Развод. Я не вернусь - Софи Сорель

Наконец-то придя в себя, я решила взять ситуацию в свои руки.

— Милый, ну наконец-то, — изобразила я радостную улыбку и влетела в его объятия. — А я уж думала, мне придется ждать.

В душе я молилась, чтобы Спартак не оттолкнул меня удивленно и не начал задавать дурацких вопросов. Вот уж когда Снежана посмеялась бы надо мной всласть!

— Разве я могу заставлять мою красавицу ждать? — Он обвил мою талию одной рукой и, наклонившись, нежно чмокнул в лоб. — Вот, это тебе. — Протянул он мне букет.

— Пойдем внутрь, я ужасно проголодалась, — еле скрывая нервную дрожь, пробормотала я.

Он все так же обнимал меня за талию, когда мы, не обращая внимания на застывших в удивлении Снежану и Костика, проплыли в распахнутые швейцаром двери ресторана.

— Это что, Островский? — донесся до моих ушей удивленный возглас Снежаны. — Твоя бывшая подцепила самого богатого бизнесмена в столице?

Управляющий провел нас на второй этаж к столику у окна, стоявшему в отдалении от всех остальных. Я лишь надеялась, что Костик со Снежаной будут ужинать внизу или вообще откажутся от мысли пойти в этот ресторан. Будто прочитав мои мысли, Спартак сказал:

— Не волнуйся, в этой зоне столики только для ВИП-клиентов.

Тем временем управляющий забрал у меня цветы, чтобы поставить их в вазу. Спартак помог мне сесть, пододвинув стул. Когда нам принесли меню, и я начала перелистывать глянцевые страницы, то заметила, что у меня нервно дрожат пальцы. Буквы и картинки расплывались перед глазами. Спартак посмотрел на меня внимательно и, забрав меню, сказал:

— Я сам сделаю заказ, если ты не против.

Я облегченно кивнула. Пока Спартак называл официанту блюда, я смотрела в окно, пытаясь совладать с эмоциями. Я не понимала, почему так отреагировала на появления Костика и Снежаны. Может, мне все еще было обидно думать, что он променял меня на эту женщину, да к тому же обвинял меня во всех смертных грехах.

Почти сразу же нам принесли бутылку красного вина. Спартак приподнял свой бокал, я кивнула и сделала огромный глоток, тут же заметив, как его губ коснулась легкая улыбка. Зато внутри меня разлилось приятное тепло. Чуть-чуть отпустило.

— Бывший муж? — спросил Спартак.

— И его новая жена, — ответила я.

Спартак присвистнул.

— Он, что же, женился, не успев развестись?

— Еще и ребенка родили, — кивнула я.

Он промолчал, пригубив вина, а потом сказал:

— Ну что ж. Вполне достойный выбор для альфонса.

— У него на лице написано, что он альфонс? — сухо спросила я.

— Написано, — уверенно заявил Спартак.

Я судорожно выдохнула и залпом допила остатки вина в бокале.

— Вы, наверное, думаете, что я полная дура? — посмотрела я ему в глаза.

— Нет, Лада, я думаю, что вам нужно отпустить прошлое и начать строить лучшее будущее, — улыбнулся он.

Я отвела взгляд. Легко сказать.

— Спасибо, что подыграли, — снова посмотрела на него я.

— Не за что. Всегда рад выручить красивую женщину.

Нам принесли салаты, какое-то блюдо с жареными кусочками говядины, название которому я не знала, и еще кучу всего. То ли от нервов, то ли еще от чего, но я почувствовала дикий голод и с удовольствием принялась за еду. Кажется, вино ударило в голову, и я наконец-то расслабилась.

Когда Спартак снова наполнил мой бокал, я спохватилась:

— Ой, эскизы! — Я полезла в сумочку.

— Потом, — остановил меня Спартак. — Сначала ужин.

Я согласно кивнула. Когда с едой было почти покончено, и на столе осталось лишь вино и тарелка с фруктами, я поняла, что на протяжении последних двадцати минут без умолку болтаю, рассказывая Спартаку о том, как мы познакомились с Костиком, об аварии, о его вечной депрессии, об измене и скандальном разводе. Черт, я, кажется, была пьяна. Спартак слушал молча, не перебивая, а по выражению его лица я не могла понять, что он обо мне думает. Наверное, считает полной идиоткой.

— Простите, что вывалила на вас все это, — покраснела я. — Мы же должны были обсуждать интерьер дома. — Я прижала ладони к раскрасневшимся щекам.

— Ты не представляешь, как ты чертовски соблазнительна, Лада, — проговорил Спартак.

Я опешила и, кажется, покраснела еще больше.

— Не начинайте, Спартак Александрович, — промямлила я, но от его слов сердце мое забилось чаще.

— Не буду, — засмеялся он. — Я помню, что ты решила, что у нас будут исключительно деловые отношения.

Он смотрел на меня чуть насмешливо, но в этой насмешке не было издевки или презрения, только веселые искорки смеха. Господи, да не смотри ты на меня так. Иначе… Иначе я сама на тебя наброшусь.

Глава 21

— Хочешь отомстить? — посерьезнев, вдруг спросил Спартак. — Я могу помочь.

— Вы серьезно? — опешила я.

— Вполне. Пара звонков, и бизнес-леди Снежана Кожевникова забудет о своем бизнесе и никогда его не восстановит, — пожал он плечами.

— Вы настолько влиятельны?

Спартак усмехнулся, а я задумалась. Хотела ли я отомстить? Никогда об этом не задумывалась. Да, наверное, в глубине душе я бы хотела увидеть Снежану и Костика растоптанными и поверженными, чтобы стереть с их губ эти усмешечки, убрать с лица превосходство. Но помимо желания отомстить, ведь были еще и какие-то моральные составляющие моей жизни, моей натуры.

— Нет, — помотала я головой. — Она только-только ребенка родила. У ребенка должна быть семья и любящие родители. Пусть живут, как хотят. Лишь бы меня не трогали.

— О вашем ребенке Кожевникова не думала, когда обзвонила пол-Москвы и лишила вас работы, — приподнял бровь Спартак.

— Но я ведь не она, — посмотрела я ему в глаза и увидела, как в его промелькнула странная тень.

— Я вами восхищаюсь, Лада. — Он поднял свой бокал и допил вино. Я была уверена, что сейчас он сказал именно то, что чувствовал, без иронии или издевки.

Я тоже допила вино и сказала:

— А теперь давайте все-таки вернемся к работе.

— Вы зануда, — засмеялся Спартак и, щелкнув пальцами, подозвал официанта: — Две чашки эспрессо.

Он долго рассматривал эскизы, которые я подготовила для него. Две спальни, оформленные в выбранном им стиле, но с разными акцентами: сине-серые тона для мужской комнаты и персиковые — для женской.

— Что скажете? — спросила я.

— Мне нравится, — кивнул Спартак.

— Замечания?

— Нет, — покачал он головой. — Но эта, — он ткнул в рисунок мужской спальни, — будет для гостей. Для моей собственной спальни вы сделаете что-то более светлое. Никаких темных портьер.

— Любите просыпаться от ярких лучей солнца? — усмехнулась я.

— Люблю просыпаться рядом с хорошенькой женщиной, Лада. До сих пор не забыл, как вы бессовестно сбежали от меня ночью, —