Заветное желание - Рей Морган

Зато Шарин, напротив, в одиночку воспитывала двух мальчишек-близнецов и мечтала о муже.

Кайре вдруг стало стыдно. Что это она нюни распустила? У других проблем побольше, чем у нее, нечего себя жалеть.

Обед закончился. Большую часть мороженого Кайра оставила в вазочке — аппетит пропал.

Выходя из кафетерия, она увидела мистера Редмана. Он шел с группой мужчин и не заметил ее. А у нее сердце застучало, как молот о наковальню при виде его широких плеч. Что за чушь! Ведешь себя как школьница, отругала себя Кайра, вернулась на рабочее место и занялась перепиской с клиентами. Надо еще ответить на гору писем, а сегодня нельзя задерживаться: в шесть часов начиналась ее вторая работа, и оставалось совсем немного времени, чтобы заглянуть домой и проверить, все ли в порядке с бабушкой. А потом — в ресторан. Четыре часа в «Ржавом желобе» после восьми часов в корпорации «Трайтерра» — это очень много.

И когда уж тут мечтать о сексапильном директоре Спецпроектов! А он был отличным объектом для мечты. Мистер Редман… Интересно, какое у него имя? Большинство членов правления — с брюшком и лысоватые. Да к тому же еще и женаты. А этот красив и молод, как артист, и у него небрежная улыбка опытного сердцееда.

Слухи о нем бежали впереди него. Говорили что он ловелас, но никто не мог сказать, что побывал у него на свидании. Никто не видел его в местах развлечений, и это только усиливало пересуды и привлекало внимание. Что он за человек?

В тот вечер в «Ржавом желобе», провожая клиентов к столикам, Кайра не могла отвлечься от мыслей о Редмане. За почти год ее работы старшей официанткой он ни разу не зашел в этот ресторан, хотя многие члены правления корпорации «Трайтерра» были здесь постоянными клиентами.

Кайра оборачивалась на каждую входящую пару. Ведь если он появится, то, конечно, под руку с женщиной. Так чего же она ждет? Лучше бы ей не видать этих бирюзовых глаз!

На следующий день, выходя из лифта, она метнула взгляд на кабинет начальника и тут же отвела глаза. Пора прекратить. Она начинает сходить с ума, а это уже никуда не годится.

Все утро она билась над компьютерными таблицами и почти решила обойтись без обеда, когда Шарин остановилась у ее стола.

— Пойдешь обедать? — спросила ее сереброволосая подруга.

Кайра пожала плечами.

— Не знаю. Может, просто перехвачу шоколадный батончик и…

— Ну, нет. Не для того же ты сидела на диете, чтобы снова вернуться к старым привычкам. — Шарин склонилась над ее столом и нетерпеливо притопнула ножкой. — Давай. Несколько минут тебя не спасут, а за это время успеешь перехватить что-нибудь более полезное, чем батончик. Вернешься отдохнувшей и готовой взяться за дело со свежей головой.

Кайра улыбнулась.

— Знаешь, ты права. — Она подхватила сумочку и встала. — Пошли.

Они прошли вдоль раздачи, набрали еды на подносы и присоединились к остальным за своим постоянным столиком. Хорошо, думала Кайра, вот так с подругами ненадолго расслабиться. Поймав теплую улыбку Гейл и наблюдая, как сверкает огромными очами Шарин, отпускающая очередное острое словцо, она вспомнила, что всегда дорожила этими минутами. Подруги. Она их любила. Кому нужны эти мужчины?

И тут он появился снова.

Редман встал на пороге, и все замолкли. Он был, как всегда, неотразим. Костюм дорогой, элегантный. Кайре казалось, что даже отсюда, издали, она чувствует запах его лосьона и тепло, затаившееся под безупречно белой рубашкой.

Под пристальным взглядом нескольких пар женских глаз он уверенно направился прямо к их столику.

— Здравствуйте, дамы, — произнес он, подойдя, огляделся вокруг и снова посмотрел на них. — Я подумал, не заглянуть ли мне в кафетерий для служащих. Я ведь ни разу здесь по- настоящему не был.

Шарин первая обрела дар речи.

— Что ж, вот он, — задорно произнесла она. — На своем месте.

Он улыбнулся ей.

— В самом деле. — И поделился улыбкой со всеми. — Меня зовут Джеймс Редман. А вы?..

Он смотрел на Шарин, так что первой представилась она. За ней — остальные, по кругу:

— Трейси Мартин.

— Гейл Смит.

— Энн Мари Хоуп.

— Кайра Саймингтон.

Она оказалась последней, и он дольше удержал взгляд на ней, тихо повторив про себя ее имя. Наступила неловкая пауза. Ей показалось, что нужно еще что-то сделать, и она протянула руку. Он пожал ее, удержав дольше, чем следовало, и еще раз повторил ее имя, будто заучивал наизусть.

У нее резко ускорился пульс. Что все это значит? Она потянула руку на себя, и он отпустил ее, не переставая улыбаться.

— Что это у вас там? — спросил он, глянув ей в тарелку. — Салат «Цезарь»?

— Да.

— И как?

— Вполне… хороший, спасибо. Хотите попробовать не подумав, брякнула она.

Они на целый удар пульса дольше, чем надо, смотрели друг на друга. За столом раздавались приглушенные ахи и подавленные смешки.

Это было безумие, какой-то сюр, она не могла понять, как все это получилось.

— Пока нет, спасибо, — произнес он, наконец, томно лаская ее лучистым взглядом. — Возможно, воспользуюсь вашим предложением как-нибудь в другой раз.

Улыбаясь всем сразу, он повернулся и прошествовал к выходу, с видом божества, покидающего грешный мир, чтобы подняться к олимпийским высотам директорской столовой.

— Нет, этого не было, правда? — не удержалась Шарин. — Мне все приснилось, так ведь? — (Кайра молчала.) — Ты видела, как он на тебя смотрел? Ты поняла подтекст?

Кайра чувствовала, что не контролирует своих движений, она двигалась как робот, механически тыкая вилкой в салат.

— Не думаю, что он что-то хотел сказать, — натянуто произнесла она, наконец.

— Ты просто слепая! Он очень многое хотел сказать, детка. Того, о чем говорил его взгляд, хватило бы на несколько томов.

— О-о-ох, Кайра, — протянула Энн Мари. — Он обратил на тебя внимание. Это же ясно!

Кайра покачала головой.

— Нет… нет, я уверена…

— Десять к одному, что после обеда он вызовет тебя в кабинет.

— Смотри, берегись, — каркала Шарин. — Если это произойдет, прихвати перцовый баллончик!

— Забудь о батончике, — промурлыкала Гейл. — Захвати красивое белье.

Шарин рассмеялась.

— Что ж, ставки сделаны. Спорим, что он попытается поцеловать ее?

Гейл фыркнула.

— А я говорю, что он повалит ее на письменный стол и страстно овладеет ею.

— Эй! — звонко вмешалась Энн Мари. — Тогда у нее вся спина окажется утыкана карандашами. Он выберет ковер. Говорят, он там довольно пушистый. …