Искушение для принцессы - Мейси Ейтс

Сидя за письменным столом, Эдуардо посмотрел на свои руки.

– Я надеялся, ты поймешь, как важно осознать свой долг. После пережитого нами позора, после всех этих мерзких публикаций в прессе.

Лицо Карлотты напряглось от нарастающего внутри гнева. Лука не был для нее позором. И не мог быть!

«Единственный незаконнорожденный в Сантине» – подобные заголовки украшали газеты, когда родился ее сын. И слава богу, журналисты так и не узнали всей истории… Об этом побеспокоился ее отец.

Не пришло ли время расплаты?

– Я всегда верил, ты будешь совершать великие дела, Карлотта, – продолжил король, смягчая голос. – Это твой шанс.

Эдуардо поднял на дочь глаза, полные надежды, и от его взгляда у нее защемило сердце.

– Ты моя самая любимая дочь. Я сделал все, что в моих силах, чтобы защитить тебя и скрыть от прессы правду о рождении Луки. Неужели я прошу о слишком многом?

Казалось, каждое слово, произнесенное отцом, с силой сжимало ей горло, не давая дышать. Была еще другая причина, по которой Карлотта избегала Сантину. Обязанности быть принцессой. И чувство ужасной, сокрушительной вины…

Не в первый раз Карлотта ощущала, что ее приезд домой оборачивается ошибкой. Кому же она принадлежит? Ни Сантина, ни Джексонам, семье брата Алессандро, с их беззаботным стилем поведения. В какой-то степени она даже завидовала Джексонам. Эта семья никогда не волновалась о том, какое мнение о ней сложится у народа. Казалось, они совсем ни о чем не беспокоились.

Дома, на побережье Амальфи, все было по-другому. Там – другой мир. Она сбежала туда – беременная, одинокая и напуганная, с разбитым сердцем, преследуемая прессой.

Тогда Карлотта была слаба. Но она не могла позволить себе остаться столь уязвимой. Оставалось два пути – подняться и идти дальше или упасть лицом в грязь окончательно. Ради Луки Карлотта нашла в себе силы, чтобы воспрянуть духом.

И все же отец вернул себе прежнюю Карлотту – ту, которая всегда старалась угодить ему. В создавшейся ситуации – падение Софии в глазах общественности, женитьба Алессандро – возможно, настал момент искупить грехи? Стать послушной и преданной дочерью, в которую отец, казалось, все еще верил.

– Каковы условия соглашения с… принцем Родригесом?

– Ангвиано нужен наследник, – ответил Эдуардо. – Его отец при смерти, лежит в больнице. Пришло время Родригесу занять трон Санта-Кристобеля, а это означает – ему нужна жена.

– И что это дает нам? Сантине? Я имею в виду, если я выйду замуж за принца Родригеса, я должна знать ради чего…

– Карлотта, только представь выгоду такого союза! Отсутствие границ между государствами в образовательных программах. Прекрасные условия для торговли. Выгодный альянс при нападении противника. И все это решится одним брачным договором!

– Жемчуг, – сказала она спокойно, когда к ней пришло понимание. – У них есть алмазы. Рубиновые шахты. Источник других естественных ресурсов.

– Это тоже немаловажный фактор. Богатая нация. София знала о своем долге, но не выполнила его. Теперь я полагаюсь на тебя, Карлотта. Я верю, ты все сделаешь правильно.

Что значит – правильно? Карлотта пыталась делать все правильно большую часть своей жизни. Не считая той ошибки. Она всегда хотела быть дочерью, которой бы гордились родители.

Карлотта закрыла глаза, и воспоминания унесли туда, где у нее был свой дом на пляже…

Тишина. Сын, бегающий по коридорам с котенком в руках. Там все проще. Там ей не нужно усердно стараться, чтобы соответствовать чьим-то ожиданиям.

Но, покинув дворец, Карлотта не отреклась от своего титула, а с ним и от обязанностей.

И нельзя забывать про отца, который всегда верил в Карлотту. Даже тогда, когда она подвела его и очернила королевскую честь.

Все те жестокие слова, высказанные ее родственниками в адрес старшего брата, могли обрушиться и на Карлотту. И обрушились, только в прессе, – теперь в адрес Сантины.

«Скандально. Аморально…»

Ни отец, ни другие члены семьи никогда не произносили вслух тех слов, предназначенных для нее, но она-то знала, о чем они думали. И разве могло быть иначе, если все это – правда? Всю жизнь Карлотта держала себя на коротком поводке. И только раз, когда она оступилась, все ее усилия были сведены к нулю. Она осквернила их фамилию, выставив всех на посмешище и вызвав отвращение народа, который увидел в ней признак вырождения королевской семьи.

Но вопрос в том, как сильно Карлотта хотела искупить свою вину. Достаточно ли для того, чтобы выйти замуж за незнакомого ей человека? За принца страны, в которой она даже никогда не была? За человека, с которым когда-то была помолвлена ее сестра – перед тем, как сбежать с Ашем на частном самолете?

Карлотта взглянула на отца. Король постарел за последние годы. Насколько велика была ее вина? Сколько морщин добавил к лицу отца проступок дочери?

Эти мысли разрывали ей сердце.

И теперь она могла все исправить и спасти ситуацию. В силах Карлотты было стать той дочерью, какую родители мечтали видеть. Она должна увидеть в глазах своего отца нечто большее, чем разочарование.

– Что требуется от меня? – уверенно спросила Карлотта.

Родригес откинулся на подушки кровати, скинув обувь и галстук на пол. Скоро его самолет будет готов к отправлению, и он покинет Сантину, оставив позади всю эту мелодраму, которой, казалось, эта страна жила.

Он не тратил свое время на такие вещи. Жил, не сожалея и не беспокоясь ни о чем.

В дверь постучали.

«Кто бы это мог быть? Разве что горничная», – подумал он, ухмыляясь над своими мыслями о том, как давно у него не было секса.

– Да?

Дверь открылась, но это оказалась не горничная.

На пороге стояла принцесса Карлотта Сантина, все еще в своем скучном одеянии и с поджатыми губами. Ее внешний вид никак не обнадеживал – она здесь наверняка не для того, чтобы облегчить его страдания.

– Я подумала, мы могли бы поговорить.

«Нет, определенно нет!»

– Неужели?..

Карлотта кивнула. Лучи заходящего солнца играли в ее прямых каштановых волосах.

– Раз мой отец попытался использовать меня в качестве замены моей сестры, я подумала…

– Честно говоря, я с этим уже покончил.

Он был не в настроении выслушивать тираду. Или Карлотта пришла извиниться? За свой взгляд, за поникшие плечи, за прижатые к себе руки, словно для защиты? За страх перед ним? Принцесса пришла извиниться за все это?

– А я нет, – произнесла она решительно, и стальной тон в ее голосе удивил его.

– Даже так?

– Да. Мой отец разъяснил мне ситуацию более подробно. Я… я знала, вы с Софией были помолвлены… Я не живу в Сантине, и поэтому не в курсе всех местных событий. И София… она мало что о вас рассказывала. И, лишь услышав новость о моей сестре, которую обнаружили в самолете с Ашем, я узнала, насколько важной была эта сделка.