Гламурная жизнь - Анна Грайфендер

— Как что? Нужно посетить фрау Корнелиус.

Доктор Габриэле Корнелиус была домашним эскулапом фон Штейнбеков, дружила с ними и заработала на их неврозах целое состояние.

— Ой, не знаю, может, не нужно?

Я подумала, что Катарина уже много лет лечится у фрау Корнелиус и все безрезультатно, по крайней мере, ситуация с неврозами в лучшую сторону не меняется.

— Пия, ты пойдешь. Я запишу тебя на консультацию.

От волнения Катарина подавилась сигаретным дымом.

— А мне казалось, что ты собиралась бросить курить, — заметила Лилли, прекрасно сознавая, что сыплет соль на раны.

Катарина не обратила внимания на шпильку и, к сожалению, снова повернулась ко мне.

Пришлось капитулировать.

— Пока не забыла: звонила Витта, хотела спросить, как прошла твоя встреча, — проинформировала меня Лилли.

Витта Отвратительная! Мы до сих пор так и не поняли, за какие грехи на нас свалилась Витта.

Поначалу она казалась очень милой, рассказала, что после внезапной смерти мужа ей пришлось пережить трудные времена, мы ей сочувствовали и восхищались ее мужеством.

Торчали у нее ночами, внимательно слушали, давая возможность облегчить душу.

Потом тема покойника как-то сама по себе сошла на нет, Витта переключилась на рассказы о себе, любимой, но от этого ничего не изменилось.

О чем бы мы ни заговаривали, Витта слушала несколько секунд, но не для того, чтобы въехать в проблему, а дабы в зародыше подавить беседу, заявив: «Ах, как я тебя понимаю. Со мной тоже такое было, только еще хуже, потому что…»

Она выдавала монолог за монологом, ненадолго останавливаясь только для того, чтобы в нужных, по ее мнению, местах дать нам возможность засмеяться или вставить возмущенное «нееет!».

И только когда мы подпустили ее к себе и уже не могли от нее избавиться, она продемонстрировала свое истинное лицо. Ее талант состоял в том, чтобы, обзаводясь знакомствами, постоянно вынюхивать, где происходит что-нибудь интересное, что ее наверняка не касается, а потом действовать на нервы никому не нужными советами. Ведь у Витты такой жизненный опыт. Она была замужем и даже успела овдоветь. Какая замечательная игра слов: Витта свита. «Ее муж знал, что делал», — вырвалось как-то у Лилли, а Лилли редко говорит гадости.

На следующее утро на работе моя ассистентка Вера показалась мне странно веселой.

И на это были причины.

— Ни за что не догадаешься, с кем тебе придется общаться! — От волнения она буквально орала.

— Вера, может быть, ты не помнишь, что наше издательство специализируется на биографиях. Речь может идти о ком угодно, от Эбби Туста до Гельмута Коля. — Я от всей души надеялась, что это будет не актер из какой-нибудь мыльной оперы, потому что Вера — страстная поклонница телесериалов. Во всем остальном она как ассистентка всегда на высоте. Приветливая, старательная и, что самое замечательное, умеет молчать!

— Ладно, тебе ни за что не отгадать. Речь идет о Леандере Бергландте.

Леандер Бергландт! Я чуть не подавилась. Леандер Бергландт — тот самый чертовски привлекательный телеведущий, у которого два шоу на общественном телевидении. Да, это не жалкая бабочка-однодневка, а серьезный, сделавший карьеру человек, вдобавок ко всему до безумия обаятельный.

Мужчина, объединяющий поколения. Разумеется, поколения женщин. Я уже несколько лет увлечена Леандером Бергландтом, ради него в своей виртуальной топ-десятке самых интересных мужских особей я сбросила бы с пьедестала аж самого Руперта Эверетта, если бы последнему пришло в голову вернуться к традиционной ориентации, чего безуспешно ждут все представительницы слабого пола нашего полушария.

Леандер Бергландт!

И именно мне предстоит описать его потрясающую жизнь!

Витта с ума сойдет от зависти, подумала я с неприязнью, и в ту же минуту мне в голову пришло, что это идеальный заголовок для ее биографии.

Витта всегда была неравнодушна к тому, что называется гламурной жизнью и приличным обществом, собственно говоря, в этом нет ничего плохого, потому что, положа руку на сердце, кто из нас потянется к журналу «Шпигель», если рядом лежит свеженький номер «Gala»? Но Виттино любопытство переходит всякие разумные границы приличного участия в чужой блестящей жизни. Она говорит о знаменитостях, как я о своих родственниках, и ходит только в те магазины, в которых уже был замечен Борис (Борис Беккер — знаменитый немецкий теннисист, победитель Уимблдонского турнира), потягивающий виски. Там она торчит рядом с другими дамочками, стремящимися стать супругами знаменитостей и высматривающими кого-нибудь из бессмертных. Витта относится к тому типу женщин, которые даже после тридцати все еще надеются, что за ними вот-вот явится принц.

Актриса, модель, певица — Витта считала, что для подобных занятий у нее вполне достаточно таланта, но вместо того, чтобы предпринимать конкретные шаги, ну, скажем, брать уроки пения или ходить на кастинги, она пребывала на своем надежном посту в банке и ждала, что какой-нибудь сильный мира сего (чей-нибудь агент) выявит ее талант прямо на танцевальной площадке. Разве не именно так открыли Селену Бурер?

Наблюдать, как танцует Витта, — это выше всяких слов. Изгибается во всех мыслимых и немыслимых эротических позах, которые не удались даже Деми Мур в «Стриптизе», что присутствующим мужчинам абсолютно безразлично, пока есть на что посмотреть. Дело не в том, что Витта легкодоступна! После покойника у нее никого не было, потому что она выжидает по-настоящему выигрышный билет, мужчину, которому имеет смысл покориться. По крайней мере, по части составления калькуляций типа «приход — расход» ее банковская деятельность оказалась вполне результативной.

К сожалению, в последнее время Витта намертво приклеилась ко мне и моим подругам, что могло иметь только одну причину: сейчас я замещаю сотрудницу по имени Яна, которая находится в отпуске по беременности.

Яна вела раздел «Мода» в принадлежащем нашему издательству журнале и в связи с этим посещала все наиболее важные тусовки, показы мод и свадьбы. Мне предстоит замещать ее в течение пяти месяцев.

Конечно, у меня разыгрались комплексы. Способна ли я вести Янину колонку, ведь до сих пор я писала биографии, преимущественно в классическом стиле. Так что мне недоставало только Витты, которая считала, что я должна каждый раз брать ее с собой. А теперь мне предстоит встреча с Леандером Бергландтом.

К счастью, Штадер, мой шеф, все еще был в отпуске, так что никто не обратил внимания, что остаток дня я провела, сообщая всем и каждому радостную весть, а, рассылая электронную почту, подписывалась: «Твоя Пия Бергландт».

— Ну и когда это произойдет?

Мы с Катариной и Лилли сидели в нашем излюбленном таиландском ресторанчике и занимались любимым делом: делились сплетнями. Никто не умеет делать это лучше нас, и нет большего удовольствия, чем наговориться всласть с Катариной и Лилли, ведь для сплетничанья необходим узкий круг соратников, умеющих молчать.