Шелковые узы - Лиз Тренау

Рассматривая блестящую ткань, изящные украшения платьев, аккуратные узоры с красивыми цветами и листьями, тонкие ленты на фоне кремовых или пастельных оттенков дамаста, Анри в отчаянии подумал, что он, наверное, прожил последние десять лет в каком-то сне. Почему он до сих пор не обращал внимания на то, что носит знать? Он очень старался освоить все нюансы своего ремесла, поэтому совершенно забыл настоящую причину сильной любви к шелку – в нем люди выглядят и чувствуют себя красивыми.

Анри заметил, что из глубины магазина на него кто-то смотрит. Стройная темноволосая женщина сделала ему знак войти в магазин. Он покачал головой, однако было уже поздно. Она распахнула дверь.

– Я могу вам чем-то помочь, сэр?

– Я просто смотрел, – пробормотал он.

– На что-то конкретное? Возможно, хотите присмотреть кое-что для себя? Для какого-то праздника? У меня есть красивые парчовые жилеты, которые будут отлично смотреться на таком милом молодом джентльмене, как вы.

Он понимал, что она просто пытается убедить его купить что-то, но все равно заколебался, заинтригованный ее прямолинейным, смелым подходом. Ему было приятно, что мисс Шарлотта подумала, будто он может позволить себе купить шелковую жилетку. Швея воспользовалась его нерешительностью.

– Почему бы вам не зайти? Я могу показать вам некоторые вещи, которые, быть может, придутся вам по вкусу. Это вас ни к чему не обязывает. Вы обязательно должны посмотреть на них.

Когда они вошли в магазин, она сняла с полок несколько жилетов самых ярких расцветок и неожиданного покроя. Разложила их на стойке и нежно разгладила ладонью, словно это были ее дети. Потом подвела его к большому зеркалу в углу и приложила один из жилетов к его груди.

– Яркие цвета подчеркивают ваши темные волосы, сэр.

Она говорила столь уверенным голосом, будто действительно верила, что он может себе позволить носить такую одежду, что он не бедный французский рабочий в поношенной робе и жилете из саржи.

– Мадам, я должен быть честен с вами, – наконец сказал он. – Я не в состоянии купить такой хороший жилет. Позвольте представиться. Я Анри Вендом, работаю у ткача месье Лаваля. Его дочь Мариетта упомянула ваше имя и сказала, что вы сможете мне помочь.

Мисс Шарлотта тепло улыбнулась ему.

– Как интересно, – начала она, доставая из кармана лист бумаги. – Мариетта написала мне сегодня утром. Конечно же, месье Вендом, я вам помогу. Она о вас высокого мнения. Как дела у членов ее семьи? Я не видела их с тех пор, как скоропостижно скончалась ее матушка.

– У них все хорошо, спасибо. Мариетта уже взрослая, ей почти шестнадцать лет.

– Как быстро бежит время! Чем я могу вам помочь?

Когда он объяснил свое желание подыскать подходящую модель для собственной выпускной работы, которая позволит ему укрепить репутацию, бледные щеки женщины порозовели.

– Мне так приятно, что вы считаете меня человеком, способным помочь вам в этом. Я всего лишь швея, но постараюсь сделать все что смогу. – Она подвела его к манекенам, которые он разглядывал в окно. – Что вы видите?

– Я вижу очень хороший дамаст светло-желтых и светло-зеленых оттенков, – ответил Анри, оценивая материю на ощупь. – Это модные цвета?

– Так и есть, а что с этим? – Она показала пальцем на третье платье.

– Я вижу цветастую растительную вышивку на кремовом дамасте, – ответил он.

– А узор?

– Я вижу цветы…

– Какие цветы? – спросила женщина.

– Обычные цветы, такие растут в саду или в полях.

– Вы начинаете понимать, месье Вендом. Новые узоры естественны и реалистичны, а не стилизованы, как прежде. Рококо ушло, сейчас царит натурализм. – Мисс Шарлотта провела пальцами по тщательно вышитым маргариткам и колокольчикам. – Вы видите, как ме́лок узор, он имеет натуральный размер, а может, даже еще меньше. Всего несколько лет назад была мода на преувеличение. Чем больше, тем лучше. Огромные цветы. Розы, как пионы, и пионы, как капустные кочаны. Ужасно!

Она протянула руку и сняла с полки шляпку. Надев ее на голову под небольшим углом, завязала ленточки под подбородком.

– Что вы видите?

– Соломенную шляпку?

– Кто такие шляпки носит?

Он покачал головой.

– Это шляпка крестьянки, такие обычно носят доярки. Молодые светские дамы обожают подобные головные уборы. Представьте, богачи прикидываются бедными доярками. Глупо, конечно, но мода игрива, и в этом кроется часть ее очарования.

За пять минут мисс Шарлотта открыла Анри глаза на мир современной моды. Он тепло поблагодарил ее, пообещав передать привет месье Лавалю и Мариетте, а затем отправился обратно на Вуд-Стрит, охваченный неуверенностью и волнением. Одно юноша знал точно – его новая модель будет очень отличаться от той, над которой он работал до того.

Но парень понятия не имел, где и каким образом найдет идею для новой модели.

* * *

Четыре дня спустя, когда Анри, Мариетта и месье Лаваль после ужина пили кофе и ели овсяные лепешки с медом в гостиной, пришел Ги. Они угостили его лепешкой, которую он с жадностью проглотил за несколько секунд. Месье Лаваль предложил ему сесть и выпить кофе вместе с ними, но Ги остался стоять, переминаясь с ноги на ногу.

– Что слышно о «Книге», парень? – спросил месье Лаваль.

– Петиция сработала, сэр. Вчера ночью собирался совет ткачей. Они ее поддержали. Теперь «Книгу» распечатают. Вы скоро получите свой экземпляр.

– Я буду очень рад, – ответил месье Лаваль. – Она займет почетное место на полке рядом с Библией, и мы будем читать ее каждый вечер после ужина.

– Не дразни его, папа, – попросила Мариетта. – Это серьезный вопрос, не так ли? Садись уже, Ги, возьми еще лепешку. Ты дергаешься, и это меня раздражает.

– Простите, мисс Мариетта, – ответил Ги, усаживаясь на стул и протягивая руку к тарелке. – Это действительно вопрос жизни и смерти для нас, наемных работников, – продолжил он. – Не все мастера такие порядочные, как вы, сэр.

– Я в курсе, парень, – отозвался месье Лаваль. – К сожалению, то же самое можно сказать и про торговцев.

В его словах прозвучала нехарактерная для него горечь. Никто не знал, что на это ответить, и в комнате воцарилось молчание. В конце концов Ги не выдержал:

– У вас есть еще какие-нибудь новости?

– Я узнал, что еще обсуждали сегодня утром, – ответил месье Лаваль, потянувшись за своей глиняной трубкой и аккуратно набив ее любимым табаком.

– И что же?

– Отчет о том, что контрабанда французского шелка выросла за последние полгода, – ответил он. – Похоже, все больше торговцев готовы ради быстрой наживы не платить пошлины на импорт, и скоро в этой стране для мастеров и их работников почти не останется работы.