Опрометчивый поступок - Дианна Тэлкот

— И после всех приготовлений ты не пришла на бал. А я искал тебя, хотел пригласить на танец.

Уитни вздрогнула. Улыбка исчезла с ее лица.

— Бабушка заболела как раз перед балом.

— Ты всегда очень заботилась о ней, — рассудительно заметил Логан.

— Скорее она обо мне заботилась.

— Я думаю, — мягко проговорил он, — что вы присматривали друг за другом. Твоя бабушка вообще была весьма необычным человеком. Я никогда не забуду, как она разъезжала по Мелвиллу на велосипеде.

Уитни стало неуютно. Бабушке приходилось ездить на велосипеде, потому что они не могли позволить себе купить машину. Правда заключалась в том, что Уитни и Логан принадлежали к разным социальным слоям: он имел все, она — ничего.

Логан, жил в большом доме, на холме и все лето тусовался в дорогих загородных клубах. Его родители владели несколькими автомобильными компаниями, и, естественно, их единственный сын никогда ни в чем не нуждался. Он носился по всему Мелвиллу в блестящей спортивной машине, не без оснований уверенный в том, что все без исключения девчонки обращают на него внимание, недаром он так часто менял своих подружек.

Уитни с бабушкой жили в маленьком арендованном домике. Это было ветхое здание с клочком совершенно неплодородной земли. В этом, как они его гордо называли, саду лежала раскрашенная шина, в которой росло несколько жалких петуний. Уитни никогда не приглашала друзей к себе, стыдясь скудной обстановки, протекающего потолка и отстающих от стен обоев. Она нежно любила бабушку и боялась, что кто-нибудь скажет ей, что та плохо содержит внучку.

— Весь этот магазин… — Логан поймал на себе взгляд Уитни. Ее темные зеленые глаза были совершенно обворожительны. Он подошел ближе и вдохнул ванильный запах ее волос. Нитка бус на ее шее то поднималась, то опускалась в такт дыханию. — Все вокруг: эти игрушечные домики, сцены из сказок, эти милые мелочи… только ты одна могла придумать такое.

— Может быть. Но это все-таки не агентство по делам с недвижимостью или автомобильный салон, не отель или ресторан, так что…

— Нет, — быстро перебил он, — магазин игрушек — явно твое призвание. Ведь только ты могла так замечательно его обставить. Здесь самые черствые сердца и то невольно смягчатся.

Уитни вздрогнула. Сердечные проблемы — это последняя тема, которую ей бы хотелось обсуждать. Тем более с Логаном Монроем.

— Ладно, Логан, — попыталась она перевести разговор на другую тему, — ты ведь пришел сюда не для того, чтобы осыпать меня комплиментами и восторгаться моим магазином. Что ты хочешь?

В глазах мужчины промелькнула грусть.

— Я пришел за медвежонком. — Его тон чуть заметно изменился. — Нужно было сделать это несколько месяцев назад, но… Эй, послушай, я хочу тебе кое-что показать.

Логан сунул руку в карман и вытащил кошелек, полный небольших прозрачных отделений, сквозь которые проглядывали многочисленные пластиковые карточки.

Уитни побледнела. Неужели такие мелочи способны вывести ее из равновесия? Как будто она не знала, что он богат! И неважно, что в ее собственном кошельке хранилась только одна кредитная карточка. Это все, что она могла себе позволить, ведь каждый цент она вкладывала в бизнес.

— Вот. — Логан достал фотографию маленькой белокурой девочки, сидящей в плетеной качалке. В руках она держала плюшевого медвежонка. — Эту фотографию я сделал для своей жены два года назад. На День матери.

— Твоя дочь? — с трудом выдавила Уитни. Она знала, что Логан был женат, но не предполагала, что у него есть ребенок.

— Да, моя любимая дочка.

— И мишка для нее, — закончила Уитни.

— Да, — кивнул Логан. — Видишь? Этот медвежонок на фотографии всегда был с ней. Она даже не захотела сниматься без него. Аманда никуда без него не выходила.

Аманда. Ее зовут Аманда.

— Она очаровательная, Логан.

— Спасибо. — Он гордо улыбнулся. — И я хочу точно такого же медвежонка.

— Это, скорее всего, невозможно, — предупредила Уитни, прежде чем снова взглянуть на фотографию. — Существует множество фабрик, и у каждой своя технология, свои предпочтения.

— Я не думаю, что этот медвежонок был каким-то особенным — стандартная игрушка. — Лицо Логана стало вдруг грустным. — Мы потеряли ее… в день смерти моей жены.

— Я, очень сожалею, Логан… Прими мои самые искренние соболезнования. Я…

Он поднял руку, прерывая ее:

— Ничего. Через два месяца будет уже год. Я потихоньку привыкаю. Аневризма. Никто не мог это предвидеть. У такой молодой… так неожиданно…

— И все же… я знала об этом. Мне следовало хотя бы послать открытку.

Наступило неловкое молчание.

— Так почему же ты этого не сделала? — сухо, спросил он наконец.

— Я… я не была уверена, что ты хочешь получить ее… от меня, — честно призналась Уитни.

Он пристально посмотрел на нее, как будто желая убедиться в искренности ее слов, потом произнес:

— Послушай, забудь об этом. Между прочим, то, что касалось твоего мужа, уже давно кончилось.

— Моего бывшего мужа, — тихо поправила она.

— Неужели? Я не знал. Я просто не был уверен, что это будет правильно, если мы… ну, ты знаешь…

Да, она знала. Это было бы неправильно, если бы они продолжали общаться хоть в какой-нибудь форме после того, как у него появилась жена.

— Я выяснила, что ты был не первым, на ком он наживался. Когда работал в магазине — крал мясо из холодильника. А когда на газовой станции — подключился к насосу, чтобы не платить за газ.

— Уитни…

— Мне очень неприятно, Логан. Ты сделал мне одолжение, устроив его на работу, а он отплатил тебе неблагодарностью, прибрав к рукам кругленькую сумму.

— Это было давно, Уитни, — довольно резко заметил Логан. — Будет лучше для нас обоих, если мы оставим в прошлом эту историю.

Уитни глубоко и судорожно вздохнула, напоминая себе, что Логан зашел в ее магазин за покупкой.

— Итак, — произнесла она, — опиши мне поподробнее этого медвежонка.

Он опять достал фотографию:

— Я подумал, что здесь может быть нечто подобное…

Уитни нужно было смотреть на игрушку, но ее взгляд снова и снова возвращался к ребенку.

— Точно такого медвежонка у меня нет, но я схожу на склад. — Взглянув еще раз на фотографию, Уитни добавила: — Она действительно очаровательная, твоя дочка, Логан. А я и не знала, что ты стал папой.

— Да-а-а. Мы ее взяли, когда ей было уже три года. Но я люблю ее как свою родную дочь. — Голос Логана прервался.

Уитни, не отрываясь, глядела на него. Несмотря на легкомыслие и беспечность, у Логана было доброе сердце. Всегда было.