Невеста сердится - Дебра Дайер

— Молодец. — Он подтянул ее к себе на толстый сук, где стоял сам и где они находились в относительной безопасности.

Платье ее цеплялось за сучки и неровности коры и трещало по швам. Наконец она ощутила под собой надежный сук. Саймон помог ей встать, и тут она поняла, что ноги не держат ее.

— Все хорошо, — прошептал Саймон, обхватив ее одной рукой. Спина ее упиралась в надежный ствол дерева, лицом она уткнулась ему в грудь — одним словом, оказалась в тихой гавани посреди бушующего шторма. — Теперь ты в безопасности.

Эмили хватала ртом воздух, однако не преминула заметить при этом, что в ноздри ее проникает волнующий запах его кожи. Она чувствовала жар его тела сквозь одежду, чувствовала, как этот жар согревает ее, прогоняя прочь ужас, от которого леденела кровь.

— Ты в безопасности, Эм.

Она посмотрела в его темные как ночь глаза и увидела в них нежность и силу духа, какая пристала мужчине, способному повести за собой рыцарей в бой. Дымка вдруг мяукнула под его жилетом. Эмили почувствовала, как кошка ворочается у него за пазухой, толкая ее в бок, услышала, как зашипел ее спаситель, и поняла, что кошка снова пустила в ход когти.

— Дьявольская тварь, — шипел Саймон. — У-у, черт, черт, черт.

— Похоже, Дымка не слишком благодарна тебе за спасение.

Он поправил жилет.

— Да уж.

— А ты, можно сказать, совершил геройский поступок, — сказала она с улыбкой. — Для человека, который страдает боязнью высоты.

— Недаром говорят: не показывай женщине своих уязвимых мест, иначе она всю жизнь будет тебя пилить. — Он зарычал и поморщился — очевидно, Дымка снова вцепилась в него. — По-моему, Дымка намекает, что этому маленькому приключению пора бы положить конец. Готова спускаться?

— Готова.

— Вот и умница. — И он поцеловал ее в кончик носа.

Этот поцелуй показался тем более интимным, что был очень простым.

— Следуй за мной, — сказал он, сжимая ее руку. — Я буду все время рядом.

Она подчинилась и стала послушно спускаться вслед за ним, переходя с ветки на ветку, благодарно принимая помощь его сильных рук. Когда ноги ее коснулись земли, он обнял ее и прижал к себе. Она не стала противиться, с наслаждением вдыхая аромат его кожи.

Всего одно мгновение он обнимал ее так, будто не собирался отпускать. Будто связывало их нечто большее, чем обман и ложь. Разве не об этом она мечтала всю жизнь? И ей стало еще страшнее, чем когда она сидела на сломанном суку.

Она отступила на шаг, оторвалась от его тепла, налетела на скамейку, стоявшую у корней дерева, и чуть не упала. Их окружило все семейство.

— Эмили, как же ты меня напугала! — говорила Одри, сжимая в объятиях дочь.

— Извини, мама.

Саймон улыбнулся и, не сводя глаз с лица Эмили, извлек из-за пазухи Дымку. Он вручил извивающийся комок бело-рыжей шерсти и розового муслина Ливи, которая свободной рукой обняла кошачьего спасителя. Он изумленно посмотрел на счастливую девочку, как если бы ребенок был ловким противником, тайно проникшим за его линию обороны и внезапно атаковавшим его. Он потрепал девочку по плечу, и губы его сложились в улыбку, а в глазах появилось какое-то тоскливое выражение.

Эмили, взволнованная, отвела взгляд. Ее семья приняла негодяя. Да и сама она сменила гнев на милость.

— Ты же могла расшибиться насмерть. — Одри оторвалась от дочери и посмотрела ей в лицо. — Не понимаю, о чем ты думала, когда полезла на дерево.

Эмили заставила себя улыбнуться.

— Я увидела Ливи на дереве — где уж тут было раздумывать.

Леди Харриет покачала головой:

— Ты всегда была безрассудной.

— Спасибо тебе, что спас моих девочек. — Хью сжал плечо Саймона. — Я рад, что ты теперь член нашей семьи, сынок.

Эмили стало не по себе. Как же искренне ее отец уверовал в этот ужасный обман!

Саймон отвел глаза, не в силах выдержать благодарного взгляда ее отца.

— Я сделал только то, что должен был сделать.

— Мне ужасно жаль, что так получилось, — подала голос мисс Уэнтуорт, маленькая седовласая женщина, бывшая гувернанткой всех девочек Мейтлендов. Она стояла между Фиби и рослым лакеем, нервно ломая пальцы. — Я так рада, что все остались невредимы.

— Не расстраивайтесь, мисс Уэнтуорт, — промолвила Эмили, ласково похлопывая старушку по плечу. — Уж кто-кто, а я понимаю, что с Ливи справиться не легче, чем в свое время было со мной.

Мисс Уэнтуорт улыбнулась:

— Да уж, за вами нужен был глаз да глаз, мисс.

— За ней и сейчас еще нужно присматривать. — Саймон взял со скамейки свой сюртук и накинул Эмили на плечи.

Тонкая шерсть еще пахла его запахом, и все чувства Эмили пришли в смятение, и искушение зарыться лицом в теплую ткань его сюртука налетело на нее, как враг из-за угла. Она задрожала, но не от холода, и, сорвав с плеч сюртук, протянула негодяю.

— Мне не холодно.

Саймон нахмурился:

— Эмили, ты…

— Какое счастье, что вы оказались рядом. — Анна смотрела на негодяя такими глазами, как будто он был облачен в сверкающие доспехи. — Вы спасли Эмили жизнь.

Эмили поморщилась при этом напоминании. Да, он действительно спас ей жизнь, но думать об этом было неприятно.

— Вы такой замечательный, — прошептала Фиби, с обожанием глядя на негодяя.

Негодяй лишь пожал плечами:

— Рад был оказаться полезным.

Теперь этот мерзавец всерьез вообразит, что она обязана ему жизнью, подумала Эмили. Трудно даже представить себе, что он потребует в качестве награды. Впрочем, вид у него был смущенный от сыпавшихся на него благодарностей и похвал.

— Эмили, накинь что-нибудь. — И он снова набросил проклятый сюртук ей на плечи.

Эмили свирепо уставилась на него. Зачем ей сюртук в теплый летний день? Она снова сорвала его с плеч и швырнула ему. Он поймал сюртук на лету.

— Я же сказала, что мне не холодно.

— Тебе лучше накинуть сюртук. — Он улыбнулся. — По крайней мере пока не доберешься до своей спальни.

— Спасибо. Но мне не нужен твой сюртук.

Хью вдруг закашлялся.

— Блейк прав. Думаю, тебе лучше накинуть его сюртук и пойти переодеться.

— Переодеться? — Эмили посмотрела на свое платье, все в веточках и мелких сучках и зацепках. Ветерок подул ей в спину, обдав прохладой ее исцарапанный зад.

— О Боже, — сказала Одри и прикрыла рот ладошкой. — Эмили, твое платье порвано.

Эмили повернулась и попыталась разглядеть свое платье сзади.

— Прошу прощения, мисс, — сказал Дигби и отвернулся.