Лето коронации - Маргарет Пембертон

– Восемьдесят три, – войдя в булочную, поправил ее Джек. – Я это точно знаю, потому что она ровесница Кристининой бабушки Якобы. А той в апреле стукнуло восемьдесят три.

Услышав голос Джека, Мейвис страшно оживилась. Глаза у нее заблестели. Она обожала случайно натыкаться на него, а неожиданная встреча вдали от площади Магнолий и соответственно от всех знакомых стала для нее чертовски приятным сюрпризом.

– Что ты делаешь в Сохо в такое время? – медовым голоском поинтересовалась она. – Уж не наведывался ли ты в стрип-клуб, мой дорогой?

– Не угадала, – с улыбкой ответил он. – Я был в собственном клубе, который собираюсь вскоре открыть.

Мейвис распахнула зеленые глаза и, подхватив с прилавка пакет с бубликами, осведомилась:

– Ты купил клуб?

Джек кивнул и сказал Эдди:

– Пожалуйста, дайте мне кусок яблочного пирога. Кстати, – обратился он к Мейвис, – если хочешь, можешь на него взглянуть. Он в нескольких шагах отсюда, за углом.

– С удовольствием! – Радости Мейвис не было границ. Подумать только, Джек приобрел кусочек развратного Сохо! Наверняка об этом еще никто не знает, разве что Дэнни.

– Раньше там собирались отставники, – сообщил булочник, продававший здесь свою еврейскую выпечку уже много лет. – Пожилые военные, вышедшие в отставку, пили розовый джин и потчевали друг друга забавными историями о былой службе.

Мейвис состроила унылую физиономию.

– То есть царила смертная скука. Надеюсь, Джек, теперь там станет веселее?

– Разумеется, – ответил Джек, уже решивший, как именно он этого добьется. – Пока, Эдди. Не шали! – добавил он, взяв с прилавка коробку с кексом.

– Да как ты смеешь так со мной разговаривать, сопляк! – изобразил возмущение Эдди и, расхохотавшись, сделал вид, что хочет запустить в насмешника бубликом. Славно, что Джек будет работать неподалеку от него, такие парни всегда добавят толику пряностей и перца в варево будней.

Мейвис, наверняка по этому поводу не ставшая бы спорить с Эдди, подхватила Джека под локоть и потянула его к выходу.

Он наградил ее своей коронной умопомрачительной улыбкой и спросил нарочито игриво:

– А что ты делаешь в Сохо? Фланируешь по улицам, помахивая своим стареньким ридикюлем? Признавайся, шалунья!

– Конечно же, нет, проказник! – кокетливо потупила глазки Мейвис, ничуть не сердясь на него за параллель с уличной девицей. Мейвис сочувствовала проституткам, считая их труженицами, и, хотя сама не подрабатывала подобным образом, никогда не относилась к ним с презрением. – Просто мне вздумалось прошвырнуться по центру в погожий денек!

Она забавно хмыкнула и вильнула бедрами, обтянутыми тонкой юбкой с разрезами по бокам. От резкого движения полы ее приталенного жакета разлетелись, и двое проходивших мимо мужчин обернулись, чтобы окинуть оценивающим взглядом ее соблазнительную фигурку. Мейвис сильнее прижалась к Джеку и быстрее зацокала по тротуару каблучками своих синих, в тон костюму, замшевых туфель. Они завернули за угол, прошли несколько десятков шагов по Дин-стрит и остановились между входом в стрип-клуб и магазинчиком, где торговали книжками весьма сомнительного содержания.

– Вообще-то я должна была выйти во вторую смену на кондитерскую фабрику, – призналась Мейвис. – Но там сегодня вполне обойдутся и без меня.

Джек достал из кармана брюк ключ и отпер не слишком заметную дверь.

– Ты вкалываешь на такой малооплачиваемой работе? Ты же была буфетчицей в трактире «Якорь» в Гринвиче! – удивился он.

– Я там подрабатываю только по выходным дням. В будни я на кондитерской фабрике.

В ее голосе слышалась тоска. Работа не доставляла ей удовлетворения, она не шла ни в какое сравнение с опасными поручениями, которые Мейвис выполняла во время войны, будучи курьером в войсках ПВО. Потом она недолго была автобусным кондуктором, затем билетершей в кинотеатре. Иногда Керри просила ее постоять вместо нее за овощным прилавком на Главной улице Льюишема. Случалось, Мейвис помогала и хозяйке паба «Лебедь». Но все это было скучно, и порой она с грустью вспоминала лихую военную пору, когда и днем и ночью колесила на мотоцикле Теда по узким улочкам города, доставляя срочные сообщения.

– Вот это да! – воскликнула она, когда Джек распахнул дверь своего заведения. – Какое славное уютное местечко!

– Здесь уютно, не правда ли? – откликнулся Джек, не скрывая удовлетворения своим удачным приобретением. – Надеюсь, что боксерам этот уголок придется по вкусу. Кстати, в двух шагах отсюда находится контора Джека Соломонса. Я рассчитываю завязать с ним деловые отношения.

Джек Соломонс был известным на всю Англию организатором боксерских состязаний. Мейвис прошлась по красному ковру от двери до барной стойки с зеркальной стенкой и спросила:

– Рассчитываешь провести соревнования с участием Зака Хемингуэя?

Прислонившись к дверному косяку, Джек кивнул и посмотрел на нее с нескрываемым одобрением. Даже в сорок лет Мейвис выглядела столь же соблазнительно, как в юности. Ее тщательно подведенные глаза задорно сверкали, длинные ногти, покрытые красным лаком, нервно постукивали по сверкающей барной стойке.

– Ну, и как тебе здесь? – поинтересовался Джек, желая разрядить повисшую в воздухе напряженность. Мейвис, очевидно, истолковала приглашение зайти сюда по-своему и теперь ждала дальнейшего развития событий. – Не хотела бы стать управляющей этим заведением? Работа только по будням, в дневное время, вечерами будешь свободна.

Мейвис судорожно вздохнула, разочарованная и разъяренная таким поворотом событий. До нее не сразу дошло, о чем Джек говорит, настолько она была охвачена похотью. Но уже спустя мгновение она сообразила, что он предлагает ей стать хозяйкой этого маленького райского уголка, о котором наверняка не знает Кристина. Если у них возникнет один секрет от нее, то со временем появятся и другие общие тайны.

– Я согласна, Джек! – воскликнула она и, охваченная эйфорией, закружилась по бару. Работать в центре Лондона, залитом разноцветными огнями витрин и реклам, рядом с любимым мужчиной – что может быть лучше? Такого она не представляла себе в самых радужных мечтах, такое ей и не снилось!

Джек раскинул руки, готовый заключить ее в объятия. Она кинулась к нему, едва не сбив его с ног, он ловко подхватил ее и поднял в воздух. Мейвис расхохоталась, болтая ногами, и предложила:

– Давай откупорим бутылочку шампанского, любовь моя! Отметим начало нашего сотрудничества.

Джек поставил ее на ковер.

– У нас будет замечательная команда! Нас ожидает блестящее будущее!

– Боюсь, что не смогу вас порадовать, дела обстоят очень скверно, – угрюмо проговорил директор школы. – Ни одноклассники Мэтью, ни преподаватели не смогли пролить свет на обстоятельства его побега. Если только это действительно побег, – многозначительно добавил он.