Вынужденный брак - Алена Февраль

— Ты работаешь? — спрашиваю у мужа и с показным интересом смотрю в экран компьютера.

Цифры и слова, вбитые в неизвестную таблицу, меня, конечно, не интересуют, но я накланяюсь над столом и читаю шапку одной из табличек.

— Химический состав минеральных удобрений…

— Рита-а, — хрипло выдыхает Артем и откатывает кресло от стола, тем самым увеличивая расстояние между нами, — тебе лучше уйти.

При этом на его лице отчетливо читается совершенно другое желание.

— Ты так думаешь? Может я могла бы тебе помочь…

— Помочь? — совсем не весело усмехается муж и закрывает лицо ладонями.

— Ты много работаешь и я бы могла помочь тебе с работой.

Когда Артем молча качает головой, я решаюсь подойти к нему ближе, чем тут же привлекаю его внимание.

— Или я могу сделать тебе массаж плеч, например. Помнишь, в одиннадцатом классе нам физрук показывал, как можно разминать плечи, когда долго сидишь за компьютером.

Я тяну руки к его плечам, но Колганов быстро перехватывает мои ладони и усаживает к себе на колени. Быстрый шепот прокалывает ухо.

— Прошу по хорошему — иди спать, а не то я другой массаж организую.

Он тут же спускает меня с колен и поднимается сам.

— Спокойной ночи, Рита.

Отвернувшись, он закрывает многочисленные окна на компьютере, а потом нажимает на кнопку "принудильное выключение".

— Можно я сегодня буду спать с тобой?

— Со мной? — недоверчиво переспрашивает Колганов.

— Да. В одной кровати.

— Я не смогу просто спать с тобой, Рита. Даю гарантию, я тебя снова возьму без согласия, а ты уж точно этого не хочешь.

Голос Артема звучит грубо и нервно. Я было делаю шаг назад, но сразу останавливаюсь.

— Я согласна. Можем не просто спать.

Артём молча наблюдает за мной, а я, испугавшись, что он заметит фальш, сажусь на кровать. Немного подумав, я укладываюсь на покрывало и жду его дальнейших действий.

Глава 24

Несколько минут ничего не происходит. Напряжение в теле достигает максимума, когда я начинаю понимать, что мой план не сработал.

Что дальше? Что же мне делать? Как поступить?

И наконец тогда, когда мои пальцы начинают отплясывать дрожащую чечетку на покрывале, я чувствую, что кровать прогибается.

Дыхание сбивается, дрожь усиливается, а в голову приходит сточка из песни группы Т9 — «Вдох-выдох и мы опять играем в любимых…»

Да. Да! Играю-играю, а поджилки трясутся так, что готова орать в голос.

Надо просто перетерпеть, — мысленно уговариваю себя, — а после… После мне надо просто попросить у Артема денег.

Эх…

Почувствовав тяжесть тела, я открываю глаза и сталкиваюсь с внимательным взглядом Колганова.

Выдавив из себя фальшивую улыбку, я натянуто говорю.

— Не останавливайся… хочу быстро…

— Быстро? — осипшим голосом спрашивает Артем и сильнее вдавливает мое тело в матрас.

В ногу тут же упирается его член и я намеренно медлю с ответом, чтобы не разораться от паники. В памяти тут же всплывают события на базе и мой первый секс в палатке. Я по прежнему помню ту дикую боль и сейчас готова молиться всем богам, чтобы в этот раз не было такого кошмара.

Артем наклоняется и проводит кончиком носа по щеке — словно нюхает меня. Его горячее дыхание жжёт кожу и я на мгновение прикрываю глаза. Вот бы заснуть сейчас, а проснуться когда уже все закончится.

А потом его горячее дыхание обжигает губы и я плотно сжимаю челюсть.

— Ты чего так трясёшься? — раздается через мгновение и Колганов приподнимается.

В ногу больше не упирается его стояк и я перевожу дыхание.

— Волнуюсь… кажется… немного.., - кое-как выдавливаю из себя одну-единственную фразу.

— Зачем ты пришла, Рита? Секса ты не хочешь, я вижу и знаю это. Я же, наоборот, пиз… ц, как тебя хочу, причём ты это тоже прекрасно знаешь. Я тебе неоднократно говорил, что ничего требовать не стану, но ты всё равно пришла.

Я разлепляю дрожащие губы и тихо возражаю.

— Я хочу… хочу спать с тобой в одной кровати и… и ещё много чего… Просто я волнуюсь…

Артем наблюдает за мной секунд десять и говорит.

— Последний раз прошу — иди к себе. Я на взводе, Рита. Нежности и осторожности от меня сейчас ждать не стоит. Снова получится херня. Я по этой части… ноль… Опыта нет, есть только желание трахать и целовать тебя. Без остановки…

В ногу снова упирается его каменный член и я тяжело выдыхаю.

Что мне ответить? Остановить его и сбежать? А как же деньги? Может просто попросить у него денег?

Моё затянувшееся молчание и бездействие, Артем, похоже, принимает за отказ уйти, потому его губы таранят мой рот. Колганов целует сразу же глубоко и очень горячо. Я словно с печкой целуюсь, а не с человеком. Будь его воля он бы точно сожрал мой рот, настолько жадно он его целует.

Волю своим рукам он тоже дает ежеминутно. Сорочка стремительно задирается и между ног ложится ладонь.

Я вздрагиваю так, словно меня током из розетки шандарахнуло.

— Нет.., - давлюсь собственным дыханием и кричу ему в рот, — нет…

Артем оставляет в покое мои губы, но руку с лобка не убирает. Смотрит хмельным взглядом сверху вниз и тяжело дышит.

— Не продолжать? — хрипло выдыхает Колганов.

— Нет… вернее да… Блин… я не хочу…

Щеки горят, а глаза заполняются слезами. Когда первые слезинки убегают к вискам, Артем резко отстраняется. Освобождает мое тело и поднимается с кровати. Я вижу как его шатает, когда он идет к компьютерному столу. Опустив ладони на стол, он наклоняет голову вниз и тихо матерится.

Не теряя его из виду, я поправляю сорочку и тоже поднимаюсь с кровати.

— К чему, бл… ть, всё это? — цедит сквозь зубы, а я ненамеренно опускаю голову вниз и вижу, что его член по прежнему выглядит огромным.

Зубы, как и руки, трясутся так сильно, что я не могу придумать ответ на его вопрос. К тому же вид его стояка не добавляет мне уверенности, что все закончилось.

— Ты слышишь меня, Рита? Я же отправлял тебя спать… Нет, ты осталась…

— Я думала, что смогу вытерпеть.

Колганов разворачивается и стреляет в меня своим самым пронзительным взглядом.

— Вытерпеть? — выплевывает он, — и как? Не вышло? Так ты в следующий раз не экспериментируй! Заранее знай, что не сможешь перекумарить.

Артем сжимает руки в кулаки и я вижу как по его щекам начинают ходить желваки.

— Иди спать, Рита. От греха подальше…

— Мне деньги нужны, — от страха и волнения, выдавливаю я и смотрю,