Сводные для монстра - Эльвира Осетина

А я рванула со всех ног домой и потом тряслась от ужаса и не знала, чем мне всё это грозит. Как оказалось, ничем не грозило. Мальчишки те стали обходить меня стороной и, видимо, побоялись родителям пожаловаться.

А Васька с тех пор начала мне помогать, появляясь в те моменты, когда мне требовалась физическая помощь.

Кстати, имя она своё назвала, когда с какой-то девочкой попала в переплет перед дворовыми мальчишками, которые решили позадирать двух восьмилеток, играющих в соседнем дворе на площадке.

Она опять раскидала их в разные стороны, отчего дети убежали, испугавшись, а девочка, поблагодарив её за помощь, спросила имя.

А она возьми да и ответь: «Васька».

Вообще, она впервые тогда заговорила с кем-то до этого, только молча всех вырубала, а тут решила ответить такой же тихоне, как и я сама.

И что удивительно, Васька, которая всегда уходила и позволяла вернуться мне, осталась и играла с этой девочкой целый день.

Та даже домой её позвала, и они вместе смотрели мультики.

С тех пор Васька начала обзаводиться собственными друзьями и, само собой, чаще отодвигать меня в сторону.

Однажды я разозлилась и попыталась ей помешать, потому что и сама хотела бы поиграть с кем-то из новых друзей Васьки, и тогда у нас впервые получился серьезный конфликт.

И Васька показала мне, на что способна, если я не буду давать ей волю.

Она пригрозила мне, что выкинет моего щенка в реку, что протекала недалеко от нашего дома. И я поверила ей, потому что почувствовала её эмоции. Она действительно готова была это сделать. К щенку она никогда не проявляла никаких эмоций, и я поняла, что лучше договориться и уступить, чем потерять единственного друга.

К сожалению, у меня были проблемы с социализацией и заводить друзей я совершенно не умела.

Из-за того, что мама часто выходила замуж, мы переезжали в разные города, и мне приходилось часто менять школы. А я была интровертом по своей природе и общаться первой не умела. В отличие от Васьки. Вот уж у кого с этим никогда не было проблем.

Единственное, что она терпеть не могла, — так это учиться. Точные науки ей совершенно не давались. Разве что гуманитарные — неплохо.

Я не любила участвовать в общественной деятельности, не любила рассказывать стихи или выступать на каком-нибудь общеродительском собрании, а она же, наоборот, с удовольствием занималась всей этой деятельностью.

В итоге мы поделили с ней наше время.

Я — Василиса — занималась зубрежкой и точными науками, а Васька забрала себе социальную сферу. Потому что усидчивости у неё совершенно не было.

Я ходила в кружки по математике, химии и физике, а она — актерского мастерства и в различные спортивные секции.

Она была главной заводилой на переменах, все дети заглядывали ей в рот и тянулись за ней, я же отвечала на уроках, писала все контрольные и спокойно слушала учителей.

Мы научились неплохо взаимодействовать в любых сложных ситуациях. Когда нужно было, я выпускала Ваську, а если нужно было ей, она тут же уступала место мне.

Что удивительно, усталости ни она, ни я не чувствовали, хотя и спали не больше двух часов в день. Просто, когда она меня отодвигала на задний план, я как будто отдыхала, хоть и видела её жизнь со стороны и была в курсе всего, что она делала, а когда я выходила на первый план — отдыхала уже Васька. Еще будучи совсем маленькой, я не задумывалась об этом факте, а вот когда повзрослела, то поняла, что это ненормально для обычного человека. Потому что я могла порой не спать по три дня. И мне хватало отдохнуть не больше часа, чтобы полностью зарядиться энергией.

Собственно, раздвоение личности — это тоже не особо нормально.

Поэтому я махнула рукой.

К тому же меня, в общем-то, всё устраивало. Ведь благодаря Ваське я была идеальным человеком. Могла если не всё, то очень многое. Хоть мы с ней и были полными противоположностями, однако вполне дополняли друг друга.

Кстати, маму мою Васька сторонилась и очень редко ей показывалась. Но однажды именно Васька настояла на том, чтобы мы стали жить самостоятельно. Мне бы с моим характером ни за что не хватило смелости уйти из-под маминой опеки. Но тогда я смухлевала и попросила выступить мою вторую половинку. И она сделала это.

— И ты должна приехать на горнолыжный курорт, я уже забронировала тебе место. Через неделю встретимся там, я познакомлю тебя с моим новым мужем и мальчиками. Я уверена, они тебе обязательно понравятся! — услышала я последние слова мамы и опять поперхнулась воздухом.

— Мама, а ничего, что у меня, вообще-то, работа? — спросила я для проформы, хотя прекрасно понимала, что если родительница перла, то этот локомотив уже не остановить…

— Ой, не смеши, — естественно, отмахнулась она, вызывая в моей душе вспышку обиды. Она никогда не воспринимала всерьёз моё желание быть независимой женщиной. И добиваться всего своей головой, а не телом. Но говорить ей всё это вслух было бесполезно. У мамы была своя философия, которой она придерживалась всю свою жизнь, и что-то доказать ей я не могла. — Короче, чтобы через неделю была как штык на курорте. Билеты пришлю на электронку. Не забудь купить теплые вещи. Чау!

Она бросила трубку, а я прикрыла ладонями глаза, чувствуя, что Васька зашевелилась где-то внутри меня.

Вот уж кто обожал путешествовать, да и горнолыжный курорт — это в первую очередь означало лыжи и крутые горы. А моя вторая личность с ума сходила от подобного времяпровождения.

Спорт, да еще и сопряженный с риском, — это то, что обожала моя неугомонная Васька.

Ночные гонки на мотоциклах — она в первых рядах.

Паркур — конечно же, и Васька тут.

Спрыгнуть с парашютом на день какого-нибудь маленького городка?

Ну как же без неё?

Серфинг? О-о-о, кое-как я смогла заставить её тогда вернуться на родину. Васька всерьез решила увязаться за компанией, которая разъезжает по всему миру и ловит самые здоровые волны. Если бы ей не изменил их главный предводитель, которым она была очарована, то мне страшно представить, где бы нас с Васькой мотало.

Но она тогда сильно разочаровалась в своей первой любви, даром что не убила обоих, я кое-как уговорила её отказаться от глупого поступка и вернуться обратно в Россию.

Но прошло уже целых полгода, и Васька за эти время почти не появлялась,