Это война, предатель! - Лу Берри

Понедельник, видимо, никого не радовал. Ноябрьский — особенно.

Оценив количество конкурентов за попадание в опаздывающий автобус, я уж подумала было грешным делом позволить себе поехать на такси, но увидев цену на такое удовольствие — столь же стремительно передумала.

В голове буквально включился калькулятор, который живо подсчитал, на что ещё я могу потратить эти деньги, причем куда как полезнее.

Из автобуса я выпала в итоге гораздо более помятая, чем туда входила. Но страдать по этому поводу было некогда — пришлось снова включить режим жертвы гепарда, чтобы успеть в офис вовремя.

И я почти достигла этой цели, если бы прямо у дверей меня не подкараулил гололед.

Падала долго, с кручением и верчением, до последнего сохраняя наивную надежду выстоять.

Приземлилась в итоге на живот.

Застонала.

Выдохнула.

Прикрыла глаза.

Возникло искушение вообще никуда больше не ходить. Так и остаться тут лежать.

Заодно, может, даже высплюсь…

Но мысль, что кто-то из коллег увидит меня в столь унизительной позе, все же заставила подняться.

Посмотрев на последствия падения, я похвалила себя за то, что вчера сэкономила на колготках. Все равно погибли бы.

На обеих коленках у меня красовались такие дыры, какие уже не зашьешь. И даже не прикроешь.

Я мысленно прокляла нашего босса, который требовал соблюдать дресс-код и завещал женщинам приходить в офис только в юбке.

Вздохнув, я стоически отряхнулась. Решила дойти до офиса и быстро прошмыгнуть в туалет, чтобы там снять остатки колготок. Пусть лучше коллеги думают, что я бессмертная и хожу в ноябре без оных, чем что выгляжу как бомжиха.

Миновать охрану на входе удалось быстро и незаметно. А вот включать компьютер, едва подойдя к рабочему месту, оказалось стратегической ошибкой.

Потому что тут же раздался звонок.

Этот номер я знала наизусть.

Спрятав коленки под стол, обречённо натянула наушники и ответила.

— Алло?

— Катенька, доброе утро! От вас ещё не пришла заявка!

Я прикрыла глаза. Господи, дай терпения.

— Надежда, так ведь рабочий день только начался. Я посмотрю заказы, выгружу документы и примерно через полчаса…

— Поздно! — трагически выкрикнули мне в ухо. — Вы у нас не одни! Сейчас просто тьма заказов и если хотите успеть получить товар до вечера, то заявка от вас мне нужна через пять минут!

Хотели ли мы товар? К сожалению, хотели. Если мы его сегодня не получим — меня порвут на лоскуты три отдела разом. Наперегонки.

— Сейчас все пришлю, — пообещала я бодро.

Стало резко не до колготок и мнения людей о моем внешнем виде.

Я торопливо выгружала из системы заявку в «Мир игрушек». Это наш поставщик. Чудовищно проблемный, но, увы, и столь же прибыльный.

Отправив все Надежде, я принялась ждать ответного подтверждения.

И в этот самый момент к моему столу принесло начальника курьерской службы, с которой наш магазин сотрудничал и делил офис.

Его жизнерадостная физиономия этим утром особенно сильно раздражала.

— Катёна! — расплылся он в улыбке, присаживаясь на край стола. — Скажи же мне — ты все ещё замужняя?

С этого его вопроса начиналось каждое моё чёртово рабочее утро.

— Представь себе, Володя, за пару дней ничего не изменилось, — буркнула ещё неприветливее обычного.

— Эх, и где я был, когда тебя замуж уводили! — вздохнул он страдальчески.

Я поморщилась.

— Суворов, давай без прелюдий. Чего тебе надо?

Он хмыкнул.

— Ну почему же без прелюдий? Считаю, это важная часть ухаживаний. А ты, оказывается, такая нетерпеливая!

Не сдержавшись, я развернулась и легонько пнула его ногой в колено.

И обнажила тем самым свой срам.

Я про рваные колготки, разумеется.

Володя беззастенчиво на это все уставился. Присвистнул…

А потом внезапно попросил:

— Ну-ка встань.

Я смерила его недобрым взглядом. Мрачно поинтересовалась:

— Решил во всей красе рассмотреть?

Он усмехнулся.

— Не без этого. Ну поднимись, правда.

Он сказал это с таким выражением, что в следующую секунду я с удивлением обнаружила, что стою на ногах.

Суворов оглядел меня с головы до пят и заявил:

— Ножки, конечно, красивые.

Я решила запустить в него степлером.

Он увернулся. Кинул странную фразу…

— Никуда не уходи. Хотя бы десять минут.

Эти слова уже прошли мимо меня, потому что на почту пришёл счет от «Мира игрушек», на который я и переключила все свое внимание, самозабвенно в это погрузившись.

Очнулась, только когда на стол передо мной внезапно легла… упаковка колготок.

Я моргнула. Подняла глаза…

— Сходи, переоденься, — невозмутимо предложил Володя.

Глава 3

Даже не знаю, что меня поразило больше — само присутствие колготок на моем столе, то, что мне их принёс именно Суворов или… их цена.

Я в магазине на колготки этой марки даже не смотрела — если б купила такие, меня бы потом совесть сожрала с потрохами за подобные траты.

— Я не просила, — буркнула безо всякой благодарности.

Володя хмыкнул.

— Да тут и просить не надо. Две живописные дыры на твоих коленках буквально кричат «SOS»!

Я снова растерянно посмотрела на колготки. И тут до меня дошло — надо же ему, наверно, деньги за них вернуть.

Господи, ужас-то какой! И как теперь выкрутиться? Сказать, что они слишком для меня дорогие — стыдно. Но и тратить такие деньги на колготки — чересчур…

— Что не так? — истолковал он моё молчание по-своему. — Размер не тот?

Я посмотрела на этикетку и с удивлением поняла — тот.

— Ты на глаз, что ли, размеры женских колготок определяешь? — поинтересовалась хмуро.

— Ну, есть такой талант, — лукаво блеснул он глазами. — Ты переодеваться идёшь или как?

А я вдруг подумала — это сколько ж у него было женщин, что он в колготках так хорошо разбирался?..

— Я тебе денег должна, — пробормотала растерянно.

Он решительно отмахнулся.

— Ты что, Катён? Не возьму я у тебя денег. Это исключительно моя инициатива. Можешь считать, что подарок. На какой праздник — придумай сама.

К своему ужасу я ощутила, что краснею. И что на глазах того и гляди слезы выступят.

Мне муж уже черт знает сколько времени ничего не дарил, даже цветы по праздникам! А тут — посторонний мужчина…

Чтобы скрыть свою идиотскую реакцию, я порывисто схватила эти несчастные колготки и унеслась в уборную.

Уже там, прислонившись к двери кабинки, подумала — мне тридцать семь лет, я мать двоих детей и я плачу в туалете от того, что мне подарили колготки!

Ценой в несколько тысяч рублей, конечно, но, черт