Хочу замуж - Редли Честер

— Джек?

— Что? — рявкнул он в ответ.

— Скажи, разговор о сексе нервирует тебя, да? — Кэтрин широко раскрыла глаза якобы в знак сочувствия.

Джек внимательно посмотрел в сторону бара, будто искал там ответ на ее вопрос, глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

— Если ты предлагаешь эту тему в качестве легкой болтовни, когда блюда еще не заказаны, то наводишь таким разом своего спутника на совершенно определенную мысль. И поверь мне, все, что ты скажешь потом, не будет иметь никакого значения.

— Успокойся, Джек, я не пытаюсь навести тебя ни на какие мысли.

— Знаю.

Кэтрин с восхищением заметила, что он выглядит совершенно выбитым из колеи.

— Эй, тебе не кажется, что мне неплохо удается флирт?

— Д-да! — Он почти заскрипел зубами. Он действительно заскрипел зубами. — Ты всегда так ведешь себя на свиданиях?

— Никогда прежде! Клянусь!

— Поздравляю. Ты совершенно натуральна.

— Правда? Спасибо. — Кэтрин просто наслаждалась своими мелкими победами. — Но мне надо тренироваться. Думаю, я смогу добиться больших успехов.

— А я думаю, что нам стоит перейти к чему-то другому.

Но Кэтрин ужасно хотелось еще какое-то время пофлиртовать, коль скоро это занятие оказалось столь эффективным. Уж если она сумеет заинтересовать собой Джека, то с любым другим мужчиной все окажется куда проще.

Принесли второй бокал мартини, и Джек схватил его с таким видом, будто пару недель блуждал по Сахаре.

— О! — Кэтрин задумчиво-удивленно надула губы. Джек уставился на них и сделал глоток еще больше предыдущих. — Желтый флаг.

— Что?!

Она усмехнулась и указала на его бокал.

— Номер два. Осторожно.

Джек откашлялся.

— Верно. И никогда этого не забывай.

— Не забуду.

Им принесли написанное от руки меню. И тут ее увлекательному времяпрепровождению пришел конец, потому что Джек поднял свой экземпляр между ними как экран. Кэтрин посмотрела в свой и хихикнула.

— Я знаю, что омара заказывать нельзя.

Он немного опустил меню, достаточно, чтобы посмотреть ей в лицо. Кэтрин похлопала глазами и вернула ему взгляд из-под ресниц.

— Я пошутила. — Но что-то он не понял ее шутки. — Итак, какие тут правила, учитель?

— Никаких. Нет, постой. Я выдвигаю основное правило: не отказываться от десерта. А то потом передумаешь и съешь половину моего. Хочешь десерт заказывай собственный.

Мистер Зануда снова был на месте.

— Ты не любишь делиться?

— Знаю я это «делиться». «Я только попробую…» И это будет продолжаться до тех пор, пока сладкое не закончится.

Кэтрин положила подбородок на скрещенные пальцы и улыбнулась.

— Так ты сластена?

— Возможно. — И взгляд Джека снова вернулся к ее губам.

Кэтрин медленно и осторожно провела пальцами по ножке бокала — вверх, потом вниз, и еще раз в том же порядке.

— И какие же сладости ты любишь?

Джек тяжело сглотнул и выдавил:

— Малиновый… пай.

— О, тогда тебе должен понравиться мой коктейль. Хочешь попробовать?

Они оба посмотрели на ее наполовину полный бокал, на то, что творили с ним ее пальцы с длинными накрашенными ногтями. Потом Джек протянул руку и прижал, успокоил эти длинные пальцы.

Кэтрин ощутила, как от этого пожатия вверх по ее обнаженной руке побежало тепло. Это была всего лишь шутка — эта игра с ножкой бокала. Она видела такое по телевизору. Молодая женщина пыталась опробовать все, что видела, слышала и могла придумать, чтобы узнать, что же будет действовать. До сих пор действовало все. И не только на Джека.

Ей становилось все труднее помнить о том, что он только делает одолжение. Конечно, она пообещала ему шикарный проспект, но он показал тот, что был выпущен год назад. И ей пришлось признать, что проспект вполне соответствует стандартам. Так что Джеку незачем стараться.

Кэтрин никак не могла понять, почему ее любительские попытки флирта срабатывали, но полагала, что Джек больше проявляет интерес к ней как к «проекту», а не как к женщине.

Она осторожно высвободила пальцы.

— Послушай, ты мог просто сказать, что хочешь попробовать. — Вспомнив, как Джек повернул свой бокал, чтобы выпить с того места, где остался след ее губ, Кэтрин чуть вздрогнула от волнения, но улыбнулась, решив, что пока флирта довольно.

Джек подозрительно взглянул в бокал, сделал крошечный глоток, будто боялся отравиться, и скривился.

— Но он же не сладкий.

— Конечно нет. — Она забрала бокал, небрежно отпила и снова посмотрела в меню. — Я возьму грудку цыпленка со свежим салатом и помидорами. Обожаю салат! А ты что любишь, кроме сладкого?

— Не знаю. Все. Самую обычную еду. — Джек снова принялся изучать меню.

Но воздерживаться от флирта не значит позволять, чтобы тебя игнорировали.

— Какую именно обычную еду? — продолжала настаивать Кэтрин.

— Съедобную.

— Ну а все же? Итальянскую? Китайскую? Корейскую? Французскую? Мексиканскую? Вегетарианскую?

Появился официант, и Кэтрин заказала цыплячью грудку.

— Бифштекс. С кровью. Картофельный салат, — сказал Джек, не поднимая глаз от меню.

— Понятно, настоящая мужская еда, — протянула Кэтрин. — С кучей холестерина.

Джек откашлялся, отдал официанту меню, проигнорировал ее замечание и произнес:

— Так. Следующее правило. Теперь время для неспешной беседы. Ты знакомишься с ним. Он знакомится с тобой. Ты остроумная, забавная, заинтересованная, а он…

— Зануда?

— Кэтрин, ради Бога, пощади! Мне никогда раньше не приходилось анализировать свое поведение на свидании, да еще устанавливать правила.

— Отлично. А что, флирт может считаться проявлением заинтересованности?

— Я имею в виду не твою заинтересованность в своем кавалере.

— А что именно?

Он бросил на нее испепеляющий взгляд.

— Кэтрин, забудь на время о флирте и сосредоточься на беседе. Вести разговор должна женщина. Знаю, это нечестно, но таковы уж правила игры.

— Это потому, что мужчина выпил слишком много мартини?

— Нет, потому что он озабочен мыслями о сексе. Удастся ли ему уложить спутницу в постель или нет, и если да, то как скоро. Поэтому он не в состоянии вести беседу.

— Ясно. — Кэтрин покончила со своим «Джаз-мартини» и поставила бокал на стол с большим стуком, чем намеревалась. — Значит, я прикидываюсь остроумной и забавной, пока он делает вид, что страшно увлечен мною.