Передружба. Второй шанс - Алекс Хилл

Ася закатывается мягким смехом. Встречаюсь с ней взглядом и мысленно посылаю наставление: «Дерзай!», на что она мне едва заметно подмигивает.

– Ладно, Артем, я согласна на кофе. Разберемся в тепле, сможешь ли ты стать моим настоящим парнем или нет.

Тема с облегчением улыбается:

– А что? Думаешь, это невозможно?

– Как знать… – кокетливо пожимает плечами Ася.

Кажется, мне пора ретироваться. Я и Вселенная сделали что могли.

Возвращаюсь в общежитие и, скинув верхнюю одежду, заваливаюсь в кровать. Мир спасен, крыса Лариса обезврежена. Герою положен крепкий и безмятежный сон, чтобы набраться сил для новых подвигов, но стоит закрыть глаза, как я уношусь в размышления о недавней ситуации. Откуда в Ларисе столько дерзости? Она предала, изменила и после этого с такой уверенностью пришла к Теме, но не для того, чтобы извиниться, а чтобы нагло заставить простить.

Под подушкой вибрирует телефон. Еще раз, и еще. Кто бы это ни был, он точно не страдает от скромности. Достаю мобильный и довольно улыбаюсь.

Глоссариус Неведомый: «Привет, Лисичка! *улыбочка* Ты уже проснулась?»

Глоссариус Неведомый: «*ссылка на видео*»

Глоссариус Неведомый: «*картинка с изображением сонного лисенка с чашкой кофе*»

Богдана: «Привет. Уже да…»

Глоссариус Неведомый: «Я тебя разбудил?»

Богдана: «Нет, эта почетная честь досталась другому».

Глоссариус Неведомый: «Другому парню?»

Богдана: «Другому человеку. Меня разбудила соседка по комнате».

Глоссариус Неведомый: «Я уже начал нервничать. *смайлик-чертенок*»

Богдана: «Попей чай с ромашкой. Говорят, помогает».

Глоссариус Неведомый: «Я предпочитаю чай с валерьянкой, но спасибо за совет. *улыбочка* У меня такое чувство, что ты чем-то расстроена или раздражена. Я прав?»

Богдана: «Отчасти».

Глоссариус Неведомый: «Не хочешь поделиться? Я хороший слушатель».

А собственно, почему нет? Я не стану называть имен, и Егор даже не поймет, о ком речь. Зато я смогу узнать его мнение на этот счет. Какие у него принципы, и есть ли они вообще.

Богдана: «Сегодня я наблюдала ситуацию, когда человек, предавший другого, требовал прощения так, будто это что-то само собой разумеющееся, будто после такого можно общаться, как прежде».

Глоссариус Неведомый: «Предательство какого рода? В чем соль?»

Богдана: «А какая разница? Предательство есть предательство».

Глоссариус Неведомый: «Говоришь как знаток».

Богдана: «Каждого когда-то предавали, так что все мы по-своему знатоки».

Глоссариус Неведомый: «И тебя тоже?»

Богдана: «Конечно. А тебя разве нет?»

Глоссариус Неведомый: «Сложно сказать… Скорее да, чем нет, но я не зацикливаюсь на этом. Какой смысл? Этот груз только тянет вниз, а лучше стремиться к вершине».

Богдана: «Ты их прощал?»

Глоссариус Неведомый: «Если извинялись и я видел, что это искренне, то да. Ошибок не совершает только мертвый».

Богдана: «Ошибки – это что-то непреднамеренное, то, что невозможно контролировать, а предательство – это выбор».

Глоссариус Неведомый: «Да ты настоящий философ, Лисичка. Я восхищен. *восторженный смайлик*»

Не обращаю внимания на комплимент, потому что меня волнует совсем другое.

Богдана: «А ты предавал?»

