Обручальная песнь - Налини Сингх

— Просто уточняю. — Теперь он расплылся в медленной, чуть ленивой улыбке, от которой внутри у Энни все екнуло. Некоторых женщин идея быть с вером соблазняет, но реальности они вынести не могут.

— Некоторых женщин? — Колючая вспышка ревности.

Улыбка Зака стала еще шире:

— Я, правда, сам с этим не сталкивался.

Губы Энни невольно дернулись:

— Ну конечно, ты же у нас сама невинность.

— Эй, это ты сбиваешь меня с пути истинного. — Его рука властным жестом спустилась по ее спине на попку. — Кажется, я припоминаю, как ты ночью требовала, чтобы я снова пустил в ход язык.

По телу побежали эротические мурашки. Решив, что лучше сражаться с ним его же оружием, Энни протянула:

— А вчера ты так и не отдал мне мой выигрыш.

В его глазах заплясали чувственные искорки:

— О нет, отдал. Даже с процентами. И не один раз.

— Хитрый кот.

Обхватив Зака за шею, Энни потерлась кончиком своего носа о его. Это получилось импульсивно, но так естественно. Зак довольно заурчал и перевернулся, придавив Энни своим телом к матрасу. Ощущение его кожи было невероятно эротичным, но за ним скрывалось что-то еще. Это было прикосновение ради самого прикосновения, только потому, что оно приятно.

— И как долго ты будешь меня лапать? — спросила Энни полувсерьез. Секс с Заком получился потрясающе красивым, но вот такой контакт… глубокое ощущение выходило далеко за пределы удовольствия и вело к такому доверию, что просто дух захватывало.

Зак поцеловал ее в щеку, затем в подбородок, шею.

— Целую вечность. Для нас неестественно не трогать друг друга.

Энни вспомнила мимолетные касания, которые заметила на пикнике.

— Мне казалось, что на чужих это не распространяется.

— Верно.

— Хорошо, — отозвалась Энни, сглатывая внезапный комок боли, возникшей при мысли о том, что она не входит в стаю Зака. Если бы она была его парой… Энни отбросила мысль прежде, чем успела запаниковать, представив, как крепко связана отношениями, которые нельзя оборвать… даже если любовь уже умерла.

— Мне трудно с людьми, которых я плохо знаю, — продолжила она, пытаясь скрыть свой неожиданный страх.

— Радость моя, право на кожу даешь ты сама. — Зак вычерчивал круги на ее плече. — Стая поймет, сколько ей позволено.

— Право на кожу?

— Разрешение прикасаться. — Его губы прижались к уголку ее рта.

Кажется, эта игра ей никогда не надоест, подумала Энни.

— Тогда тебе даруются неограниченные права.

В ответ Зак самодовольно хмыкнул, настолько беззастенчиво, что Энни расхохоталась. И вдруг поняла. Она слишком похожа на свою мать. Ей суждено полюбить лишь однажды. И навсегда. Зака.

Ради него она нарушит все свои правила, впустит его в свой дом и свою душу. Ради него она спрыгнет со скалы, а об ушибах станет думать после. Потому что иногда выбора просто нет.

— Эй, — хрипло прошептал он. — Ангел, что такое?

Она покачала головой, радуясь, что он не Пси и не умеет читать мысли.

— Люби меня, Зак.

— Всегда, любовь моя.

Однако Энни знала: он не понял, о чём она просила, и пообещал совсем не то, что ей нужно. Неважно.

Сейчас — пусть и ненадолго — он принадлежал ей, и она будет дорожить каждой секундой этой радости. А страдания подождут до его ухода.