Небом дан - Юлия Резник

– У тебя есть время до следующей субботы. Подумай, не руби сгоряча.

Матушка говорила так, будто была и впрямь уверена, что Савва мне не откажет. И как оказалось, в этом она была права.

– Я принес вещи.

Вздрагиваю. Надо научиться закрывать дверь на замок, если не хочу, чтобы Савва заставал меня каждый раз врасплох.

– Спасибо. Ромка, выходи. Сколько можно там торчать? – разворачиваю перед сыном полотенце. – А я где могу лечь?

Савва оскаливает зубы в хищной улыбке:

– Со мной?

– Бегу и падаю, – закатываю глаза. – Ладно, я лягу с Ромкой. А теперь не мог бы ты выйти, чтобы я тоже приняла душ?

– С радостью потру тебе спинку, – шепчет Савва мне в ухо. Я ежусь. Интересно, если я когда-нибудь решусь, мне понравится? Принимать душ вместе с ним…

– Не в этой жизни.

– Эй, Ник, ты чего? – Савва перехватывает мою руку, не давая выйти из ванной вслед за сыном.

– Ничего. Отпусти.

– Послушай, я не силен в таких играх, поэтому ты мне лучше прямо скажи. Я что, тебе так уж отвратителен? Гожусь лишь на то, чтобы ребенка забацать? И все, дело сделано, все свободны?

Это так неожиданно и настолько далеко от истины, что я даже рот открываю.

– Нет, конечно. Я…

– Что? Ты опять меня отталкиваешь. А ведь еще утром все было иначе. Мы почти поцеловались.

– Поцелуй – это тебе не спинку потереть! Не знаю, с какими женщинами ты обычно имеешь дело, но я не готова с наскока прыгнуть в постель к первому встречному.

– Мы уже делили постель!

– Да. Потому что в этом была необходимость. Теперь же все по-другому. Если я и стану с кем-то спать…

– С кем-то?! – рычит Савва медведем. – Ты не будешь спать с кем-то. Даже не мечтай!

– А я и не мечтаю!

– Ты только что сказала, что будешь спать с кем-то!

– Если буду спать, господи! Улавливаешь, в чем разница? Если я буду с кем-то спать, то этим кем-то будет мужчина, с которым у меня все серьезно.

– А я, по-твоему, что тебе предлагаю?! Перепихнуться разок и разбежаться к чертям?

– Я не знаю, что ты мне предлагаешь! Ты мне не говорил.

– Я привез тебя в свой дом! Что, по-твоему, это значит?!

– Сюда ты меня привез потому, что мы с Романом оказались в опасности. Не хочешь же ты сказать, что таким был твой изначальный план?!

– Да у меня вообще не было никакого изначального плана! Ты хоть понимаешь, что я даже мечтать не мог о таком?! Ты, Ромка – здесь… В моем доме! – замираем друг напротив друга, как два реслера на противоположных углах ринга. Интересно, он хоть понимает, как прозвучали его слова? Как будто он обо мне мечтал…

– Мам. Дядь Савв… А вы чего тут кричите? – возвращается в ванную Ромка. Не привыкший к скандалам, он выглядит по-настоящему встревоженным.

– Спорим, кто следующий пойдет в душ, – вру, не моргнув глазом.

– Выиграла твоя мама.

– Но Ромка…

– Иди. Я его уложу. Что там надо? Почитать сказки?

Не дожидаясь от меня возражений, Савва выводит Ромку из ванной и плотно прикрывает дверь. У меня имеются некоторые сомнения на счет того, что он справится, поэтому я не позволяю себе понежиться под горячим душем. Торопливо моюсь, одеваюсь в помятый халатик и выхожу. В комнате, что Савва выделил Ромке под детскую, горит лишь ночник. Подхожу ближе. Ромка крепко спит.

– Отрубился, только голова коснулась подушки. До сказок дело не дошло.

– Спасибо.

– Пойдем, – встает, – нам поговорить нужно.

– Ты путаешь. По сценарию эти слова всегда отводятся женщине.

Савва выходит вперед, косится на меня из-за плеча:

– Женщина уже так себя накрутила, что пора брать инициативу в свои руки.

Сглатываю. Молча плетусь за Саввой по коридору. Дом у него совершенно необыкновенный. И пахнет здесь специфически. Хвоей, что предсказуемо – дом-то деревянный, корицей и луговыми травами. Ароматы трав у меня прочно ассоциируются с праздником пресвятой Троицы, когда мы, по православной традиции, устилали полы любистком и мятой.

– Куда ты меня ведешь?

– В кухню.

– Я едва на ногах стою.

По какой-то совершенно мне неведомой причине продолжать этот разговор мне страшно. К тому же я и впрямь очень устала. Возможно, нам стоило прояснить наши отношения завтра.

– И правда. Едва стоишь. – Савва проводит по моей щеке пальцами. – Тогда давай быстренько проясним основные моменты. И в люлю…

– Ладно. С чего начнем?

– Тебя, кажется, сильно волновали мои намерения. Так вот, смею заверить – они самые что ни есть серьезные. Если тебе от этого станет легче, можем пожениться хоть завтра.

– Завтра? – стою с отъехавшей к полу челюстью.

– Хм… Ты права. Завтра не выйдет. Выходной. Тогда как насчет понедельника?

– Ты шутишь? – сощуриваюсь я.

– Почему сразу шучу?

– Потому что! Желание затащить меня в постель – не очень хороший повод для женитьбы.

– Я бы мог с тобой поспорить, но не буду. К тому же это не главная причина.

– Да неужели? Что же еще могло заставить такого закоренелого холостяка, как ты, распрощаться со своей драгоценной свободой?

Савва разминает шею. Наклоняет голову к одному плечу, к другому, не сводя с меня задумчивых глаз.

– Ну, вот смотри. Я сейчас тебе признаюсь в неземной любви… Ты мне поверишь?

Сердце екает. Дыхание сбивается. Я гашу в себе порыв прокричать: конечно же, да! И отведя глаза, шепчу более уместное и разумное:

– Нет, конечно.

– Вот! Я так и думал. Поэтому какой смысл попусту сотрясать воздух, так? Давай отталкиваться от того, что мы глубоко симпатичны друг другу. К тому же у нас есть общий сын. И очень может быть – одно на двоих уголовное дело.

– Ты опять смеешься! – ахаю я.

– Если только чуть-чуть.

– Нас все-таки преследуют?

– Да нет же. Это я так… Пошутил. Но сама посуди, у нас не так-то и мало поводов держаться вместе. Люди начинают и с меньшего.

Конечно, Савва прав, но…

– Если Роман так для тебя важен, – опускаю взгляд к собственным рукам, – почему ты позволил другому мужчине стать ему отцом?

– Это весьма