Двое в тихой гавани - Мирна Маккензи

– Да, в общем-то, нечего рассказывать, – произнесла Алекс, а потом поведала подругам историю о маленьком испуганном мальчике и испорченных бумагах.

Она упомянула о тех изменениях, которые уже успела внести в работу отеля, и о последнем инциденте с двумя рабочими в бальной зале.

– А что происходит между тобой и Вьяттом? – спросила Сирина.

– Что ты имеешь в виду?

– Оплаченный перелет для твоих друзей. Просто так, чтобы собраться вместе. Знаешь, это новый метод поощрения образцовых работников.

– Он… Вьятт не похож на большинство мужчин, – осторожно произнесла Алекс.

– Ой-ой-ой, – после паузы отозвалась Молли.

Сирина и Джейн кивнули.

– В каком смысле – не похож? – деловито осведомилась Сирина.

– В таком смысле, что Вьятт из числа тех боссов, которые готовы многое сделать для своих подчиненных, – одарив подруг суровым взглядом, произнесла Алекс. – Послушайте, нет никаких причин беспокоиться. Скоро я уже буду дома. Я звонила агенту по продаже недвижимости в Сан-Диего, и она уже подбирает местечко для магазина.

После того как Алекс вновь оказалась в объятиях Вьятта, у нее не было другого выбора. Лучше всего избавиться от непрошеных размышлений, начав что-то новое. И больше не думать о Вьятте.

– Алекс, это просто замечательно! Но расскажи нам чуть больше о своем боссе.

– Отличная попытка, Молли. Должна признаться, что совершенно не намерена этого делать.

– Чего делать?

– Отвечать на огромное количество глупых вопросов о Вьятте. Я знаю, вы их задаете только потому, что беспокоитесь за меня, но мне больше всего сейчас нужно просто побыть с вами. Развлечься. Вьятт сказал, чтобы я сегодня ни разу не упоминала название «Маккендрикс». Босс велел старательно лениться, наслаждаться бездельем, и я намереваюсь выполнить его распоряжение.

– Отлично! Мне тоже не помешает немножко отвлечься, – ухмыльнулась Сирина.

– Звучит просто прекрасно. С чего начнем? – спросила Молли.

– С шоколада, разумеется. Потом двойная порция, может, даже тройная… а там посмотрим, – отозвалась Алекс.

Они полакомились шоколадом, прошлись по магазинам и разговаривали, не умолкая ни на миг. Они примеряли одежду, в которой никогда бы не рискнули выйти на улицу, и туфли на таком высоком каблуке, что в них было невозможно даже стоять. Алекс позволила своей маленькой слабости одержать верх и купила дурацкие серьги. Подруги вспоминали смешные происшествия и хохотали. У них был лишь один волшебный день, полностью свободный от забот, и они не собирались тратить время даром.

Однако постепенно он подошел к концу. После слезных прощаний подруги Алекс сели в такси, а она сама – в лимузин, который должен был вернуть ее в «Маккендрикс».

Разумеется, Вьятт тут же занял центральное место в ее размышлениях. Она вспомнила, как он пытался скрыть ее от любопытных взглядов. Как пообещал, что никому не позволит прикоснуться к Алекс. И терпкий вкус его поцелуев.

Губы начало покалывать, и внезапно девушке показалось, что лимузин едет слишком медленно. Она хотела увидеть Вьятта.

Конечно, это был не слишком хороший признак, однако, наконец заметив его в холле, она тут же решила, что ничего лучше и быть не может.

– Огромное спасибо за сегодняшний день, Вьятт. Мне очень этого не хватало.

Она встала на цыпочки, легонько поцеловала его в щеку и только тогда поняла, что они не одни.

Мужчина тут же заметил, как Алекс напряглась. Она не подумала о том, что кто-то может быть поблизости. Именно так она поступала всегда – прямолинейно, ничего не скрывая. Эта черта нравилась Вьятту больше всего, хотя она же заставляла его бояться за Алекс. Однажды кто-то нагло воспользуется ее бескорыстием и отзывчивостью. Снова. И пусть это будет не он.

– Боже правый, мы сегодня просто лучимся энтузиазмом, – произнесла Катрина тем надменным, неприятным тоном, который раньше нисколько не задевал Вьятта.

А сейчас он одарил Катрину угрожающим взглядом.

Но такой реакции Алекс Вьятт не ожидал. Она выпрямилась во весь рост, и забавные серьги в форме маленьких пальмочек закачались, позвякивая. Это должно было выглядеть нелепо, но сейчас производило обратный эффект. Оказалось, что Алекс на несколько сантиметров выше Катрины, и это давало ей преимущество.

Окинув хозяйку ресторана пренебрежительным взглядом, девушка коварно улыбнулась:

– Энтузиазм, да. Я стараюсь наполнять им всю свою жизнь. Вам тоже следует попробовать, Катрина. Я слышала, это идеальное средство от появления морщин.

Ого! Откуда Алекс узнала, что Катрина очень настороженно относится к упоминанию о своем возрасте? Нужно вмешаться, прежде чем разъяренная женщина успеет натворить дел…

Однако, к удивлению Вьятта, Катрина рассмеялась:

– Значит, у миленького котенка тоже есть коготки? Туше, Алекс. Конечно, я на это напрашивалась, но кто бы мог подумать, что ты пробьешь брешь в защите? Мне нравятся женщины, которые могут постоять за себя. Конечно, это не означает, что мы теперь станем друзьями.

Алекс улыбнулась:

– Думаю, шансы и раньше были невелики.

– Милые сережки.

Это явно был не комплимент.

– Да, мне тоже нравятся, – невозмутимо отозвалась девушка и тряхнула головой, чтобы те снова закачались.

– Итак, – продолжала между тем Катрина, – Вьятт предоставил тебе выходной, а сам в это время работает как проклятый.

– Достаточно, Катрина, – оборвал ее мужчина. – Я не заставляю своих подчиненных работать по семь дней в неделю.

– Не понимаю причины. Сам-то ты частенько так поступаешь.

– Я – владелец этого отеля. Я сам решаю, когда мне работать. И думаю, сейчас как раз самое подходящее время.

– Это не слишком тонкий намек на то, что мне следует вернуться в свой ресторан?

Вьятт улыбнулся:

– Спасибо за предупреждение о грядущем визите рецензента из жюри, Катрина.

Женщина улыбнулась в ответ и повернулась к Алекс:

– Что ж, дорогуша, поскольку ты пробудешь здесь очень и очень недолго, полагаю, я могу быть чуть снисходительнее. Мне действительно нравятся эти серьги.

С этими словами она вышла, помахав Вьятту на прощание.

Вьятт посмотрел на Алекс. Та стояла, нахмурившись. Ему очень захотелось разгладить пальцем морщинки на лбу и заставить ее улыбнуться. Эта мысль была неожиданной. Вьятт был не из тех, кто подвержен сентиментальности.

– Что не так? – спросил он.

– Ты и впрямь все время работаешь, – ответила Алекс. – Скажи, ты хоть иногда отдыхаешь? Я не видела, чтобы ты сам устраивал перерывы. Если, конечно, не считать, что ты не так давно уезжал на пару часов.