Сладость обольщения - Диана Гамильтон

Именно так Элейн и расценила ее решение, когда в половине девятого следующего утра сказала:

— Не думала я, что вы такая трусиха, но, если вы настаиваете, я подвезу вас до станции.

Этим утром Челси поднялась очень рано, собрала вещи и оставила чемоданы в холле. Любимый завтрак Элейн из поджаренного до хруста бекона с помидорами был уже готов и ожидал ее.

— Я не могу остаться, и не спрашивайте почему, — заявила Челси. Элейн удивленно подняла брови, а Челси продолжала:

— Я буду очень благодарна, если вы подбросите меня до ближайшей станции. Но если нам не по пути, я, с вашего разрешения, вызову такси.

— А что скажет на это Куин? — спокойно спросила Элейн, намазывая маслом тост. — Он ведь рассчитывает увидеть вас здесь, и вы это, конечно, знаете.

Чтобы возобновить свои притязания, мысленно договорила Челси. Злость у него улеглась, он готов попробовать снова, и на этот раз никакое «нет» его не остановит. Впрочем, до этого не дойдет, подумала она, внутренне содрогнувшись, так ей стало мерзко. Ее здесь не окажется.

— Значит, ожидания его не оправдаются. Я оставлю ему записку, — резко сказала Челси.

Она так и сделала. Оставила очень короткую записку, прислонив ее к вазе, чтобы он сразу увидел.

Они ехали по лесной дороге. Элейн вела машину, и больше никаких замечаний насчет своей трусости Челси не услышала. Но когда они подъехали к станции в Шрусбери[7], Элейн повернулась к Челси и с сочувствием посмотрела на нее.

— Мне кажется, вы совершаете ошибку. В конечном счете это ничего не изменит. Я знаю своего сына лучше, чем вы. Или вы полагаете, что, убежав сейчас, вы сможете спрятаться от него? — И прибавила серьезно:

— Я никогда не видела, чтобы Куин так смотрел на женщину — покровительственно, с желанием и явной досадой. Поэтому, мне кажется, я была права, когда сказала, что вы для него представляете особый интерес.

Элейн видела то, что хотела видеть. Из их разговоров с Челси было ясно: она хочет, чтобы ее сын завел семью, и отказывается признать, что брак меньше всего входит в ближайшие планы Куина, который считает, будто женщин, всех без исключения, интересуют лишь его деньги.

Челси нетерпеливо заерзала на сиденье. Ей очень хотелось узнать, что же такое случилось у Куина, из-за чего он стал так предвзято относиться к женщинам. Но она вовремя удержалась от вопросов: чем меньше она будет знать о Куине Райдере, тем лучше. И неужели он так глуп и не понимает, что, когда он рядом, ни одна женщина не станет думать о богатстве!

— Вы уверены, что не измените своего решения? Я могу отвезти вас обратно в Монкс Нортон — мне это ничего не стоит.

Мягкий голос Элейн нарушил нелегкие размышления Челси. Она взяла себя в руки и, расстегивая ремень на сиденье, попыталась улыбнуться:

— Уверена я абсолютно, благодарю вас. И спасибо за то, что подвезли, — вы ведь из-за меня свернули в сторону.

Челси искала свою сумочку, испытывая едва ли не физическую боль, так ей хотелось принять предложение Элейн.

Теперь Элейн заговорила твердо, и Челси перестала крутить ручку дверцы, приготовясь выходить.

— Мне кажется, я вас достаточно узнала, чтобы сделать вывод: вы разбираетесь в людях. И я хочу вам сказать, что Куин не тот любитель женщин, каким его рисуют бульварные газеты. — Она улыбнулась, прищурив глаза. — У него просто нет времени, чтобы заводить бесконечные связи, которые ему приписывают! Когда после смерти отца он возглавил «Райдер-Джем», компания была на грани банкротства, сейчас же она процветает. За несколько лет Куину удалось возвратить ей финансовую стабильность. Он работал за десятерых. Подумайте об этом.

Челси и подумала, неся вещи в зал билетных касс. Она ни за что не хотела верить Элейн, полагая, что та, как любящая мать, выдает желаемое за действительное. Элейн ведь не знала о двух блондинках и одной рыжеволосой. Напряженная работа тут ни при чем — Куин всегда найдет время отдохнуть. Он сам это ей сказал, да и Челси видела кое-что своими глазами.