне все они относятся невероятно дружелюбно.

Он ухмыльнулся.

— Обычно мне присылают массу приглашений, мисс Уиндхэм. Я просто не в состоянии посетить всех, от кого они приходят.

Фиона не удивилась. Граф был очень милым и доброжелательным человеком, интересным и внимательным собеседником, обладал редким обаянием.

— Тогда почему же… — Она не закончила начатую фразу, но он понял, что ее интересует.

— Эйден относится к другой категории людей.

— Сторонится людей, занят собственными проблемами? Вы это имеете в виду?

Граф покачал головой.

— Вовсе нет. Лет десять назад Эйден был одним из наиболее общительных и жизнелюбивых молодых людей, когда бы то ни было известных мне. Они с братом очень походили друг на друга, но Иан был младше, поэтому я мало общался с ним.

— Почему же тогда герцог так сильно изменился? — спросила Фиона.

— Это произошло с ним после женитьбы. Наверняка Иан рассказывал вам, как ужасно несчастлив был в браке его брат.

Дженет Мак Дональд представляла собой истинного дьявола в женском обличий.

— Мак Дональд? — воскликнула Фиона. — Значит, она доводилась родственницей леди Мораг?

— Была ее младшей сестрой. А вы об этом не знали? — Граф прищурился.

— Герцог представил ее мне как кузину. Почему он не назвал ее свояченицей?

— Эйден тщательно избегает упоминаний о супруге, — пояснил граф. — Кроме того, леди Мораг была замужем за его кузеном.

— Прошу вас, расскажите мне обо всем, — взмолилась Фиона. — Мне это очень важно: хочу избежать недоразумений.

— Я начинаю сожалеть, что вызвался взять на себя эту миссию, — признался граф, печально глядя вдаль.

— Пожалуйста! — не отступалась Фиона. — Вы уже о многом упомянули. Как после этого вы можете оставить меня в неведении?

— Нет-нет, я не намерен так поступать с вами, — заверил он ее. — К тому же я убежден, что вы должны знать эту историю.

Граф помолчал, настраиваясь внутренне на нужный лад, и начал рассказывать:

— Эйден женился на Дженет Мак Дональд. Старый герцог и глава клана Мак Дональдов договорились о заключении этого брака. Если бы кто-то объявил конкурс на самую неподходящую пару, Эйден и Дженет несомненно выиграли бы в нем!

— Я всегда находила вступление в брак с человеком, выбранным для тебя родителями, варварством! — заметила Фиона.

— Я согласен с вами, — ответил граф. — Но ценой этой свадьбы было возвращение отвоеванной некогда Мак Дональдами земли Рэнноков на севере. А для старого герцога лишь это имело значение.

— Поэтому им и пришлось страдать, — пробормотала Фиона.

— Эйден изменился до неузнаваемости, — продолжил граф. — И у него были на то причины. Дженет во многих отношениях казалась ненормальной, она превратила его жизнь в настоящий ад. А потом неожиданно исчезла.

— Как это произошло? — поинтересовалась Фиона.

— Никто ничего не знает. — Граф развел руками.

— Мистер Мак Кейт рассказал мне, что герцогиню разыскивали повсюду, что проверили все возможные места, куда она могла направиться, — сказала Фиона.

— Совершенно верно. Насколько я понимаю, мистер Мак Кейт не упомянул о главном: Эйдена стали подозревать в причастности к исчезновению герцогини.

Фиона резко остановилась и уставилась на графа.

— Вы намекаете на то, что люди подозревают его светлость в… в убийстве герцогини?

— Никто не осмеливается назвать это своим именем, по крайней мере в разговоре с ним. Но подозрение это лишь разрастается с годами. Большинство проживающих в окрестностях людей считают, что Эйден убил герцогиню в порыве ярости, а потом каким-то образом избавился от тела.

Граф замолчал.

— Я всегда ненавидела герцога за его отношение к брату, — медленно произнесла Фиона. — Но вряд ли поверю когда-нибудь в то, что он убийца.

— Я рад слышать от вас подобное. — Граф с облегчением вздохнул. — Что касается меня, я глубоко убежден, что Эйден не способен убить кого бы то ни было, особенно женщину. Это противоречит его сущности.

— Вы верите в его порядочность, — задумчиво сказала Фиона. — Поэтому не боитесь появляться здесь?