Тайна сердца - Марианна Лесли

Когда поверенный лорда Медоуза сообщил им, что имение заложено и будет продано, он сказал, что Кэролайн с матерью имеют право остаться жить на территории поместья в коттедже привратника, взяв из дома несколько предметов мебели и дорогих их сердцу вещей. Миссис Медоуз выбрала кое-что из мебели, а Кэролайн то, что было ей дорого как память, в том числе и фамильные портреты. Лежавшие друг на друге в позолоченных рамах в маленьком коридоре и в гостиной, они явно выглядели не на своем месте.

— Насколько я поняла, мистер Барлет хочет оборудовать здесь фабрику. Это что-то связанное с текстилем, не так ли? — спросила миссис Медоуз.

— Да, мама. По-моему, он собирается производить какие-то оригинальные натуральные ткани или что-то в этом роде, я не очень вникала. Я слышала, у него уже есть несколько фабрик по производству тканей в разных частях страны, а это будет одна из них. Кстати, одна из его компаний находится в Гемпшире, откуда ты родом.

— Интересно, где же в Гемпшире… — задумчиво проговорила миссис Медоуз.

— Не думаю, что близко от тех мест, где были поместья твоего отца, — сказала Кэрри.

— Да, дорогая. Конечно же нет. Скажи. А что ты думаешь о самом мистере Барлете?

— Ну… — замялась Кэрри, — он производит впечатление бескомпромиссного делового человека. По крайней мере, так мне показалось. — Кэрри попыталась преодолеть странную неприязнь к этому человеку и всему, что с ним связано, и представить его матери в более или менее выгодном свете. — Похоже, у него неплохо идут дела. Я бы сказала, что это один из тех людей, которые обязаны своими успехами только самим себе. Он очень высокий, такой, каким был дедушка, да и отец. — Кэролайн вздохнула и добавила: — Я только надеюсь, что он немного более практичен. — Она не смогла скрыть горечь, которая прозвучала в ее голосе.

На протяжении всего следующего месяца Кэрри наблюдала, как огромные грузовики с надписью «Барлет текстайл фэктори» то и дело с грохотом въезжали в широкие кованые ворота.

Каждое утро на машинах, велосипедах и пешком к дому шли работники, преимущественно девушки. Вечером, в начале шестого, они возвращались, болтая и смеясь. В это время Кэрри, как правило, была на работе, но если случалось, что она оказывалась дома, то старалась уйти в дальние комнаты. Однако не было никакой возможности скрыться от красивой серебристой машины, которая носилась туда-сюда весь день, а ночью свет фар проникал даже в ее спальню через окно. Огни танцевали на потолке, как будто преследуя ее.

Даже в банке, где работала Кэролайн, невозможно было скрыться от нового владельца поместья. Когда мистер Барлет приезжал в маленькое городское отделение банка, среди служащих всегда поднималась небольшая суматоха.

Мистер Фэткомб, главный менеджер, считал своим долгом лично обслужить влиятельного и состоятельного клиента, но однажды Джеффри подошел к окошку, за которым работала Кэрри, чтобы получить сумму наличными.

— Доброе утро. — Он бросил взгляд на бейдж с ее именем, прикрепленный к блузке.

— Вы ведь мой арендатор, не так ли, мисс Медоуз?

Кэрри резко подняла глаза, от удивления и возмущения слегка приоткрыв рот и вскинув брови.

— Вовсе нет, мистер Барлет, — твердо и несколько надменно ответила она. — Коттедж привратника был предоставлен моей матери в пожизненное пользование.

— В самом деле? А вот у меня имеются другие сведения.

Его красивое лицо стало жестким, как будто он не сомневался, что она пытается обмануть его.

— Уверяю вас, это истинная правда, мистер Барлет, — сказала Кэрри, опуская глаза на чек, лежавший под ее пальцами. Она почувствовала, как у нее загорелись щеки под внимательным взглядом Джеффри Барлета.

— Кстати, — сказал он, — приглашаю вас заглянуть в Медоуз-мэнор. Посмотрите, как я там устроился.

Кэрри закончила пересчитывать банкноты. Внешне она была спокойна, но внутри у нее все кипело. Да как он смеет говорить, что она его арендатор! Она — представитель славного рода Медоузов, которые жили в «Дубах» на протяжении полутора веков. Целых пять поколений! Несмотря на все свое богатство, он по сравнению с ней никто, выскочка.

И все же она дрогнула под пронзительным взглядом его серых глаз. Было в нем нечто такое, какая-то внутренняя сила, какая-то аура, которая странным образом действовала на нее и разрушала ее предвзятое мнение и представление об этом человеке.

Прежде чем ответить, Кэрри опустила глаза.

— Благодарю вас за приглашение, конечно, но я вынуждена отказаться. Теперь я предпочитаю прогуливаться в других местах.

— Вы не можете обижаться на меня вечно. В том, что ваше имение было продано, нет моей вины. — Застегнув портфель из дорогой тисненой кожи, Джеффри Барлет удалился.

Кэрри невольно проводила его взглядом. Ее сослуживица, работающая по соседству, перегнулась к ней через перегородку.

— Каков красавчик, а? — восхищенно проговорила она. — Настоящий мужчина, к тому же богатый.

— Самонадеянный наглец! — отрезала Кэрри.

В течение последующих двух недель Джеффри ни разу не подходил к ней в банке, ибо мистер Фэткомб лично обслуживал его, и Кэрри испытывала облегчение. По крайней мере уверяла себя в том, что не желает ни видеть мистера Барлета, ни иметь с ним ничего общего. Он приходил в банк и уходил, не обращая на нее никакого внимания.

Наступило лето и принесло с собой жаркую сухую погоду. Жара была такой удушающей, что нормально жить и работать можно было лишь в кондиционированных помещениях. Банк, в котором работала Кэрри, был оснащен кондиционерами, чего нельзя было сказать о коттедже привратника, в котором жили они с матерью.

Как-то идя с работы домой, Кэрри думала о прохладной воде в озере на территории имения. Его ласковая, темная глубина так и стояла у нее перед глазами, так и манила окунуться в ее освежающую прохладу.

Выпив с матерью чаю, Кэрри взяла полотенце и достала из комода свой купальник. Он был старый и немного выгоревший, но поскольку она всегда плавала в озере одна, то не считала нужным покупать себе новый.

Она пошла к озеру окольным путем. Длинные стебли недотроги стояли, склонив на сторону свои розовые головки, а их широкие листья полностью закрывали тропинку, но Кэрри хорошо знала дорогу и минут через десять стояла на небольшой зеленой лужайке перед озером.

Остров в середине водоема, поросший деревьями, не давал увидеть ее со стороны особняка, правда с того места, где она стояла, была видна восточная башня. Кэрри с содроганием вспомнила трагическую историю о леди Харриет, которая прыгнула оттуда и разбилась насмерть. Но день был слишком хорош, чтобы портить его такими грустными мыслями.

Вокруг стояла удивительная, звенящая тишина. Никакие звуки современной цивилизации не нарушали тишины и прелести этого уединения. Кэрри сбросила сарафан, натянула на себя купальник и вошла в манящую прохладную воду.