Пророчество кровавой расы - Влада Крапицкая

— Ты серьёзно? — нерешительно спросил он.

— Серьёзно, — во мне проснулся какой-то чертёнок, и теперь я хотела увидеть, как он пьёт кровь.

— Я сейчас, — он не просто вскочил в кровати, а взметнулся и исчез из комнаты. Ещё никогда в жизни я не видела, чтобы кто-то так быстро двигался, и со страхом сглотнула. Но отступать уже не было смысла, и я постаралась успокоиться.

Артём появился опять в спальне, и я увидела в его руках лезвие, которым распарывала швы, если мне они не нравились. Мне тут же бросило в дрожь, потому что порезов я ужасно боялась и всегда аккуратно обращалась со всеми режущими предметами.

Он подошёл в кровати, и положил лезвие на прикроватную тумбу. У меня внутри всё сжалось, и я с трудом заставила себя отвести от него взгляд и посмотреть на Артёма. Забрав поднос с моих коленей, и поставив его на другую тумбу, он сел на кровать и прислонившись к её спинке, усадил меня к себе на колени.

— Ничего не бойся, — нежно прошептал он, проведя пальцами по моей щеке. — Порезы будут не глубокими, поэтому больно не будет.

— Угу, — с трудом произнесла я, пытаясь успокоиться, но сердце выскакивало из груди и от страха меня бросило в холодный пот.

— Лия, ангел мой, ты боишься меня, — с грустью произнёс Артём, положив мне ладонь на грудь, и прислушиваясь в ударам моего сердца. — Тогда я не буду пить твою кровь.

— Будешь, — упрямо ответила я. — Только не тяни, пожалуйста. Чем дольше ты медлишь, тем больше я нервничаю. И я боюсь не тебя, а порезов. Так что не льсти себе, не такой уж ты и страшный, — с нервным смешком закончила я.

— Так меня ещё никто не оскорблял, — рассмеявшись, ответил он.

— Привыкай. Я быстро опущу тебя на грешную землю, и буду постоянно тебе рассказывать, всё, что я о тебе думаю.

— Обещаешь? — он улыбнулся.

— Обещаю!

Он начал меня нежно целовать в губы, гладя меня руками по телу и я, расслабившись, ответила на его поцелуй. Когда он меня целовал, всё в этом мире теряло для меня значение и хотелось только одного — чтобы он не останавливался. Его горячие поцелуи, лёгкие прикосновения, его шёпот и сильное руки, обнимающие меня — всё это становилось самым важным и самым желанным.

Целуя меня в шею, он еле слышно прошептал:

— Ты чудо. Самый важный и самый любимый человечек в моей жизни. Люблю тебя и никому не отдам.

Как только он прислонил мою голову на своё плечо, я почувствовала боль в области предплечья, и напряглась в ожидании ещё одного пореза, но вместо этого ощутила легкое прикосновение языка, а потом губы Артёма. Он тихонько застонал и ещё сильнее прижал меня к себе.

Закрыв глаза, я с удивлением стала прислушиваться к своим ощущениям. Боли не было, и я наоборот испытывала эйфорию. Одно сознание того, что я могу придать Артёму сил, и ему нравится пить мою кровь, будило во мне какие-то непонятные чувства. Это была одновременно и гордость, и счастье и удовлетворение от того, что я могу дать то, что он хочет и то, что ему необходимо. Я чувствовала себя нужной, а самое главное — он был нужен мне.

— Тёмка, я люблю тебя, — тихо сказала я.

Он тут же оторвался от пореза и, заглянув мне в глаза, произнёс:

— Я боялся, что ты никогда этого не скажешь. Я тебя тоже люблю. Ты лучшее, что было в моей жизни.

Я улыбнулась, и опять положив голову ему на плечо, закрыла глаза. Артём наклонился к предплечью и снова стал пить кровь. "Всё, еду с ним. Решено!".