Сладкий обман - Кейт Хьюит

Легкая и непринужденная беседа позволяла держать дистанцию, создавая Лео защиту и позволяя вернуться к тому стилю общения, который он поддерживал раньше.

– Вечеринка тут ни при чем, Лео, – сказала Марго.

Оторвавшись от газеты, он увидел, что жена смотрит на него немигающим взглядом. Марго продолжила:

– Это из-за того нашего поцелуя.

Слова «наш поцелуй» тут же вызвали к жизни вихрь воспоминаний, и Лео ощутил, как пробуждается желание.

Сделав глоток кофе, он ровным голосом произнес:

– Вообще-то это ты остановила меня.

– Нет, ты!

– Пустой спор, – заметил он. – Ты перестала отвечать мне, Марго.

– Знаю. – Она посмотрела в тарелку, крутя в длинных, тонких пальцах вилку и пряча лицо.

– Кстати, почему ты это сделала? – спросил Лео, изумившись собственной смелости. Неужели он и вправду хотел знать ответ? – Я бы не сказал, что ты ничего не чувствовала. Я видел, что ты хочешь меня, Марго.

– Знаю, – мягко ответила она. – Можешь думать что угодно, но… я всегда хотела тебя, Лео.

– Ах, ну да, – протянул он с сарказмом. – У тебя проблемы лишь с тем, чтобы любить меня.

Черт возьми, он не собирался говорить ничего подобного.

Марго подняла глаза и бросила на него испытующий взгляд.

– Но ведь и ты меня не любишь.

– Нет.

Интересно, почему он чувствует себя задетым за живое?

Быстро вздохнув, Лео произнес:

– Я не знаю, с чего вообще мы завели этот разговор.

– Я думала, что мы оба стараемся найти компромисс в общении, – тихо ответила Марго. – Мы хотим, чтобы наш брак был удобным для обоих. Но кажется, у меня не получается вести себя по-деловому с мужем.

– А мне показалось, что ты прекрасно справляешься.

– Может, и так, но, когда ты пришел вчера ко мне в комнату… когда мы почувствовали, как малыш толкается… я вдруг очень ясно ощутила, что мы и впрямь собираемся стать родителями. – Марго ухмыльнулась и продолжила: – Конечно, я и раньше это знала, но в тот момент я представила нас обоих с малышом – как мы его купаем, учим кататься на велосипеде. Будь это мальчик или девочка, это наш малыш, и мы будем оба любить его или ее. Это же семья, такая, какую я всегда хотела иметь… – Голос ее оборвался, и она опустила голову.

Лео изумленно посмотрел на Марго.

– Да ты же говорила, что не хочешь выходить замуж и для тебя замужество – жертва.

Как бы Лео ни хотелось, он не мог забыть этих ее слов. Когда он сделал Марго предложение, она показала свои настоящие чувства, или, точнее, их отсутствие.

– Я сказала так потому, что знала, что ты меня ненавидишь за то, что я говорила раньше, – ответила она. – О том, что у меня есть другой.

– Но зачем вообще тебе нужно было это говорить? – потребовал Лео. – К чему эта отвратительная ложь?

– Я же объясняла. Только так я могла вызвать к себе отвращение и заставить тебя покинуть меня.

– Да, помню, – произнес Лео. – А почему ты так хотела уйти от меня, Марго?

Ответом ему было молчание – тягучее, ужасное молчание.

Лео потянулся за ножом и вилкой.

– Я понял, – тихо ответил он.

Пожалуй, он слишком хорошо все понял. Она отвергает его, и от этого никуда не деться.

Марго спустилась к завтраку, проведя бессонную и беспокойную ночь, – она решила поговорить с Лео и прийти к какому-нибудь соглашению. Хотя точно не представляла себе детали их разговора. Эта игра в деловых партнеров стала постепенно надоедать.

Но какова была альтернатива? Рискнуть своим сердцем, душой и даже, может быть, рассудком с перспективой потерять все?

Она была не готова к этому. Ведь она даже не смогла признаться Лео, что настоящая причина ее отказа была в том, что она ужасно боялась. Аннелиза… мама… приемные родители, решившие, что она их не устраивает. Все отвернулись от нее, и Марго знала, что не вынесет, если Лео отвергнет ее. Ее сердце и так было разбито.

Но когда она замолчала, между ними повисло тягостное молчание, и Лео вернулся к своей газете.

– Чем ты сегодня займешься? – выпалила Марго, и он поднял глаза от газеты, но в его безупречных чертах лица не промелькнуло и намека на какие-то эмоции или хотя бы интерес.

– Как всегда, буду работать в офисе.

– Мне, наверное, нужно будет скоро отправиться в Париж. Нужно закончить кое-что в «Ашате».

– Если ты себя хорошо чувствуешь, – произнес он бесцветным голосом, – не вижу в этом проблемы.

Марго уставилась на него, ее сердце упало. Это была совсем не та реакция, которую она хотела бы увидеть. Ведь она спустилась в столовую, чтобы прийти к компромиссу, но, похоже, лишь еще больше все усложнила.

– Лео, ты показал мне дом, но я не видела остального поместья и оливковых рощ. Как думаешь, у тебя будет время сегодня, чтобы все мне показать?

Это был ее мостик к примирению. Лишь бы только он шагнул на эту шаткую конструкцию.

Лео посмотрел на Марго с подозрением, а затем коротко кивнул и сложил газету.

– Да, наверное… Я приду после обеда.

* * *

К прогулке в оливковых рощах Марго готовилась так, точно собиралась на первое свидание. Не то чтобы у нее в этом был богатый опыт. Ее прежние романы были короткими и бессмысленными. Она даже начала сомневаться в том, что способна на настоящие, крепкие отношения. Во всяком случае, ей нужно было этому учиться.

За окном было холодно – до Рождества оставалось не больше двух недель, и Марго отчаянно пыталась натянуть на себя джинсы, но тщетно – молния не застегивалась до верха, не говоря уже о пуговице. Она надела аквамариновую кашемировую тунику, ниспадающую почти до колен и уютно облегающую ее круглый живот, а заодно прикрывающую расстегнутые джинсы.

Волосы Марго оставила распущенными, что делала редко, и соорудила легкий макияж. Не нужно было создавать у Лео впечатления, что она старалась понравиться ему, но, если он заметит некоторые перемены, будет неплохо.

Однако он не произнес ни слова, и Марго с трудом подавила разочарование. Вообще-то с чего это она ждет от него комплиментов? Ведь на ней, в конце концов, джинсы.

День был ясным и морозным, но Лео казался несколько мрачным, и это не укрылось от Марго.

– Вообще, в это время года мало чем можно полюбоваться в оливковых рощах, – заметил он, когда они шли по дорожке из гравия мимо его офиса к железным воротам. – Деревья голые, и они начнут набирать почки лишь в марте.

– Я все равно хочу их увидеть, – сказала Марго. – Это ведь теперь мой дом, а я не знаю ничего об оливковых деревьях или о масле – ничего!