Останься со мной - Адалин Черно

— Зря ты ушла. Тебя могли заметить.

— Я… я боялась, что она может вызвать полицию.

— Она могла, — хмыкает Тарас. — У тебя документы с собой?

— Да. А что?

— Спрашиваю на всякий случай. Возможно, придется сделать новые.

Так далеко я в своих мыслях не заходила. Я собиралась сбежать, пожить какое-то время отдельно, а потом… потом вернуться. Конечно, вернуться. Мне и в голову не приходило оставить родителей навсегда.

— Я не хочу менять документы. Пока не думала об этом.

— Это не обязательно, но если вдруг — у меня есть знакомые.

— Хорошо. Я надеюсь, обойдется.

— В будущем… — Тарас замолкает. — В будущем постарайся не принимать решений без меня.

Я уже собираюсь спросить, что означает в будущем. Он ведь не станет помогать мне всегда, но Тарас добавляет:

— Пока ты со мной, помни об этом.

Глава 20

Изабелла

Когда мы возвращаемся в квартиру, она оказывается пустой. Я выдыхаю и, разувшись, прохожу внутрь. В животе непростительно урчит. До прихода этой мегеры я собиралась поесть собственноручно приготовленных блинчиков. Да я тесто готовила час, потому что приходилось каждый шаг подсматривать в найденной кулинарной книге, а она просто взяла и выбросила! Смахнула мои блины в мусорку!

Я испытываю злость. Удивительно, но когда Лена выбрасывала блины при мне, я чувствовала только замешательство и растерянность, но сейчас, когда за моей спиной стоит Тарас, я злюсь. Уверена, если бы она попыталась провернуть все это сейчас, я бы ей не позволила. Жалею, что час назад была такой бесхребетной.

— Голодна? — спрашивает Тарас, словно прочитав мои мысли. — Я вот очень.

— Да, я бы поела. Могу приготовить что-то, если скажешь, чего хочешь.

Учитывая, что я умею готовить только рагу и блинчики, заявление очень смелое. Надеюсь, Тарас не попросит ничего, что невозможно найти в той книге.

— Я закажу еду, — сообщает мне, чем вызывает во мне волну облегчения.

Я с трудом сдерживаю выдох и быстро киваю, соглашаясь.

— Что ты будешь?

— Блинчики. И кофе, если можно заказать.

— Можно. Недалеко от дома есть неплохое кафе, я часто там завтракаю.

— Если хочешь — можешь сходить.

Я понимаю, что сейчас являюсь для Тараса балластом. Он даже в любимое заведение не может сходить, потому что вынужден нянчиться со мной. Это мне, а не ему нельзя лишний раз показываться на людях.

— От доставки вкус кофе не изменится, — с улыбкой говорит Тарас и что-то кликает в своем смартфоне.

Я в это время с сожалением смотрю на сложенную в раковине посуду. Я планировала все вымыть после завтрака, а потом явилась Лена. Удивительно, но ей почему-то не захотелось помыть посуду, а вот блины мои ей пришлись не по вкусу. И кофе… как вообще можно вылить кофе?

— Я в душ. Заказ приедет через полчаса. Если я не успею выйти — заберешь, — Тар протягивает мне свой телефон. — Все оплачено, чаевые курьеру оставлены.

— Хорошо.

Заказ привозят чуточку раньше и забирать его действительно приходится мне. Чтобы не контактировать с курьером я прошу его оставить заказ у двери и уйти. Он, если и удивляется, то не подает виду. Я наблюдаю за тем, как он оставляет пакет у двери, выжидаю пару минут и выхожу. На лестничной площадке пусто, но я все равно тороплюсь забрать заказ скорее и скрыться за дверью. После незапланированной прогулки мне кажется, что из-за угла покажется один из приспешников отца.

Удивительно, но после всего, что Тарас для меня сделал я переживаю не за себя. Максимум, что отец сделает — лишит меня карманных денег и на какое-то время закроет в комнате. Может, еще, без интернета оставить и запретить Иде приходить. Никакого физического наказания отец ни разу ко мне не применял, а вот Тарас… он для него никто. Рандомный исполнитель, который ввязался в сокрытие родной дочери. Вот уж кого папа не пощадит, так это Тара.

— А чего ты в дверях стоишь?

От неожиданности я вздрагиваю и, наконец, отмираю. Осознаю, что стою у двери с пакетом еды в руках и не шевелюсь.

— Задумалась.

— Судя по выражению лица о невеселом.

— Так и есть. Подумала о том, что меня мог кто-то узнать, пока гуляла. Если он узнает, как думаешь, свяжет нас с тобой?

— Конечно, нет.

Тарас говорит это совершенно уверенно, но я почему-то улавливаю в его голосе фарс. Врет. Конечно же врет. Отец не настолько глуп, чтобы не понять, с чьей помощью его единственная дочь так долго скрывается. В то, что это я все сама, он не поверит и будет прав. Сама я бы уже давно была дома и отбывала заслуженное наказание. А я ведь от дома Тараса отошла недалеко, да и мы вместе возвращались. Я, конечно, капюшон натянула, но если меня кто-то узнал, могли проследить.

— Идем завтракать.

Тарас забирает у меня из рук пакет и уходит на кухню, вынуждая идти следом. Пока добираюсь, он умудряется распаковать кофе и теперь его божественный аромат разносится по всему помещению.

— Твой, — протягивает мне мой карамельный латте.

У Тараса есть кофемашина, но там, конечно, кофе, как в кафе, сделать не получится, так что я с удовольствием наслаждаюсь вкусом напитка и попутно думаю о том, что нужно как-то финансово вкладываться тоже. Я с собой не миллионы взяла, но бедствовать не придется.

Завтракаем в тишине. Я наслаждаюсь кофе и блинами. Свои я так и не успела попробовать, но почему-то уверена, что они определенно не были бы такими вкусными, как эти.

— Что это?

Я как-то проворонила момент, когда Тар встал и открыл тумбочку, где висело мусорное ведро.

— Мусор, — отвечаю невозмутимо.

— Ты готовила?

— Ага.

— И почему блины в мусорке?

Поначалу я хочу соврать. Сказать, что они получились невкусными или еще что-то, но потом понимаю, что не хочу недоговаривать. Не станет же Тарас из-за блинов разбираться со своей бывшей. Уверена, что нет.

— Я как раз собиралась позавтракать, когда пришла твоя жена. Ну и… блины она выбросила, кофе вылила. Чашка, кстати, ее.

— Чашка и правда ее, — хмыкает Тарас, а затем невозмутимо отправляет ту в мусорку.

Я наблюдаю за этим с широко распахнутыми глазами. Заметив это, Тар поясняет:

— Давно пора избавиться от всех ее вещей. Понятия не имею, зачем она их оставила.

Чтобы вернуться — думаю про себя, а для Тараса лишь пожимаю плечами. Он не выглядит мужчиной, который жаждет вернуть бывшую жену, иначе бы вместо