Грешник - Эмма Скотт

– Подожди. – Я нахмурилась, пытаясь собрать разбегающиеся мысли в кучу. – Что происходит, Кас? Скажи мне правду. Это?.. – Я взмахнула рукой. – Это все реально? Или я тебя придумала?

– Ты бы предпочла, чтобы это оказалось фантазией? – Его голос был тихим. Нежным. – Хочешь проснуться завтра и ничего не вспомнить о последних двух днях? Обо мне?

Я сильнее стиснула его рукав.

– Нет. Я… я не знаю. Не могу думать. Сегодня вечером что-то произошло. Ты был напуган, но я не могу…

– Я ничего не боюсь, – отрезал Кассиэль. – Не за себя. Но если ты боишься, Люси. Если это слишком…

– Ты уйдешь? – Я скорее почувствовала, чем увидела, как он кивнул. – И я о тебе не вспомню?

– Если ты этого хочешь.

– А как насчет твоего искупления?

– Мое единственное утешение – это знать, что ты в безопасности и счастлива. – Он гладил меня по волосам, и его успокаивающие прикосновения усыпляли меня все больше и больше. – Не бойся, Люси Деннингс. Тебе ничего не угрожает. Я этого не допущу.

Ощущение уюта и безопасности, навеянное его голосом, накрыло меня тяжелым одеялом. Будто окутало светом защитного заклинания.

Я улыбнулась и вздохнула, проваливаясь в сон.

– Я тебе верю, Кассиэль.

«Но я не знаю, кто ты. Или знаю?»

Ответил другой голос, зловещий, таящийся в наползающей тьме.

«Я покажу тебе, кто он такой…»

* * *

Поле битвы.

В лужах крови, смешанной с грязью, лежат тела. Запах невыносимый. Все застыло, кроме пепельных облаков, плывущих по ржаво-красному небу.

И мух.

Мухи тучами жужжат над мертвыми, их жужжание отдается в ушах, все громче и громче. Я ищу спасения, но кругом лишь одни трупы. Я смахиваю насекомых с лица, с волос. Но их становится все больше, и мне приходится бежать.

Вслепую я спотыкаюсь о неподвижные конечности, а мухи продолжают облепливать меня, ослепляя, щекоча кожу сотнями крылышек и лапок.

И когда я открываю рот, чтобы закричать, они залетают внутрь…

Я проснулась от собственного крика. Сон исчез, а вместо него в больную голову ворвалась реальность. Я лежала в своей постели, в своей квартире, а Кассиэля нигде не было видно.

– Просто кошмарный сон. И все.

Я вздрогнула, когда глаза обожгло утренним светом, солнце как будто мстило мне за какое-то неизвестное преступление. Я снова легла и подождала, пока отступит тошнота. Сон попытался опутать мысли, но я отогнала его, иначе меня точно стошнит.

Когда я снова могла доверять своему желудку, то встала и поплелась на кухню за стаканом воды. Двигаясь как старушка, прошла мимо слегка приоткрытого окна и поморщилась при виде ползающей по стеклу снаружи мухи.

– Эй ты, держись подальше от моих снов.

Мне удалось достать из буфета стакан и наполнить его водой из-под крана. Во рту было ощущение, будто я вылизала пол в кинотеатре: я смутно припоминала, что бармен в «Маллигане» в какой-то момент вчерашней попойки поставил перед нами миску с прогорклым попкорном.

Моей попойки. Несмотря на выпитый галлон вина, Кас оставался до чертиков трезвым.

Я хихикнула и выпила еще воды, оглядывая свою маленькую пустую квартирку. Теперь за окном уже собралось несколько мух. Одна из них у меня на глазах влетела внутрь и приземлилась на вазу с фруктами, стоявшую на столешнице. Одинокий банан вот-вот должен был испортиться.

К ней присоединилась еще одна муха. Потом еще одна.

– Что?..

Я вся похолодела, когда увидела целый рой мух, жужжавших у окна и облепивших стекло. Живая масса маленьких серых тел. Все больше и больше… Потом они хлынули внутрь, заполонив пространство, словно дым. Сначала кучками, а затем так густо, что я ничего не могла разглядеть.

Стакан с водой выпал у меня из рук и разбился о линолеум у моих ног. Я отчаянно – и бесполезно – отбивалась от роя.

«Это не по-настоящему, это не по-настоящему, это не…»

Я споткнулась и врезалась в крошечный выступ столешницы. Захваченная в плен, я не осмеливалась открыть глаза или даже дышать, пока мухи безжалостно покрывали мою кожу. Меня охватил ужас, вытесняя все рациональные мысли. Невозможно даже вообразить, что такое может происходить наяву.

Я начала сползать на пол, но внезапно в воздухе что-то переменилось. Как будто по квартире пронесся поток.

– Ma ki-ta!

Сквозь пальцы я разглядела Кассиэля. Демона Кассиэля. Он стоял в центре квартиры, облаченный в свою черную одежду. Но между перекатывающимися мышцами спины и плеч был закреплен огромный меч, а по бокам тела свисали впечатляющего размера крылья, покрытые блестящими черными перьями. Такими длинными, что кончики касались каблуков его ботинок. Даже в это полное ужаса мгновение у меня перехватило дыхание от его мрачного величия.

Он протянул бледные, бескровные руки к окну и взмахнул своими огромными крыльями. Вызванный ими порыв ветра подхватил всех мух и вынес их через открытое окно. Через несколько секунд они исчезли, снова оставив меня отчаянно цепляться за реальность и пытаться сохранить здравый рассудок.

Я стиснула край столешницы, и из горла вырвалось рыдание. Кассиэль повернул голову на звук, его черные глаза без белков казались ониксовыми безднами на совершенном алебастровом лице. Они внушали ледяной ужас, и я съежилась, сползла на пол и свернулась калачиком посреди разбитого стекла.

В следующее мгновение Кас уже очутился передо мной на коленях, в своем человеческом обличье, а на его лице читалось раскаяние.

– Прости меня, Люси. Прости меня…

Он обхватил обеими ладонями мое лицо, наклонился ко мне. На одно безумное мгновение я подумала, что он собирается поцеловать меня. Но он прижал большой палец к моему лбу и закрыл глаза.

– Ñeštug u-lu…

* * *

Я очнулась и заморгала, с губ сорвался тихий вскрик. Я сидела на кухонном полу, прислонившись к островку, а не в своей кровати. Вокруг меня в луже воды валялось разбитое стекло. Прошлой ночью я сильно напилась и, должно быть, пыталась набрать воды, но уронила стакан, а потом… потеряла сознание?

Желудок скрутило от мысли, что я повела себя так безрассудно.

«Кас не помог».

Несмотря на выпитый галлон вина, Кас оставался до чертиков трезвым…

– Ого! Дежавю.

Я осторожно босиком обогнула осколки стакана. В квартире никого не было. Я посмотрела в открытое окно, гадая, не собирается ли Кас влететь в качестве ворона, и решила, что если так, то мне не стоит такое видеть.