Твоя любовь со вкусом горечи - Елена Полярная

— Как всегда срач! Хотя чему я удивляюсь? Как только Егор ещё тебя терпит, не научив базовым навыкам женщины? Ладно, сейчас не об этом. Мой сын же придёт через час? Отлично, ставь чайник, нас с тобой ждёт разговор.

А мне вообще надо что-то отвечать? Или Ангелина Ивановна сама будет додумывать мои ответы, раз она даже не даёт мне вставить ни слова?

«Со свекровью надо быть вежливой, потому что от неё могут зависеть твои отношения с Егором», — как-то сказала мне мама, когда я решила ей пожаловаться, добавив, что ей в своё время тоже пришлось нелегко.

Вот только она так и не дала мне совет, что делать, если я вежлива со свекровью, а она всё равно мной недовольна. Мне уже и не сосчитать, сколько раз я пыталась наладить общение с этой вечно ворчливой, пессимистичной женщиной, в ответ не получая никакого желания найти общий язык.

— Ангелина Ивановна, зачем вы пришли?

Если свекровь снова будет предлагать мне согласиться на её предложение нам с Егором переехать в её однокомнатную квартиру, я точно не выдержу.

«Вместо того, чтобы откладывать деньги, вы их тратите на оплату жилья! Это так глупо и неэкономно. Хотя можете жить вместе со мной и абсолютно бесплатно», — часто повторяла женщина, словно зазубрив эти слова.

Ну а я чуть ли не вздрагивала, стоило мне представить, как я окажусь на территории свекрови. Она же меня живьём съест. Да и у меня не будет никакой свободы, придётся терпеть её ворчание и нравоучения, а о сексе можно будет забыть.

Ангелина Ивановна любит повторять, что отдаст нам свою спальню, а сама переберётся на балкон, которые мы с Егором должны будем обустроить для неё и утеплить, почему-то считая, что нам всем будет удобно и не тесно ютиться в маленькой квартирке.

Меня же подобная перспектива пугает.

— А ты как будто не догадываешься? — ехидно спросила женщина, зло прищурившись.

И вот умела свекровь смотреть на меня таким взглядом, что мне становилось не по себе и возникала мысль, что она считает меня беспросветной дурой, и её сын взял меня в жёны исключительно из жалости.

— Будем играть в угадайку?

— Боже, Алина, как с тобой трудно! Я пришла поговорить о внуках, которых ты мне ещё не родила. Вот мне интересно, ты долго ещё с этим будешь тянуть? Или ты недоженщина, которая детей не хочет и дурит моего сына? А может ты бесплодная?

— Ангелина Петровна, вы и правда считаете эти вопросы уместными?

— А что не так? Мы же не чужие люди, так чего стесняться? Ты уже семь лет замужем за Егором, но…

— Это ваш сын пока не хочет детей! Или вы с ним не разговариваете, раз постоянно цепляетесь ко мне с этой темой?

— Ой, он мужчина, что с него взять! Пока ты не родишь и он не возьмёт на руки своего первенца, он и не поймёт, что хотел ребёнка. Ну а я хочу внуков!

— Вы меня уж простите, Ангелина Петровна, но мне как-то всё равно на то, что вы хотите. Может вы уже перестанете вмешиваться в нашу с Егором жизнь? Мы и без вас как-нибудь разберёмся.

— Вот как заговорила. Знаешь, я и ожидала от тебя нечто подобное. Вот душой всегда чувствовала, что ты не сделаешь моего сына счастливым. И это так. Егор допустил самую большую ошибку, женившись на тебе, хотя мог найти кого-то намного лучше, с собственной квартирой или деньгами.

— А разве не мужчина должен быть добытчиком в семье?

— А разве ты мотивируешь моего мужа?

— То есть это я виновата, что он работает охранником и мало получает?

— А кто ещё? Ради хорошей жены мужчины горы сворачивают, а уж когда у них появляются дети, они весь мир готовы перевернуть. Ну а ты… — Свекровь резко замолчала, услышав, как открылась входная дверь.

Вернувшись раньше обычного с работы, Егор, по привычке не позвав меня, с мрачным видом вошёл на кухню, не удивившись появлению свой матери.

— Меня уволили, — буквально выплюнул, будто обвиняя нас с Ангелиной Петровной.

А свекровь, тут же подскочив к сыну, бросила на меня многозначительный взгляд, как бы давая понять, что я и правда в этом как-то виновата.

Глава 3

Никогда я ещё не видела Егора настолько сломленным, как в тот вечер, когда он пришёл со словами, что его уволили, объяснив это каким-то недопониманием с начальником. И как я ни пыталась осторожно узнать, что же именно произошло, ведь людей не увольняют просто так, по причине, что они что-то не поняли, муж отмалчивался, не желая делиться со мной подробностями.

Зато он сразу же выпроводил из квартиры свою мать, которая решила посюсюкать с ним, как с маленьким мальчиком, сорвавшись на неё и попросив больше не приезжать без приглашения.

Ну и по выражению лица Ангелины Петровны можно было догадаться, что и в грубости своего сына она винила меня.

Наверное, в её понимании я была виновата абсолютно во всём, хоть в катаклизмах, хоть в войнах.

Вот такой вот я монстр, портящий людям жизнь.

Но свекровь не всегда была такой, назовём это помягче, вредной. Да, она и раньше была не подарок, но эта озлобленность на меня, в неком роде ревность и помешанность на сыне стали появляться у неё четыре года назад, когда её муж умер от оторвавшегося тромба. Смерть любимого мужчины стала для неё сильным ударом, от которого она не смогла оправиться.

— Наверное, нам и правда придётся переехать к моей матери, — глухо произнёс Егор, швыряя вещи прямо на пол, даже так вымещая свою злость.

Мы уже готовились ко сну и раздевались, при этом так по-нормальному и не поговорив. И мне казалось, что если Егор и созреет до разговора, так только завтра утром, и то не факт.

— Почему? Я уже заплатила за следующий месяц и вполне могу снова сама оплатить квартиру. И я уверена, что ты сможешь найти работу и…

— Ага! Найду! Опять охранником, да?

— А почему ты говоришь таким тоном, словно в чём-то меня обвиняешь? Я-то тут при чём? Никто не говорит, что ты снова должен идти на эту должность. Просто…

— Ну а что