Партнер для танго - Вера Копейко

— Почему?

— Не мешают целовать…

— Что именно? — игриво спросила она.

— Спину. Она должна быть голая. — Он перевернул ее на живот и прошелся рукой по белой коже. — Ты не умеешь загорать. У тебя кожа цвета деревенской сметаны. — Он наклонился и лизнул. Ирина засмеялась, покрутила головой. Волосы разметались по шее. Он поцеловал между лопатками.

— А еще? — пробормотала она в подушку.

— Что — еще? — игриво спросил он. — Ты о чем — еще?

Она приподняла голову и сказала:

— Что еще необыкновенного ты увидел в девушке в коридоре?

— А… ты про это… Тебе интересно, да, как выглядишь в глазах мужчины? Но имей в виду, ни один мужчина тебе этого никогда не скажет.

Он отстранился от нее, сел, привалившись к стене, укрывшись простыней до пояса.

— Это почему?

Она быстро перевернулась и устроилась рядом с ним.

Кирилл схватил подушку и подтолкнул ей под спину.

— Ты очень, очень внимательный, — отозвалась Ирина на заботу. — Объясни, почему ни один мужчина…

— Потому что я твой единственный мужчина. Никаких других больше не будет. Поняла?

— А-а… Поняла, — кивнула она. — Тогда продолжай.

— На тебе были бежевые брючки. Ты носишь брюки покороче, чтобы показать, какие у тебя тонкие породистые щиколотки. Я это понял сразу.

— Но так придумали англичане, не я! — Она засмеялась. — А вообще-то, ты откуда знаешь про щиколотки? — Она сощурилась и пристально посмотрела на его красные губы.

— Много читал классики, — засмеялся он. — А туфли… — Кирилл прикрыл глаза.

— Сканируешь женский портрет? — усмехнулась она. — Можешь не продолжать. Знаю, на что ты поймался. На галстук-бабочку. Вот чего нет ни у кого в здешних коридорах.

— Нет и не будет, — подхватил он.

Она улыбнулась.

— Ты ходишь так ловко, никого не задевая.

— Другие топают, как слоны? — насмешливо спросила она. Ей нравилось слушать его голос. И то, что он говорил, ей действительно интересно.

— Не в том дело. — Кирилл покачал головой. — Местные девушки торопятся уступить дорогу. Те, кто приехал учиться из какого-нибудь райцентра, готовы влепиться в стенку, их пугает толпа. Так, как ты, ходят в больших городах. Мне нравится твоя ловкость, — заметил он. — Я наблюдал за тобой с самого первого дня, мне понравилось.

— Интересно. — Ирина склонила голову набок и смотрела, как двигаются его губы.

— Я заметил, ты не носишь некоторых деталей, без которых не обходятся женщины.

— Ты… о лифчике? — насмешливо спросила она.

Он быстро перевел взгляд на ее грудь.

— Ты можешь обходиться без него, как сейчас. — Он протянул руку, а она легонько шлепнула по ней.

— Спокойно, — предупредила она. — Мы разговариваем. Мы не слепые, а зрячие. Пальцами не читаем.

Кирилл засмеялся.

— Понял. Но я не об этой детали.

— А о какой?

— Я о цепочках на шее, о сережках с камнями или без них.

Ирина фыркнула.

— Зато галстук-бабочку ты меняла каждый день.

— Заме-етил, — протянула она. — Да, я меняла каждый день. У меня их семь, всех цветов радуги. Хочешь, удивлю?

— Удиви, — разрешил он.

— Я забрала их у отца. Ему привез их один австриец. На самом деле они мужские.

Кирилл кивнул.

— Я сразу понял — ты появилась здесь для меня.

— Гм-м… — неопределенно пробормотала она.

Вообще-то она появилась в этом городе по другой причине. Она уже рассказывала Кириллу, в первые дни знакомства. Ранней осенью, а сейчас зима. Забыл? Или ему так больше нравится думать?

— Так когда же? — Кирилл быстро повернулся к ней и обнял.

— Что — когда? — переспросила она.

— Когда мы с тобой украсим… когда поставим…

— …поставим елку и украсим ее? — перебила Ирина. — Хоть сейчас. — Она подскочила в кровати, он схватил ее за руку и потащил к себе.

— Не-ет, я не про елку. Но ее мы тоже украсим. Сама знаешь, о чем говорю. — Он обнял ее за плечи. — Я хочу знать, когда мы украсим наши паспорта штампом о законном браке.

— А тебе надоел незаконный? Если он тебе надоел, для чего нужен законный? Ничем не будет отличаться. В лучшую сторону — точно. — Ирина говорила быстро, словно много раз отвечала на подобный вопрос.

— Послушай, — он стиснул ей пальцы, — скажи мне, почему ты упираешься?

— Кирилл, зачем? Для чего — сейчас? — Она поморщилась.

— Разве нам плохо вместе? — Он привлек ее к себе.

— И я о том. Нам хорошо вместе. Это главное.

— Тогда почему — нет?

— Тогда почему — да?

Он поморщился, волоски на усах вздыбились.

— С тобой интересно разговаривать, — заметил он. — Ты на самом деле необычная женщина. Я всегда думал, что каждая из вас мечтает выйти замуж. Я готов сделать тебе такой подарок, а ты…

Ирина засмеялась.

— Если тебе не нравится мое предложение как подарок женщине, давай рассмотрим вопрос с другой стороны.

— Влез на трибуну? — насмешливо заметила она.

Но он не отозвался на шутку.

— Желание выйти замуж — нормальный природный инстинкт. Каждая из вас хочет удачно выйти замуж, — настаивал он.

Она вздохнула.

— Инстинкт, — повторила она. — Может быть. Но чем дальше человек отходит от первобытных предков… то есть от приматов, — уточнила она, — тем большее число инстинктов он утрачивает. — В ее голосе звучала насмешливая назидательность.

— Чем же, по-твоему, такой человек живет? — спросил он, поглаживая ее плечо.

— Разумом.

— Ага, а он, разум, тебе подсказывает: не стоит выходить за меня официально? — В голосе Кирилла звучала обида и еще что-то, чему Ирина не могла дать точного определения. Ей послышалась в его тоне легкая, едва уловимая угроза.

— Разум подсказывает, — объясняла она, — что замуж надо выходить, когда есть для этого… — она искала подходящее слово, — неотвратимые причины. Например, желание завести детей.

— У тебя такого желания нет, — ровным голосом заключил он.

— Пока нет. Можно подумать, ты этого хочешь, — усмехнулась она.

— Пока нет, — повторил он за ней.

— Тогда зачем? Я снова спрашиваю тебя — зачем?

— Чтобы ты никуда не… делась.

— Не смеши меня. — Ирина махнула рукой.