Время все решит за нас - Марина Рубцова

Я брела по полупустой улице, пытаясь игнорировать чувство опасности, которое все еще сверлило изнутри. Одинокие снежинки падали на ресницы и тут же таяли. Ветер сильными порывами неугомонно хлестал в лицо, отчего пощипывало щеки. На душе было паршиво. Голоса бандитов до сих пор звучали в голове, поэтому сердце судорожно сжималось. Произошедшее казалось невероятным, будто сцена из фильма. Хотелось разреветься, но я, как обычно, посильней прикусила губу, сдерживая рвущиеся слезы. Физическая боль помогает отвлечься и не позволяет эмоциям вырваться наружу.

Резкий сигнал автомобиля привел меня в чувство, заставив вздрогнуть. Вот растяпа! Не заметила, как стала переходить дорогу в неположенном месте. Наверное, со стороны я походила на одиноко идущего на запах плоти зомби. Перебежав дорогу, побрела по тротуару в сторону своего дома. Мысли, как назойливые мухи, лезли в голову, не давая покоя. Два месяца на то, чтобы выплатить долг отчима…

Услышав за спиной шаги, обернулась. На сердце отлегло, когда увидела мужскую фигуру в темном пальто. Похоже, у меня паранойя. Но с учетом произошедшего не стоит винить себя в излишней нервозности.

Ускорила шаг, сунула руки в карманы. Напряглась, как струна, которая готова была в любой момент лопнуть. Ветер неустанно дул в лицо, неистовые порывы начинали раздражать.

– Девушка, подождите! – выкрикнул мужчина и, нагнав меня, продолжил: – Вы шарфик обронили.

Я взяла кусок розовой ткани из его рук.

– Спасибо. Я и не заметила.

Тут меня словно хлыстом ударили. Это лицо… Оно казалось знакомым. Перед глазами калейдоскопом пронеслись яркие воспоминания: первая любовь, первый поцелуй, ночные свидания под луной и болезненное расставание.

– Максим? – выдала я.

Он посмотрел в мое лицо, нахмурив брови, будто впервые увидел. Но это практически так и есть. Два года назад я попала в аварию, и мне сделали небольшую пластическую операцию на лице. Годы без того изменили внешность, а тут еще старания пластических хирургов.

– Рита?.. Одинцова?! С трудом узнал. Богатой будешь. Ты так изменилась. Ну иди же сюда! – Саранский приблизился ко мне и сгреб в охапку.

Меня окутал пряный мужской аромат, смешанный с запахом сигарет. Так и не избавился от пагубной привычки, а ведь собирался. Я растерялась от такого приветствия. Отстранившись от Макса, повязала шарф, несколько раз обернув вокруг шеи, чтоб уж наверняка.

– Обалдеть, столько лет прошло! – воодушевленно воскликнул он, разглядывая меня. – Ты чего дрожишь? Замерзла?

Я кивнула, но Макс не поверил.

– Да ты напугана. Что случилось, Рит?

– На меня только что напали. Отморозки какие-то. Не знаю, – я покачала головой, не понимая, зачем говорю ему все это.

Возможно, хотелось выговориться, а может, просто поделиться проблемами с бывшим возлюбленным. По позвоночнику пробежал холодок, когда я вспомнила наставленный на меня нож. И страх вернулся.

– Ты в порядке? Вот я дурак! Конечно же, ты не в порядке. Так, ладно. Пошли, расскажешь подробнее.

Максим приобнял меня за талию. Я не стала сопротивляться. Даже не знаю, почему доверилась парню, который когда-то бросил. Наверное, потому, что с той поры прошло много времени, и обиды давно забылись. А может, потому что безумно его любила и что-то в глубине души еще к нему осталось?

Вскоре мы оказались у кафе, где раньше встречались. Макс даже сел за наш в былые времена любимый столик у окна. В груди приятно кольнуло. Но все позади, потому что прошлое всегда должно оставаться в прошлом. Да и момент для любовных приключений не подходящий.

– Никуда не уходи, я сейчас, – велел Макс и отошел к барной стойке.

Вскоре вернулся с бутылкой водки, двумя рюмками и маринованными корнишонами на блюдце. Сев напротив, наполнил стопки.

– Что это? – я глянула на него.

– Лекарство. Выпей, станет легче. – Макс поднял рюмку.

Я взяла свою и залпом выпила водку. Алкоголь опалил горло. Я зажмурилась и, закрыв рот ладонью, задержала дыхание. Затем съела огурчик.

– Ну что, полегчало? – поинтересовался Максим.

– Кажется, нет, – я скривила губы.

– Тогда еще по одной, – сказал Саранский, наполняя стопки.

И мы снова выпили. После третьей рюмки меня отпустило, и я была готова к разговору. Слова так и полились рекой. Чтобы не думать о проблемах, рассказала о своей жизни. О том, как закончила универ и устроилась в закусочную.

– Прости, я даже не спросила, как у тебя дела, – опомнилась я. – Ты на похороны бабушки приехал?

– Да. Взял отпуск на неделю. Дела отлично. Работаю электрогазосварщиком. В ближайшее время собираюсь купить тачку и открыть свою компанию.

– Молодец. А вот моя жизнь скорее похожа на существование. – Я облокотилась на стол и подперла щеку кулаком. – Похоже, я рождена для того, чтобы стать неудачницей.

– Это из-за тех козлов, которые на тебя напали?

Вот не хотела снова поднимать тему моих неудач, но раз уж зашел разговор…

– Не только. Сегодня работу потеряла. А еще на деньги попала. Спасибо отчиму… Пусть земля ему будет пухом…

Глаза потяжелели. Я так давно не пила водку, что, казалось, упаду прямо за столом. Да и легче не стало. Наоборот.

– Знаешь, я ведь всю жизнь его ненавидела, – продолжила я. – У нас с ним была взаимная неприязнь. А теперь, когда он умер, чувствую свою вину.