По(воз)желай меня, герцог! - Анна Герр

Но какой же он глупенький. Мне плевать, как он выглядит. Наоборот, в такие моменты, когда ему нужна поддержка и забота, хочу быть рядом с ним. Тем более, что эти соревнования прошли для него не очень. На последнем этапе он подвернул ногу и не смог участвовать дальше. Поэтому ему сегодня особенно нужна поддержка.

И идея с сюрпризом возникла вчера, когда я узнала о его ноге. Это должно его взбодрить и поднять настроение.

– Ладно, пора, – сказала самой себе, бросив последний придирчивый взгляд на своё отражение.

Подхватила розовую шубку, натянула длинные сапожки и выскочила из квартиры. Такси будет через две минуты. Как раз к моменту, когда спущусь, оно подъедет, и я не успею замёрзнуть на морозе.

Такси задержалось, и к моменту, когда оно всё же соизволило подъехать, я уже немного подзамёрзла. Отогреваясь в машине, под тёплыми волнами воздуха, я представляла реакцию Марка на моё появление, как распахну шубку перед ним, как он посмотрит на меня и гулко сглотнёт, а после подхватит на руки и…

Будет наша первая ночь!

Моя самая первая ночь с мужчиной. Чуть страшновато, жутко волнительно и… Я улыбнулась, рассматривая в окно пролетающие мимо высотки. Давно уже следовало, а я всё… тянула. Мы с Марком уже два года, и дальше поцелуев так дело и не заходило. А он ведь молодой парень, кровь кипит.

Глупо, наверное, так тянуть. Не знаю. Просто было страшно, что сердце разобьётся. Как это было у мамы. Пять лет назад папа изменил ей с, как банально, молоденькой и грудастой секретаршей. Они развелись, но мама очень тяжело переживала предательство. Не прошло и нескольких месяцев, как её слабое сердце не выдержало. А отец прекрасно себе живёт за границей с той самой секретаршей, которая родила ему сына. И лишь открытки шлёт на день рождения. Вот и вся его любовь. А ведь раньше он во мне души не чаял. Я была его любимицей и смыслом жизни. Он постоянно меня баловал, и наша семья была просто идеальной. А как отец связался с этой змеёй, так стал сильно меняться. С каждым годом он словно забывал обо мне. Единственное, что осталось от родителей, – наследство в виде квартиры в центре и небольшого капитала в банке, которого хватит ещё на пару годиков, если экономить. Что на самом деле первое время было очень тяжело, ведь я привыкла к тому, что родители не экономили на единственной дочурке. Пришлось перестраиваться, и сильно. Но в любом случае мне повезло, ведь о куске хлеба и ночлеге не надо думать. На хлеб хватает, и жильё есть. Небольшое, но своё.

Для папы я осталась в прошлом. Как и мама. У него уже пять лет новая жизнь, новая семья и новый любимый ребёнок.

Ладно, не буду сейчас думать о грустном. Было и было. Уже ничего не исправить. Мамы нет, а отец пропал. Я осталась одна. Марк и лучшая подруга Вероника сейчас мои самые близкие люди. Те, кому я нужна, и те, кто мне нужен.

И здорово, что мы все учимся в одной группе на пятом курсе. Совсем скоро получим дипломы и будем искать работы. Надеюсь, что с Никой мы найдём что-то вместе. Марк-то пойдёт дальше строить свою спортивную карьеру.

– Приехали, – оповестил водитель и остановился у такого родного подъезда.

Я выпорхнула бабочкой из машины и, открыв дверь ключами, которые мне давно уже подарил Марк, заскочила в светлый подъезд. Улыбка не исчезала с моего лица, как бы я ни старалась. Предвкушение встречи с любимым парнем окрыляло.

– Здравствуй, Дашенька, – улыбнулась Вера Николаевна, выходя из лифта, у которого я стояла. – А я думала, что ты у Марка. Видать, послышался мне твой голосок.

– Здравствуйте. Только иду к нему, – едва не покраснев, вспомнив, что под шубкой у меня практически ничего нет, я быстро проскочила в лифт и нажала на десятый этаж.

– Встречай любимого, – одарила меня тёплым взглядом соседка Марка, и двери лифта закрылись.

Странно… Почему ей послышался мой голос?

Какое-то смутное нехорошее предчувствие вызвало волну холодных мурашек по спине.

Подходя к двери Марка, я растеряла былую уверенность и воодушевление. Что-то внутри противно заворочалось. Но что именно, я понять не могла.

Может, это волнение перед той самой первой ночью? Или, может, всё же я сделала глупость, что явилась сюда в таком виде? Марк же очень устал, плохо себя чувствует, а тут я с этим комплектом нижнего белья.

– Да… глупо, – тихо прошептала в пустоту коридора и резко развернулась на каблуках, желая как можно быстрее уехать домой, чтобы меня больше никто не заметил.

Подошла обратно к лифту и только протянула подрагивающий палец к кнопке вызова, как разозлилась на саму себя. Да когда я была мямлей? Что за уныние?

Нет, со мной сейчас однозначно что-то не так! Я всегда была боевой, резкой, уверенной в себе и не сомневающейся. А сейчас что? Так ли страшна эта первая ночь?

Или не это меня беспокоит?

Ну, а что ещё может?

Какое-то нехорошее предчувствие?

Эх, всё, хватит себя изводить! Решила, значит, надо делать!

Глубоко вдохнула, натянула улыбку и вновь резко развернулась. Подошла к двери, открыла ключами дверь, ведь я же сюрприз собралась делать. Поэтому и открыла сама. Сделав последний глубокий вдох, расстегнула шубу и потянула ручку на себя.

Готовься, Марк! Сегодня ты получишь то, чего ждал уже два года. И плевать на всё! Нужно жить полной жизнью, ни о чём не жалея и смело сражаясь со своими страхами.

С этими мыслями я шагнула в квартиру.

Первое, что мне показалось странным, – музыка. Точнее, такая, которую Марк обычно никогда не слушал. Второе – алая роза, одиноко валяющаяся в коридоре. И только потом я увидела женские сапоги на шпильке и знакомый такой белый длинный пуховик, висевший на вешалке возле куртки Марка. И маленькая чёрная сумочка тоже была такой знакомой. Особенно поблескивающий брелок в виде зелёной змейки на застёжке.