Партия на троих - Екатерина Орлова

— Буду рада.

— Как мама? Паша?

— Мама нормально. Уже, наверное, умчала на ночную смену. Паше через два дня на диализ.

— Что врачи говорят?

— А что они скажут? — дергаю одним плечом. Один и тот же вопрос, на который я всегда отвечаю одинаково. Ситуация у моего брата не меняется уже несколько лет. И вряд ли изменится. Нет у нас денег на пересадку. — Делать диализ и ждать в очереди. Но ты же понимаешь, что бесплатно эта очередь до Пашки дойдет в следующей жизни, — вздыхаю я, как и дед. — Но он не сдается. Пашка молодец. В бассейне лучший в своей возрастной категории. Думал заняться прыжками, но врачи запретили. Расстроился и даже немного разозлился, из-за чего начал ставить новые рекорды.

Дед довольно улыбается, кивая. Гордится внуком.

— Ну а ты?

— А что я? Учусь, танцую.

— А мальчик?

— Какой мальчик? — смотрю в мутно-голубые глаза дедушки.

— Сильный, красивый. Каких там сейчас девочки любят? Не носит хоть джинсы в обтяжку? Как гляну на таких, аж передергивает. Посжимают у себя там все, а потом в тридцать импотенты.

Я смеюсь, глядя на деда.

— Мой мужчина точно не станет такие носить, — отзываюсь я.

— Мужчина? Ты бы с парнем для начала повстречалась.

— А зачем мне парень? Они все носят джинсы в обтяжку, — потешаюсь я.

— И какой же мужчина тебе нравится? Есть такой?

— Эм-м-м… нет. Пока нет.

Есть. Правда, он вряд ли знает о моем существовании, но этот недочет я планирую исправить.

— Как появится, познакомишь.

— Обязательно. Ладно, дедуль, мне пора, Пашка там один дома.

Встаю и целую дедушку в щеку.

— Пахнешь отпадно, — говорю я, направляясь в прихожую. Пока обуваюсь, дедушка стоит рядом и наблюдает за мной. — Ты на свидании, что ли был?

— Был, — неожиданно отвечает дед, а я поднимаю голову и смотрю на него, раскрыв рот. Он улыбается, довольный произведенным эффектом.

— О, боже мой!

— Тихо-тихо, — кивает он. — Это только первое свидание, и пока еще ничего не значит. Но дама приятная.

— Как зовут?

— Алла.

— Герасим Антонович, да вы ловелас! В прошлый раз была Лариса.

— Ой, Малинка, да разве ж то женщина? Пьет больше меня.

Я смеюсь и качаю головой.

— Значит, она нам не подходит.

Дед переводит взгляд на стоящую на комоде фотографию и нежно поглаживает снимок бабушки.

— Мне подходила только моя Настенька. А эти все… — он тяжело вздыхает. — Эх, ладно. Что я тебя гружу старческими проблемами?

— Тебе всего пятьдесят девять, не наговаривай на себя.

— Не буду, — бурчит он. — Ну все, беги, красавица. За рулем аккуратно.

Послав дедушке воздушный поцелуй, выскальзываю из квартиры и мчу домой. Припарковав свою Жучку — так я называю любимую машину — бегу домой. Влетаю в квартиру, прислушиваясь. Мой младший брат классный парень и, в принципе, беспроблемный. Но на него иногда накатывает желание совершить что-нибудь полезное. “Причинить добро” — так это называет мама. Тогда он может взяться что-то готовить. Засунет в духовку, например, курицу, и пойдет играть в компьютерные игры. Конечно, спасая мир, он забывает о своем благородном порыве, и в итоге курица сгорает, а мы потом всю ночь проветриваем квартиру от ядреного запаха. Уже было такое, так что я каждый раз прислушиваюсь.

Дома тишина. Заглянув к брату, вижу, что он сидит в огромных наушниках за компом.

— Паш, я дома! Паш! — кричу громче, и брат дергается.

Поворачивает голову и кивает.

— Не обязательно орать.

— Привет. Ты ел?

— Ага, мама накормила.

— У тебя еще пятнадцать минут.

— Блин, Агата, дай поиграть, — канючит он.

— Пятнадцать минут. Это последнее слово.

С этими словами захлопываю дверь и топаю в ванную прямо с тренировочной сумкой. Забросив в стиралку мокрые вещи, принимаю душ, наконец расслабляясь. Впервые за день я чувствую, как мышцы наливаются приятной истомой.

Прикрываю глаза и медленно намыливаю голову, а в мысли привычно врывается тот, кто не покидает их ни на один день. Пока я занята танцами или учебой, думаю только о них. Но стоит мне замедлиться, в голове появляется Матвей Громов. Когда дедушка спросил о парне, я сразу подумала о нем. А о ком мне еще думать, если я больше года влюблена в него?

После душа загнав брата в кровать, падаю на свою и открываю соцсети. Я уже не ищу личную страничку Матвея, бесполезно. Она приватная, и он меня туда не пускает ни с моего аккаунта, ни с фейкового. Так что у меня всего один способ посмотреть его фотографии — соцсети их компании. Там он такой… в костюме, с галстуком. Серьезный, каким я помню его еще во время учебы в нашем университете. Даже немного строгий. Тогда он слегка пугал своей этой холодной отрешенностью, а потом я каким-то чудом начала считать это сексуальным.

Едва открываю его фотографию и слегка увеличиваю, мои внутренности переворачиваются. Ледяной взгляд темных глаз прошивает насквозь, и я снова плыву, чувствуя, как беснуются бабочки в животе.

— Спокойной ночи, Матвей, — шепчу экрану. — Может, завтра мы наконец встретимся и ты поймешь, что я твоя судьба.

Поцеловав экран, блокирую его и, перевернувшись на бок, за секунду выключаюсь.

Глава 2

Матвей

Обнаружив брата в випке, петляя среди полуголых тел, двигаюсь к нему. На коленях Дэна извивается какая-то девица топлес, а его руки лениво шарят по ее телу. Подойдя, дергаю официанта и прошу принести мне бокал виски. Сажусь рядом на диванчик, и Дэн переводит на меня взгляд. Что-то шепчет телочке, и она тут же испаряется из кабинки.

— Ты здесь один, что ли? — спрашиваю.

— Пока да. Серега пошел посмотреть шоу. А ты чего приехал?

— Хочу отдохнуть.

— Как прошли переговоры?

— Нормально, — отвечаю коротко, не желая вдаваться в подробности.

Сегодня я прошел несколько кругов ада по инстанциям, чтобы выбить разрешение на строительство развлекательного центра и детского дома культуры. Чем старше отец, тем больше у него рвения к благотворительности. Правда, надо отдать ему должное, это хороший способ отмыва денег, так что я не спорю. Да и что спорить? Считаю, что Дворец детского и юношеского творчества будет очень кстати в нашем городе, где каждый кружок для школьников стоит как крыло самолета.

Официант ставит передо мной стакан с янтарной жидкостью, и я сразу делаю глоток. Чувствую, как тягучая горючая жидкость мягко обволакивает горло и опускается в полупустой желудок. Надо было все-таки заехать поесть, но не хотелось рассиживаться в ресторане.

— Сегодня с отцом говорил, — Дэн поворачивает голову и смотрит на меня со странной улыбкой. — Старик говорит, что нам