Сила мечты - Алина Кускова

Чего нельзя было сказать о Вороне – мамы рядом с ним не было, а отец жил слишком далеко. Лелька часто забывала, что Ворон помимо тети еще живет с младшим братом. Он редко попадался ей на глаза, хотя учился в одной с ними школе. Пятиклассники всегда старались обходить старшеклассников стороной. А Никита к тому же никогда не хвастался своим старшим братом. И Ворон мало рассказывал о брате. Лелька знала, что отцы у ребят были разные, только мать одна. Но братья дружили, их сплачивало общее горе. Куда делся отец Никиты, Лелька не знала. Ворон говорил, что он пропал после того, как брат родился.

В тот вечер Лелька с Вороном собирались гулять в парке, где обычно тусовались ребята, желавшие научиться играть на гитаре. Их компания, в которой неизменно присутствовали Ира и Джек, собиралась в беседке. Мальчишки разучивали гитарные аккорды, девчонки сидели рядом и подпевали несложные песни. Лелька на такие посиделки не наряжалась. Она надевала джинсы с кроссовками, футболку и куртку и ждала Ворона. Он всегда заходил за ней после семи часов.

Но в тот вечер Ворон пришел раньше. Когда Лелька открыла ему дверь, то сразу поняла – что-то случилось.

– Что случилось?!

– Ничего страшного, – попытался успокоить ее Ворон. – Только я думаю, что Никитос пропал.

– Как это пропал? – всполошилась Лелька. – Как он может пропасть?!

– Не вернулся из школы.

Пятиклассников отпускали раньше, Лелька прикинула: Никита должен был прийти домой в два часа дня. В два! А сейчас уже седьмой час.

– Может быть, он задержался где-то, играя с мальчишками в футбол? – предположила Лелька.

– Нет, – покачал головой Ворон, – я обошел все окрестности, Никитоса нигде нет. А его друзья сидят дома и зубрят домашнее задание.

– Тогда…

Лелька не понимала, чем она может помочь! Но она должна была это сделать, потому что неприятность… ах, только бы это была мелкая неприятность, случилась у самого близкого ей человека.

– Знаешь, Макс, – сказала она, беря его холодную ладонь в свои теплые руки, – мне однажды так от мамы досталось! Я пришла из школы раньше и спряталась в шкаф. Мама прибегала на обед, чтобы покормить меня супом, а мне суп есть ужасно не хотелось. Я хотела испугать ее совсем немного и потом выйти из своего убежища. Но мама сильно испугалась, принялась звонить друзьям и знакомым, а потом бросилась меня искать по городу. Я не знала, что делать! Меня искали два часа, пока Нелька Захарова не сказала, что видела, как я заходила в свой подъезд. Мама прибежала домой и увидела, как я выхожу из шкафа… Уф, мне тогда досталось! И я тоже училась в пятом классе.

– Ты думаешь, он где-то прячется? – хмуро спросил Ворон.

Лелька пожала плечами.

– Скорее всего. Ну, не украли же его, чтобы взять у вас выкуп!

– Да, с нас взять нечего, – усмехнулся Ворон.

– У всех свои жизненные ценности, как говорит мой папа.

– Правильно он говорит, – вздохнул Ворон. – Только, видимо, ты права. Он где-то прячется. Суть в том, что у тетки появился новый мужик. Он военный, настроен на ней жениться и увезти к месту службы, на Крайний Север. Поговорил со мной, я сказал, что к отцу поеду. А Никитоса тетка с мужиком решили в Суворовское училище отдать.

– Вот гады, – в сердцах вырвалось у Лельки.

– Нет, он неплохой человек. Да и тетка – нормальная женщина. У них должна быть своя личная жизнь, это я понимаю. А вот Никитос не понял.

– Все равно, – не сдавалась Лелька, – нельзя так с ребенком! Он же еще маленький, чтобы его куда-то там отдавать.

– Василий говорит, что сам прошел через Суворовское училище, которое его сделало сильным, решительным и крепким. А сейчас в Суворовские училища сирот берут только после пятого класса.

Лельку передернуло от этого страшного слова «сирота».

– Его нужно обязательно найти, – сказала она, хватая свою сумку. – Ворон, ну, чего ты стоишь?! Побежали!

– Куда, Лель? – Он развел руками. – Я уже весь город обегал! Да и тетка с Василием бегают, Никитоса ищут.

– Значит, он обиделся?

– Получается, что так.

– А что обиженные люди делают?

– Что? – не понял Ворон.

– Они убегают от тех, кто принес им боль, на край света! Во всяком случае, я бы именно так и поступила. Где у твоего брата край света?

– Откуда я знаю, – пробурчал Ворон, но пошел за Лелькой, которая уже доставала ключи, чтобы закрыть дверь квартиры со стороны лестничной клетки.

– Давай рассуждать логически, – предложила она.

– Никитос и логика – понятия не совместимые, – хмыкнул Ворон.

– Ничего, мы что-нибудь придумаем.

Лелька ничего не могла придумать с ходу, но когда выскочила на улицу и оказалась на остановке общественного транспорта, замерла на мгновение. В этот момент ее осенило.

– Ты брату рассказывал про то, что до Питера можно добраться «зайцем» электричками?

– Не помню, наверное.

– Значит, рассказал!

– Лель, ты понимаешь, что он мог уехать в любую сторону? Не только в Питер.

– Если бы я была на его месте, то рванула бы в Питер! Там же в гавани есть корабль с алыми парусами! А это – мечта.

Ворон запрыгнул в подошедший автобус и протянул руку Лельке. Народу было немного, они сели. Ворон набрал номер тети и стал ей говорить о том, куда они собираются поехать. Тетя с Василием в это время находились в полиции и требовали, чтобы от них приняли заявление о пропаже ребенка. Полицейские уговаривали их успокоиться и подождать.

– А если он поехал на перекладных в Сочи? – прищурился Ворон, стоя перед расписанием электричек.

– Я не могу этого объяснить, – обескураженно сказала Лелька. – Но я чувствую, что Никита поехал в Питер!

– Ладно, тогда пошли на перрон.

В принципе пересадок можно было делать не так много, чтобы благополучно доехать до Северной столицы. Первая – в Твери. Ворон с Лелькой сели в электричку, следующую до Твери. Ворон переживал. Лелька видела, как у него при упоминании о брате «играют» желваки. Она подумала, а ведь это и ее вина тоже, что братья так редко общались друг с другом. Утро и день Ворон проводил в школе, а вечером они ходили с Лелькой в кино, на школьные капустники, на представления любительских театров, просто гуляли по парку. Все дело заключалось в том, что им двоим никто третий не был нужен. Он был лишним! Третий ведь всегда – лишний. И Никита это понимал, не лез к старшему брату, жил своей жизнью. И вдруг в этой жизни случился взрыв! А старший брат оказался занят. А ведь ближе, чем Ворон, никого у Никиты не было. Лелька это поздно поняла. Но ей простительно, у нее никогда не было ни сестер, ни братьев. Но простит ли ее Никита?

– О чем задумалась? – спросил Ворон, обнимая ее за худенькие плечи.