Отвага и любовь - Кэтрин Арчер

— Я не могу выйти замуж за Керкланда, — заявила Селеста Мередит. — Я люблю другого.

Та посмотрела на сестру с неподдельным ужасом.

— Ты любишь другого? Кого же? Уж не сына ли графа, Орина? Он же почти ребенок…

— Как тебе такое могло прийти в голову? — Селеста широко раскрыла от изумления голубые глаза.

— Да ведь не секрет для всех, с каким обожанием он к тебе относится. А юноша в прекрасных отношениях с самим сэром Джайлсом. Они так дружны, эта парочка, просто не разлей вода… — Мередит заметила, как ее сестра напряглась при упоминании о сэре Джайлсе. — Уж не хочешь ли ты сказать, что это…

Селеста взглянула на сестру своими небесно-голубыми глазами.

— Да. Я люблю сэра Джайлса и думала… надеялась, что он поговорит с отцом… ну, в общем, сделает что-нибудь, чтобы расстроить мою свадьбу с Себастианом… Когда ты вошла, я молилась об этом Богу. — Селеста опустила голову и заплакала.

Мередит прижала правую руку к груди и воскликнула:

— Господи Иисусе, Селеста! Да тебя давно ждут в часовне! Отец недоумевает, почему ты не идешь.

Рыдания сестры только усилились. В течение тех недель, которые прошли с момента, когда она и ее отец побывали при дворе, Селеста никак не выражала своего несогласия с предполагаемым браком. Она просто наблюдала, как всегда красивая и отстраненная, за тем, как ей шили платья и набивали сундуки приданым. Обо всем заботилась младшая сестра, Мередит, которая вела домашнее хозяйство в Пинакре. Хотя Селеста была на год старше ее, она никогда не проявляла желания взять бразды правления в свои руки.

Да и никто не требовал от нее этого. Ее изысканная красота, звучащий, как серебряный колокольчик, голос, кажется, радовали их отца куда больше, чем старания Мередит сделать так, чтобы ему было удобно, сытно и тепло. Его глаза никогда не смотрели на нее с таким же обожанием, как на Селесту.

Нельзя сказать, что Мередит обижалась на сестру. Она любила ее. Да и как было не любить Селесту, когда та излучала море обаяния, а выглядела хрупкой и беззащитной.

Уж не воспользовался ли сэр Джайлс деликатным нравом ее сестры, с тревогой подумала Мередит. Неукротимый огонь, горевший в глазах этого худощавого рослого рыцаря, всегда смущал ее. Она спросила как можно мягче:

— Селеста, сэр Джайлс… он не принуждал тебя?

— Нет, — поспешно ответила та.

— Он отвечает тебе взаимностью? — с усилием заставила себя продолжить Мередит.

Селеста взглянула на сестру глазами, полными печали.

— Думаю, нет. Мне кажется, я люблю за двоих…

Мередит тяжело вздохнула. Если любовь такова, то уж лучше никогда не испытывать ее, подумала она. Хотя с ней вряд ли когда-нибудь случится что-либо подобное: положение смотрительницы в замке отца служило, кажется, гарантией тому.

— Но как же ты можешь любить того, кто не любит тебя?

Селеста прижала руки к груди.

— Я знаю только одно — что я люблю. Неужели ты не понимаешь, что, если я выйду замуж за этого Роланда Себастиана, то нечего и надеяться на то, что мы с Джайлсом когда-нибудь будем вместе. А мы могли бы, Мередит. Джайлс полюбил бы меня, он бы понял, что другого пути, кроме как нам быть вместе, не существует.

Мередит покачала головой в бессильном замешательстве. — Но ты же дала обещание Себастиану.

Селеста вскочила на подоконник. Взгляд ее был полон решимости.

— Я сейчас выброшусь отсюда, Мередит!

С бьющимся от страха сердцем та прошептала:

— Ты не сделаешь этого, Селеста.

— Но и за Роланда я не могу выйти!

— Нам… нам необходимо что-либо придумать, — убежденно заявила Мередит. Она немного успокоилась, когда Селеста спрыгнула с подоконника и отошла от открытого окна. — Но что? Не подчиниться приказу короля вряд ли возможно…

— Мне все равно, Мередит. Я знаю только, что люблю Джайлса и не могу без него жить. Тебе не понять этого, потому что ты никогда не испытывала такого чувства к кому-нибудь.

— Ты права: я никогда не переживала подобного чувства, но я хочу помочь тебе, только чем? Что я могу сделать?

Селеста пристально посмотрела на нее и сказала:

— Себастиан равнодушен ко мне. Он женится только из-за королевского указа, чтобы уладить разногласия между нашими семьями. — Она помолчала, задумчиво кусая полную нижнюю губу и изучающе глядя на сестру, а потом продолжила: — Кажется, ты кое-что сможешь сделать, Мередит. Ты сама призналась, что не питаешь ни к кому никаких чувств. Замуж за этого человека можешь выйти и ты. Все, что требуется, — это согласие между нашими домами, так ведь? А кто будет женой Себастиана, не имеет значения. Я уверена, что король Иоанн остановил свой выбор на мне только потому, что я старшая. Существует обычай, по которому сначала выходят замуж старшие дочери, но это не закон.

— Ты хочешь, чтобы я вышла замуж вместо тебя? — изумленно воскликнула Мередит. — Но я не могу сделать этого! И как отец объяснит барону Керкланду замену? Вряд ли того она устроит. Он наш враг, и его люди могут опустошить наши земли.

Немного поколебавшись, Селеста произнесла:

— Значит, мы никому ничего не скажем, сделаем все по-своему.

Мередит в нерешительности покачала головой.

— Как же это — не скажем? Неужели ты думаешь, что я могу сойти за тебя? Мы разного роста, у нас разного цвета волосы, — она перебросила со спины на грудь огненно-рыжий жгут волос, — нас сразу различат.

Селеста подошла к сестре. В ее глазах была мольба.

— Мы должны это сделать, Мередит. Я… я не целомудренна, и Себастиан, конечно, не простит мне этого, когда узнает. Ты сама сказала, что барон Керкланд наш враг. Ты считаешь, он благожелательно отнесется ко мне?

Мередит испуганно посмотрела на сестру.

— Но ты говорила…

— Я говорила, что Джайлс не принуждал меня. — Щеки Селесты покрылись густым румянцем.

Господи, тогда это меняет дело! Себастиан может убить Селесту, если узнает, что она не непорочна. Мередит схватилась за голову, пытаясь осмыслить услышанное.

А Селеста продолжала:

— Я видела Себастиана. Он высокий и потрясающе красивый. Я слышала, как незамужние дамы при дворе шептались о нем. Если бы я не была влюблена в другого…

— Мне совершенно все равно, красив этот человек или нет, — перебила ее Мередит и устремила страдальческий взгляд на сестру.

— Нам надо торопиться, прошу тебя. — Селеста начала снимать подвенечное платье. — Моя фата закроет тебя с головы до ног, ничего не будет видно.

— Да нас сразу же разоблачат, — возразила Мередит. — У нас разница в росте, по крайней мере, дюйма четыре.

Селеста, не обращая внимания на ее слова, продолжала раздеваться.