Попаданец для драконши - Алиса Рудницкая

— Да, пожалуй, — хмыкнула задумчиво Ласла. — Но не думай, что хорошо меня изучил, Ганс. Мы слишком долго не виделись.

Читай — никогда.

— Не питаю иллюзий, — кивнул я. — Но я хочу сказать вот что. Если мы будем постоянно бросать месторождения, а не пытаться их разработать, то рано или поздно у нас останутся одни лишь вот такие шахты и нам рано или поздно придется взяться и за них. Нам стоит попробовать ее разработать. Но это не обязательно значит, что нужно подвергать людей опасности. Каждое ремесло похоже в совокупности своей на одно большое живое существо. И так же как и живое существо оно растет и меняется со временем, развивается.

— Клонишь к тому, что вместо того, чтобы идти напролом, лучше придумать, как обезопасить шахтеров? — хмыкнула Ласла. — Неплохая мысль.

— Это безумие, госпожа, — покачал головой начальник шахты. — На данный момент нет таких технологий или магических приемов, которые бы помогли нам в разработке такой опасной, глубинной жилы. Все закончится тем, что шахты рухнут и…

— И где мы найдем умника, который придумает новые решения этой проблемы? — не слушая его, заинтересованно спросила в меня Ласла.

— Если вам нужно провернуть что-то безумное — ищите безумца, — улыбнулся ей я. — Прогресс частенько двигали те, кого все звали сумасшедшими. Причем двигали они его не за большие деньги, а ради идеи. Что, если и в нашей проблеме нам поможет какой-нибудь чудак?

— Что ты предлагаешь?

— Рассказать о проблеме народу, — пожал я плечами. — Придать ее как можно большей огласке, рассказав, что людям грозит опасность в этой шахте. Это создаст много пересуд и распространит ее на большее число людей. И тогда нужный нам человек может ей заинтересоваться. У меня нет плана, это всего лишь безумное предложение о безумном плане по безумной разработке безумной шахты.

— Может, назначить вознаграждение?

— Лучше не назначать, — покачал я головой. — Избежим возни с шарлатанами, решившими просто поживиться. Нет… нам нужно искать того, что решит работать задарма.

— Сказочник ты все же, — хмыкнула королева. — Но эта идея слишком проста в реализации, чтобы не попробовать. Хотя я более чем уверена, что никто не откликнется.

Повернувшись к начальнику шахты, она кивнула.

— Продолжайте работы. Если за месяц не произойдет чудо, и мы не найдем, как мой брат предрекает, какого-нибудь смышленого чудака — сройте верхний слой того корня насколько сможете, насколько это будет безопасно, и расходитесь. Перед закрытием шахты напишите мне письмо. И выделите деньги вашим штатным магам на поиски новой жилы в окрестностях, они часто идут парами, а то и тройками. Знаете же историю северо-восточных железных шахт?

— Знаю, ваше величество, — кивнул, поклонившись, мужчина. — Спасибо за ваше благоразумие.

— А что за история? — спросил я осторожно.

— То, что мы разрабатываем, не что иное как окаменевшие за века корни исполинских железнодрев, мой принц, — пояснил начальник шахты. — Сейчас их уже нет, но маги утверждают, что раньше они в Вадгарде росли целыми рощами. Именно такую рощу и нашли на северо-востоке. Но у нас, возможно, имеет место быть лишь отдельно взятое дерево. Я не уверен, что мы найдем рощу. А если и найдем — мало от нее толку, так как деревья наверняка тянулись корнями в очень близкий океан.

— Не давайте сомнениям мешать вам работать, — строго осадила его королева. — Можете идти. Если вдруг найдем решение проблемы — мы вам сообщим.

— Спасибо, моя королева, мой принц, — поклонился мужчина. — Я буду молится свет-птице за успех нашего дела.

Когда он скрылся за дверью, Ласла решительно встала и сказала — неожиданно холодно:

— Завтра у тебя много дел, Ганс. Список того, что ты должен будешь сделать, тебе принесет моя секретарь. Послезавтра же — пир в твою честь, не забывай об этом.

— Хорошо, — кивнул я, надевая маску, чтобы скрыть свое разочарование. — Как скажешь.

А ведь я так надеялся, что она оттаяла. Но, кажется, королева скрывала под маской не только свое лицо, но и свой характер.

9. Пшеничные люди

Джус сона Крагорд была, кажется, счастлива.

— Хороший, сон принц, самая умная умничка из всех, кого я видела. Если ее королевское вдруг задумает торговать с другими мирами, попрошу ее чтобы из вашего мира к нам завезли таких мальчиков как вы, больно уж прелесть.

— Заткнись, Джус, хватит причитать, — рыкнула на нее Элли. — А то еще кто-нибудь подумает, что Вадгард снова начал торговать рабами. Не позорь страну и ее королевское величество перед народом. А ты, грязный сосунок, перестань к ней жаться уже! А то то все решат, что ты не принц, а молодой любовник Джус. Не порть репутацию Розалиндов!

Ну а как тут не жаться, если мы с этой тетей-лошадью, как я окрестил генерала королевской армии, ехали, пусть и медленно, на огромном лохматом лосе.

Но обо всем по порядку.

С утра пораньше — черт возьми, как же они любят вставать на рассвете, жаворонки доморощенные — ко мне нагрянула секретарь с обещанным списком дел. Список, правда, был довольно произвольным и утрированным, время же всех мероприятий мне полагалось расставить самостоятельно, и на это мне дали даже целый час. Ну и я, в общем, решил, как выразилась Альти, поймать всех волков одним капканом. Если быть точнее — я этот список еще и дополнил. Конечно, пришлось секретарю королевскому и моей служанке побегать по благородным сонам, входящим в совет маскарада, но зато я выбил себе разрешение на целый день вне замка. Омрачало этот факт только то, что Ласла отправила со мной свою верную собачку Элли. Мол, пока у меня нет своего рыцаря меня должен охранять ее рыцарь — то есть командирша, одна из двух женщин в замке, которых я побаивался.

Как по мне — одной Джус бы хватило. Вон она какая мощная! С такой женщиной как за каменной стеной.

Потом, когда мы уже пришли на конюшню определяться с транспортом, я в шутку забраковал карету на воздушной подушке, запряженную двумя лошадками. Вспомнил о том, как в фильмах про дикий запад на них вечно нападали бандиты. Джус мою шутку оценила, а рассказ о ковбоях ей вообще понравился страшно. Шутка за шутку, и веселая тетя-лошадь предложила мне поехать на «особом» транспорте. Таинственно так предложила, ну как тут можно было отказаться?

Зверюга, на которую меня усадили, называлась