Избранная страны драконов - Тася Тараканова

И тут Добромир вызверился.

— Что ты с ней сделал? Где взял этот проклятый ошейник с шипами?

— С шипами? — Йохан слегка попятился, — я не знал про шипы, -- его удивление было искренним, — давай поговорим спокойно.

— Спокойно? Драконицу чуть не угробил, и приехал поговорить.

— Лару тренировала Иолана, — ответил Йохан, не скрывая раздражение.

— Зачем ты ей позволил? — Добромир чуть сбавил обороты, видимо, начал понимать, что произошло.

— Иолана требовала, её не переспоришь. Я не мог запретить… твоей пассии.

— Знаешь, я уверен, ты видел, что она творит.

— Видел. Поэтому попросил тебя забрать Лару. И ещё. Я выгнал Иолану из команды и не пустил на полигон. Извини, но пришлось взять на себя такую ответственность. Ты стал редким гостем. Я приехал предупредить, Иолана жаждет мести. И это серьёзно.

— Хочет поквитаться, — задумчиво проговорил Добромир.

Теперь стало ясно, почему Иолана напала на Эрвина.

— Кстати, со мной Любава, твоя родственница. Она слышала, как Радич грозилась на полигоне. Она подтвердит.

— С чего ты взял, что я не поверю тебе? — капитан взглянул на девушку в фанатской шапке и осёкся, — родственница? — Добромир выпал в осадок от такой новости и не сразу понял, о чем толкует Йохан. Я чуть не расхохоталась, стоя за кустом, так Светозаров воззрился на девушку, но в подступающих сумерках из-за дурацкой шляпы никто не мог рассмотреть её лицо.

Что удивительно, новоявленная родственница, всё это время мирно стояла и слушала перепалку друзей. Девица и дальше бы внимала беседе, но Добромир резко переключился на неё. И правильно. Не хватало нам шпионки в поместье.

— Э… мы знакомы? — спросил Светозаров, развернувшись всем корпусом к девице. Тихая родственница не проявляла братских чувств и уже этим казалась подозрительной.

— Я что-то не припомню тебя, Любава?

— Водички можно с дороги? — раздался приятный голос незнакомки, и я чуть не шлепнулась на пятую точку.

— Эм... у тебя ко мне дело? — Добромир видел, девушка не хочет говорить при Йохане, но в дом ее приглашать не собирался.

— Отойдем на пару шагов. У меня личное.

Добромир взглянул на Йохана, тот пожал плечами. Барановский не претендовал на семейные тайны Светозаровых, он развернулся и пошёл к мобилю.

— Прошу, — Добромир указал рукой вперёд, и двинулся вдоль по аллее. Отойдя метров на десять, Светозаров обернулся к спутнице. — Что ты хотела? — спросил он довольно невежливо. День свиданий ему не терпелось закончить как можно быстрей.

— Я ищу Эрвина, Соню и Ларри, — ответила незнакомка, и Добромир не справился с лицом. Неожиданный вопрос поверг его в шок, он на секунду потерял самообладание.

— С чего ты взяла, что они здесь? — хрипло спросил хозяин поместья.Вот видишь, ты даже не сказал, что не знаешь о ком речь, — произнесла незнакомка. Мне хотелось высунуться из укрытия и крикнуть, но присутствие Йохана Барановского останавливало.

Меня разбирал смех. Знатно прокололся Добромир. Сейчас он девице нахамит и отправит восвояси. Если нахамит, я буду не против. Недобрый взгляд чемпиона скользнул в сторону, наткнувшись на Эрвина, который из-за дерева подавал знаки. Своей бурной жестикуляцией он показывал, девушку нужно оставить, а Йохана удалить. Весь этот цирк я с удовольствием наблюдала из своего укрытия.

Незнакомка стояла спиной к дереву, она заметила, как Добромир переменился в лице. Ей захотелось оглянуться, но Светозаров успел сфокусировать взгляд на спутнице и, слегка заикаясь, произнёс:

— Э…, Любава, я готов побеседовать с тобой, но Йохану пора домой.

— Не возражаю, — без тени улыбки ответила незнакомка.

Вернувшись к Барановскому, Добромир без церемоний, выпроводил озадаченного товарища обратно. Для этого Светозаров не пожалел своего мобиля, так как больше лететь было не на чем. Черная стрекоза, негромко жужжа, поднялась в воздух и отбыла в направлении города, Добромир с облегчением закрыл ворота.

Когда хозяин поместья обернулся, он увидел душераздирающую сцену. Вторую или третью за этот вечер. Добромир сбился со счета. Незнакомка, Ларри и Эрвин обнимались, я неспешно приближалась к семейной идиллии, и кое-кто опять рыдал.

— Что происходит? — спросил Добромир, глядя на мою понимающую улыбку.

— Привезли успокоительное, — ответила я, глядя на рыдающего Ларри, — и дурацкий смех напал на всю нашу дружную компанию.

— Асанна, — девушка протянула Добромиру руку для приветствия, — сестра Ларри. Родня, но не твоя, — чемпион осторожно пожал протянутую ладонь. Во взгляде Добромира читалось изумление вместе с растерянностью.

— Зачем было маскироваться, тащиться пешком в Овечечку, чтобы все, кому ни лень, прибыли вслед за нами? — спросил он меня.

Я пожала плечами.

Занавес. Второй акт закончился.

Вечером, сидя в огромной гостиной, мы делились впечатлениями. Добромир тактично покинул нас, выйдя прогуляться до пастбища и проверить драконов. Он понимал, что мы только и ждём, когда он оставит нас одних.

Ларри начал рассказ.

Глава 8. Хлебный мякиш

Ларри

Я был неимоверно счастлив, с того самого времени, как мы встретились в избушке.

— Глупая улыбка не сходила с твоего лица, — поддакнула Асанна.

— Сестра, не перебивай. Ты ничего не понимаешь. Мне хотелось обнять всех и каждого, ведь мои друзья вернулись с Великой Вершины. Невероятно! Мысли о Вершине всегда занимали меня. Я любил думать о тайне, которую она таила. Иногда мне казалось, ещё миг, и я разгадаю секрет. Жаль, Вершина ускользала, скрывалась в дымке, завешивалась облаками, как всегда случалось из-за плохой погоды. В следующий выходной я помчался к вам. В заплечной сумке тащил продукты, предвкушая радостную встречу.

Мне не терпелось услышать твой рассказ, Эрвин. Мы ведь так мало поговорили, совсем ничего не успели друг другу сказать. Я чуть не бегом вынесся на поляну из леса, добежал до избушки и распахнул дверь. Улыбка застыла у меня на губах. Домашние коврики в сенях были затоптаны и сбиты, табуретка торчала кверху ногами, пол весь в ошмётках грязи, а дверь в комнату распахнута. Я двинулся вперёд. Комната представляла собой помещение после ночного гулянья пьяной компании, всё разбросано, раскидано, стол залит чем-то липким. Ноги меня не держали, я сделал несколько нетвёрдых шагов и бухнулся на лавку около стола.

Мне необходимо было срочно успокоиться. В таком нервном состоянии я не то, что думать не мог, даже