Чума вашему дому - Анна Жилло

После нашего с Люкой похода в театр прошла неделя. Мы с ней пару раз болтали по телефону, но тема развода больше не всплывала. Она ничего не говорила, а я не спрашивала. К чему дергать? Если действительно до этого дойдет, скажет.

Тарас был все таким же психованным. Раздражался по поводу и без повода, фыркал на всех подряд. Однажды я рискнула поинтересоваться осторожно, все ли у них с Люкой в порядке. И получила в ответ рекомендацию сквозь зубы: не лезь не в свое дело. Ну что ж, и правда. Не тронь лихо, пока спит тихо.

Артем больше не объявлялся, и от этого было немного досадно. Легкая такая тень. Если кто-то проявил интерес, а потом внезапно сдал назад, это всегда задевает. Даже если он тебе сто лет не нужен. Но что поделаешь, взрослые девочки понимают: если человек не звонит, это вовсе не потому, что не может разыскать телефон или страшно занят. Просто не хочет. Значит, при всей своей интересности я не зацепила его настолько, чтобы задуматься о новой встрече. А может, он и правда в отношениях с секретаршей Галей, и его это вполне устраивает. Может там любовь!

От Тараса я знала, что наши показатели фонд удовлетворили, и в следующем месяце нам обещали «отгрузить бабла». Детали обсудили без меня, оставалось только подписать соглашение. Тут уж без моего участия было не обойтись, хотя я предпочла бы избежать еще одной встречи с Артемом. Ни к чему она. Подошли друг к другу на миллион километров, что по космическим меркам почти вплотную, и разошлись снова на противоположные концы вселенной. Но кому интересно, чего я хочу, а чего нет? Ноблесс, как говорится, оближ.

График в клинике у меня был фиксированный: два выходных в неделю, четверг и воскресенье. Воскресенья раньше мы проводили вдвоем с Сашей, а четверги были лично моими. Людей мне хватало в клинике, поэтому хотя бы день в неделю я позволяла себе побыть в блаженном одиночестве. Либо шла куда-то проветриться, либо занималась домашними делами. Или просто бездельничала.

На этот четверг была намечена сезонная уборка: убрать наконец летнюю одежду и обувь, вытащить теплое, проверить, что надо выстирать или отдать в химчистку. Разобрав в шкафу, я перебазировалась в прихожую, чтобы почистить и сложить в коробки босоножки. Очередь дошла до бежевой пары с закрытыми носами. Выдавив на щетку бесцветный крем, я сунула руку внутрь и обнаружила что-то плоское, пластиковое. Встряхнула — на пол вывалилась банковская карта.

Momentum — неименная Сбербанковская. Точно не моя. И вряд ли кто-то хитро ее туда спрятал. Значит, выпала случайно. Кто мог так метко посеять? Сашка? Люка, когда я отдавала ей деньги за краску? Она доставала из сумки кошелек. Или, может, Павел?

Да что гадать, если есть способ проверить.

Зайдя в мобильное приложение Сбера, я выбрала перевод аж на целый рубль и вбила номер карты. Мне тут же предложили подтвердить готовность в самом деле отправить эту царскую сумму Павлу Сергеевичу П.

Понятно…

Я наморщила мозг и вспомнила, что он тоже доставал из кармана куртки кошелек, когда я отдавала ему деньги за замки наличкой. Надо думать, тогда карта и вывалилась.

Отменив перевод и закрыв приложение, я задумалась. С того дня прошло почти две недели. Наверняка Павел, обнаружив пропажу, карту заблокировал и получил новую. А может, и нет. У меня, к примеру, в кошельке лежало пять карт, но пользовалась я в основном двумя. Ту же сберовскую использовала только для переводов и доставала ее раз в несколько месяцев. Если бы выпала, заметила бы очень нескоро.

Можно было забить. Даже, наверно, нужно. Или, на худой конец, позвонить на горячую линию Сбера: так и так, нашла карту с таким-то номером, примите к сведению. Разрезать пополам, выбросить и жить себе спокойно дальше. Но эти замечательные мысли пришли в голову уже после того, как я зашла в базу нашей клиники и разыскала телефон Павла. Мы не требовали при оформлении карточки документы, но номер и адрес электронной почты просили давать актуальные, чтобы можно было выслать результаты или связаться при необходимости.

— Тамара? — удивился он, когда я назвала себя. — Мне ведь анализы пришли чистые. Или что-то все-таки нашлось?

— Нашлось, — хмыкнула я. — То, что вы у меня в прихожей потеряли. Карту банковскую. Сберовскую.

— Серьезно? — последовала пауза, сопровождаемая шорохом: видимо, полез проверять кошелек. — Правда, нету. А я и не заметил. Почти ею не пользуюсь. Спасибо, что позвонили. А как вы узнали, что моя? Там же имени нет.

Я объяснила.

— Тамара, а у вас завтра когда прием? — спросил Павел. — Я бы заехал. Можно заодно анализы распечатать? Вдруг пригодятся?

Господи, какой же ты смешной, Паша! Не пригодятся тебе анализы, это продукт скоропортящийся. Если даже и понадобятся, в больницу там или еще куда, все равно свежие потребуют. Это ты просто так изящно напомнил о нашем с тобой статусе «венеролог — пациент с неприличными бородавками». Вот только кому, интересно? Мне или себе? Мне точно не надо, я и так помню.

— Да-да, конечно, распечатаем. С девяти до двух, приезжайте.

Положив карту в карман сумки, я дочистила босоножки, убрала коробки на верхнюю полку шкафа и пошла варить кофе. Ругая себя за то, что не сообразила раньше насчет горячей линии. Потому что было неловко.