Любовь под маской - Соня Смехова

Здесь было слишком шумно. Она с удивлением смотрела на разложенные на раковинах карандаши и тоналки. У девушек шло бурное обсуждение:

— Родинки должны быть под мочками и на ладони.

— Сколько родинок?

— Чем больше, тем лучше?

— Серьёзно, сколько родинок?

— Какие родинки? Большие?

— Где под мочкой?

— Где на ладони?

— А каким цветом лучше рисовать? Побледнее или поярче?

— Ой, девочки! Надеюсь, мои такие, какие надо, и Демьян в меня влюбится.

— Ага, ещё как влюбится, только сначала в меня.

— Думаете, ни с того, ни с сего у него появился фетиш на эти точечки?

— Ну а вдруг? Чем чёрт не шутит?

— Да уж, тогда пожирнее да потемнее надо выводить, чтобы наверняка у него ум ушёл.

Девушки усиленно разрисовывали себя, наклеивали мушки.

Любу кинуло в жар. Она быстро сообразила, что чему: Демьян разыскивал её по приметам. Он всерьёз запал за Летучую мышь или хотел отомстить за непредвиденное фиаско? В любом случае лучше было не выяснять. А скрыться из глаз долой куда подальше.

Девушка осторожно выглянула из туалета. Компании мажоров уже не было. Что было мочи, она полетела в общагу переодеваться. Маскировка продолжилась. Не придумала ничего лучше, чем замазать родинки тональным кремом, капля которого была позаимствована у Веры.

Демьян недовольно поморщился. Он уверен, что эта моль с шишкой на голове не имеет никакого отношения к той, которую он искал. Тем более что кольцо оказалось большим. Вован сказал, что девушка с удовольствием надела его и даже согласилась принять в дар, обнажив металлические скобы на выпирающих зубах при улыбке.

У Мышки не было ни скоб, ни очков, ни линз. Он точно знал. Слишком близко были её глаза. Зелёные, как два редких изумруда.

Глава 14. В общаге у девчонок

В девичьей комнате общаги суета, не протолкнуться. Вовсю шла подготовка к вечерним посиделкам. По традиции, в первый день после каникул девушки собирались и болтали без умолку несколько часов подряд, уплетая привезённые вкусности. Каждую без исключения перед отъездом плотно нагрузили самыми разными продуктовыми припасами, чтобы доченьке или внученьке не было голодно и грустно вдали от дома. И им не было, ни капельки.

Девчонки в приподнятом настроении носились туда-сюда: придерживая дверь ногой, залетали с полными руками тарелок, пакетов, свёртков и передавали их Изольде. Она руководила процессом и расставляла яства.

— Так, картошку с лучком воткнём рядом с лечо. Девки, какое оно у моей бабушки шикарное, ум отъешь. Чтобы все попробовали, — командовала кулинарная активистка, крутясь возле стола и бренча посудой.

— Изи, а куда пирожки?

— С чем у тебя?

— Вот эти с капустой, а эти — с яблочным повидлом.

— С капустой у нас уже есть — уноси, а сладкие поставим к варенью. На десерт уйдут.

— А у меня мясо.

— Какое?

— Свинина, запечённая под сыром и помидорами.

— Богато. Ставим к картошке, — Изольда переставляла тарелки плотнее, собирая пазл, и ворчала под нос о нехватке места. — Нам надо стол раза в два больше. Что это? Как на табуретке теснимся.

Парни то и дело заглядывали в комнату и принюхивались к витавшим в воздухе аппетитным ароматам.

— Слюни подобрали! И слушаем сюда, — продолжала вещать организатор посиделок, грозно расставив руки по бокам. — Сегодня у нас девичник. Мероприятие закрытое. Мужикам здесь делать нечего. Заходим с тарелкой, накладываем и проваливаем восвояси. И не борзеем, поживиться можно и у других.

— Чайник вскипел, я принесла.

— Да куда его? И так места не хватает. Чай пить позже будем. Тащи его обратно.

Вскоре стол был забит до упора. Некоторые тарелки пришлось поставить друг на друга пирамидкой. Пир был готов к открытию. Девчонки подтягивались, усаживаясь по кроватям. Все с интересом разглядывали ломящийся от яств стол. Хоть за каникулы и наелись до упора, но голод не тётка. За день борьбы с гранитом науки успели нагулять зверский аппетит.

— Ну что, все собрались? — зычным голосом спросила Изольда, оглядывая плотно усевшихся девушек.

— Да-а-а-а! — хором ответили девчата.

— Тогда посленовогодний девичник объявляю открытым! Налетай, народ. Все со своими тарелками и вилками, как полагается?

— Люба, ты чего там в углу притаилась? Ай-да к нам, — позвала Вера.

— Что-то есть совсем не хочется, — задумчиво ответила Люба.

— Ты чего загруженная такая? Выкладывай, — Изольда насадила картошину на вилку, откусила половину и следом закинула в рот щедрую ложку закуски из овощей. Но, взглянув на подругу, отложила в сторону. Взяла Любу за руку: — Пошли, потолкуем.

Они вышли в коридор. Там было людно. За каникулы все успели соскучиться друг без друга, и теперь здесь было настоящее броуновское движение.

— Айда к Игнату, — решительно двинулась Изольда.

— Ой, ты чего? Я не пойду, — Люба затрясла головой.

— Не дрейфь! — рявкнула подруга. И, вломившись к парням, заявила: — Я подумала, и мы решили, а не пойти ли вам, мальчики, не полакомиться ли в нашей комнате? Посекретничать нам надо.

Игнат, который весь сегодняшний день пребывал в некой эйфории от неожиданно свалившегося на него счастья в виде признания Любы, подхватил своих друзей и со словами: «Располагайтесь, как у себя!”, вышел.

— Игнат, а тебе не кажется, что Изольда приватизировала две комнаты: свою девичью и нашу? Как-то нескромно разошлась она.

Изольда затащила Любу в комнату к парням.

— Давай колись, что случилось? Влюбилась?

— Ты видела, что в универе творится? Наделала я шуму. Теперь не знаю, к добру ли. Как выкручиваться, одному Богу известно. Страшно мне до жути.

— Ты про Демьяна, что ли? — усмехнулась Изольда.

— Так да. Он же ищет меня.

— А то я не знаю… — протянул она. — Он же все каникулы изучал население общаги. Думаешь, чего Святушка здесь делал?

— Я думала, что у вас… — замялась Люба. Ей не хотелось прослыть сплетницей.

— Защищала тебя своей богатырской грудью, — Изольда выпятила грудь, рукой приподняла, подчёркивая её значимость.

— Ладно бы он ограничился осмотром в аудитории с утра. Нет же. У него приметы свои: по нашему кольцу всех подряд проверяет, будь оно неладно, да родинки у девчонок подсчитывает. Меня уже тоже заставили примерить этот перстень. Вроде не признали. Но это вопрос времени. Рано или поздно, Демьян и здесь всех прошерстит со своими прихвостнями. Мне никуда не скрыться. Пропала я, — уткнулась в ладони Люба.

— Отставить панику! — гаркнула Изольда. — Во-первых, не такие уж они прихвостни. Нормальные ребята, между прочим. Скучноватые немного, но не беда.

— Ты перешла на сторону зла? — хихикнула Люба, ибо находиться рядом с подругой и пребывать в мрачном настроении не получалось.