Наперекор всему - Виктория Шарп

– Пожалуйста, еще двойной виски! – громко крикнула она. И чуть не выронила стакан, услышав над своей головой ироничный мужской голос:

– А не много ли будет для такой хрупкой молодой леди?

Чертыхнувшись вполголоса, Элизабет резко повернулась в ту сторону. Рядом с ее стулом стоял незнакомый молодой мужчина в элегантных черных брюках и жемчужно-сером пуловере. Среднего роста, худощавый и довольно симпатичный, хотя и не броской внешности. Коротко постриженные льняные волосы, умные серые глаза, тонкий нос с почти незаметной горбинкой. Ничего особенного, но в его лице угадывалась какая-то внутренняя сила. Целеустремленное лицо, подумала Элизабет. И достаточно волевое, будь он неладен!

– В чем дело, молодой человек? – спросила Элизабет с оттенком пьяной бравады. – Вы что-то от меня хотите?

– Хочу, – ответил он, глядя на нее невозмутимым взглядом. – Я хочу, чтобы вы не напились до бесчувствия и не угодили назавтра в больницу вместо работы. – С этими словами незнакомец снял свою кожаную куртку со спинки стула соседнего столика и перевесил ее на спинку свободного стула того столика, за которым сидела Элизабет. А вслед за курткой и сам уселся. – Два виски с содовой для меня и дамы, – сказал он бармену. – И пару горячих сандвичей.

Элизабет смерила незнакомца ледяным взглядом.

– Я что-то не поняла юмора, – сухо процедила она. – Что, черт возьми, вы себе позволяете?! Мало того что уселись без приглашения за мой стол, так еще и перебиваете мой заказ!

– Не перебиваю, а всего лишь вношу коррективы, – с улыбкой возразил он. – Заметьте, леди, ради вашей же пользы.

– Понятно, – усмехнулась Элизабет. – Вы, стало быть, решили, что подвыпившая одинокая женщина станет для вас легкой добычей. Не надейтесь, приятель! Здесь меня все знают и не дадут в обиду. А вот вас я здесь еще никогда не видела!

– Так вы завсегдатай этого кафе?

– Именно! – гордо ответила Элизабет. – И не просто завсегдатай, а почетный клиент. Так что только попробуйте распустить руки или язык: мигом окажетесь в полиции!

– Боже, как страшно! – рассмеялся незнакомец. – Я уже заранее трепещу… Благодарю вас, – дружелюбно кивнул он бармену и, откинувшись на стуле, внимательно посмотрел на Элизабет. – Ну а теперь, прекрасная незнакомка, рассказывайте, что за ужасное горе у вас случилось.

Элизабет бросила на него возмущенный взгляд, а затем саркастически рассмеялась.

– Нет, вы только посмотрите на этого типа! – воскликнула она, изумленно пожимая плечами. – Навязывается в компанию к незнакомой женщине, да еще и требует, чтобы она с ним откровенничала! Ей-богу, впервые в жизни сталкиваюсь с таким беспардонным поведением! – Отхлебнув виски, Элизабет достала сигарету – последнюю в пачке – и попыталась прикурить. Но сигарета выскользнула из ее дрожащих пальцев и скатилась по гладкому столу на пол.

– О, да я вижу, ты уже достаточно набралась! – с беспокойством воскликнул мужчина. Затем достал из своей пачки сигарету, быстро прикурил ее и всунул в пальцы Элизабет. – На, держи! – весело проговорил он. – И больше не роняй.

На какое-то время Элизабет оторопела.

– Нет, это просто уму непостижимо, – пробормотала она, глядя на незнакомца изумленными глазами. – Я… да я просто не знаю что сказать!

Тот добродушно усмехнулся и подвинул к ней пепельницу. Потом закурил сам и, слегка наклонившись в сторону Элизабет, пристально посмотрел ей в глаза.

– Кури, Бет, не бойся, я не заразный, – с расстановкой проговорил он.

– Откуда вы знаете, как меня зовут, черт подери?! Разве мы знакомы?

– Знакомы. И довольно неплохо.

– Не может быть. – Элизабет подозрительно посмотрела на собеседника. – Если мы и встречались где-то, то нас явно не представляли друг другу. Иначе бы я вас непременно запомнила. Да и на лица у меня, слава богу, неплохая память.

Незнакомец окинул ее долгим, испытующим взглядом, затем иронично усмехнулся и покачал головой.

– Как странно, что ты никак меня не узнаешь! Неужели я так сильно изменился за… какие-то десять лет?

– Десять лет? – переспросила Элизабет, сосредоточенно наморщив лоб. – Десять лет… О боже! – Она смущенно рассмеялась, хлопнув себя ладонью по лбу. – Том Хантер! Черт возьми, да у меня, видно, совсем крыша поехала, раз я могла тебя не узнать!

– Ну наконец-то! – облегченно вздохнул он. – А то я уж начал всерьез опасаться, что закончу вечер в полицейском участке!

– Почему ты сразу не назвался? Черт, как глупо все получилось! – Элизабет неловко поерзала на стуле. – Значит, Том Хантер, ты тоже обретаешься в Нью-Йорке?

– Как видишь, Бет.

– И… как же ты забрел в это заведение?

– Не поверишь, совершенно случайно. Я живу в другом конце города и в эти места не заглядываю. Но сегодня мне нужно было проведать одного моего пациента, он живет по соседству с «Вечерним блюзом». Обычно я езжу на машине, но она в ремонте, и я добирался на метро. Только вышел от больного, как пошел дождь. Вот я и заглянул сюда. – Том с легким прищуром посмотрел на Элизабет. – И, как оказалось, не зря.

– Да, жизнь иногда преподносит странные сюрпризы, – задумчиво протянула Элизабет. И, спохватившись, оживленно спросила: – Подожди, Том, про каких пациентов ты там говорил? Ты что, стал врачом?!

– Да, – кивнул он. – Врачом.

– Ну и ну! – Элизабет изумленно присвистнула. – Вот уж никогда бы не подумала, что ты выберешь такую серьезную профессию!

– Почему? Что тут удивительного?

– Ну… – Элизабет на мгновение замялась. – Насколько я помню, ты всегда был таким несерьезным…

– Разве?

– А разве не так? Ну-ка, вспомни, кто в нашем классе был лидером по срыву уроков? А кто объявлял бойкоты особо придирчивым учителям? Том Хантер!

– Это ни о чем не говорит.

– Да как же не говорит? Очень даже говорит! И потом, я не помню, чтобы ты увлекался медициной. Да и по биологии у тебя, кажется, были неважные отметки…

– Клевета! По биологии и химии я всегда получал самые высокие баллы! Или ты забыла, кто обычно помогал тебе делать лабораторные работы?

– Да, верно. И все-таки в моей памяти ты остался не слишком серьезным молодым человеком. Добродушным, веселым, беспечным, озорным… Одним словом, порядочным шалопаем.

– Неужели? – иронично спросил он. – А больше я никаким не остался в твоей памяти?

Элизабет почувствовала, как ее щеки начинают гореть. Итак, это все же случилось: то, чего она подсознательно ждала последние десять минут. Том затронул ту самую тему, которой Элизабет страшно не хотелось касаться. Ни сегодня, ни вообще когда-либо в жизни. Она надеялась, что Том проявит тактичность и не заговорит об этом. Но, похоже, ошиблась. Неприятная тема затронута, и теперь будет глупо, если она станет делать вид, будто не понимает намеков Тома.