Богдан

Запах свежесваренного кофе щекочет нос и бодрит разум, а тишина в пустом клубе помогает сфокусироваться на мыслях. Я хотел лишь немного поболтать с Бо в спокойной обстановке, а сам загнал себя в тупик, задав слишком много ненужных вопросов. Смотрю на ее последнее сообщение и понимаю: это провал. Что я должен ей ответить? Правду? Что предал дорогого мне человека, предал ее? Говоря о предательстве в ее жизни, Богдана наверняка имеет в виду меня.

Я все осознал еще в день выпускного, когда приехал в «Чайку» вместе с Оксаной. Не сразу, а через пару часов, когда мысли прояснились, но я уже не знал, как все исправить. Понимал, что поздно, что Богдана теперь и на метр меня к себе не подпустит. Есть ли у меня хоть какое-то оправдание? Нет. Его нет! Я творил, что хотел. Пытался влезть везде, куда только можно, быть со всеми, а остался ни с кем. Один. Раздавленный пацан, в мозгах которого была такая каша, что можно было бы накормить армию зомби.

Бо ломала меня своей правильностью, рядом с ней я чувствовал себя ущербным и недалеким. У нее на все имелось мнение, куча принципов и океан доброты. И я тонул. Не мог дышать, понимая, что не такой, как она. Я знал, что мои выходки ей не нравятся, но не хотел останавливаться. Быть круче, лучше, сильнее, безбашеннее, бесстрашнее. Мне хотелось всего и сразу. Хотелось быть кем-то, но я сам до конца не понимал, кем именно. Все попробовать, все испытать. Нарушать правила, жить на острие. Глупая малолетская фигня. С Лисенком я был Котом, но, отходя от нее всего лишь на шаг, превращался в пустоголового Кошика, который любой ценой желал увидеть восхищение во взглядах сверстников и старшаков. Я заплатил за мнимую популярность доверием любимой девочки, рассчитывая, что она простит, но она до сих пор не простила. И все ее размышления говорят, что этого никогда не случится. Без вариантов.

Так где я настоящий? Рядом с Бо или за пределами ее видимости? Ответ прост: это один и тот же человек, просто разделенный надвое. Богдана не приняла бы вторую часть меня, ей нужна была лишь удобная половина, поэтому ее я и показывал. До определенного момента…

Экран на телефоне гаснет, а я все еще думаю над ответом. Может, просто остаться для нее другом по переписке? Или вовсе прекратить общение, чтобы не мучить себя надеждой? Пока мы болтали ночью, я словно вернулся назад. Туда, где еще ничего не изменилось и я еще не совершил столько ошибок, в наш маленький иллюзорный мирок, в котором тепло и пахнет домашним уютом. Только какой смысл жить, притворяясь? Рубить себя на части, оставляя лишь те, которые угодны кому-то? В чем я виноват, так это в том, что не позволил Бо узнать меня полностью, не дал увидеть себя целиком. Скорее всего тогда бы все закончилось еще до выпускного – и это было бы правильно, честно по отношению к нам обоим. Хорошо, что сейчас у меня хватит мозгов не повторить эту же ошибку. Я, как и прежде, не идеален, но все-таки уже не тот глупый школьник. Больше мне незачем притворяться. Я знаю, кто я и чего хочу.

Глоссариус Неведомый: «Да».

Сообщение прочитано. Секунды превращаются в минуты, а ответа нет, и я понимаю почему. Бо по-прежнему делит мир на белое и черное, не замечая полутонов и красок. И если я предатель, значит, чистый черный. Кладу телефон на барную стойку и беру в руки бумажный стаканчик. Несколько глотков черного кофе бьют по мозгам, и я прикидываю список дел. Проверить почту и страницу мастерской, составить расписание на следующую неделю по заказам, привести в порядок арендованное помещение, промониторить ближайших конкурентов, заказать вывеску, продумать рекламу… Жужжащий звук вибрации ускоряет сердцебиение и выметает вон все мысли. Хватаю мобильник и вижу иконку «Новое сообщение».