Темный. Плохой. Незнакомый - Джейд Вест

веду в танце задом наперед сквозь толпу. Я чувствую на себе взгляды, но игнорирую их все, скрываясь из виду среди выпивох и болтунов, пока танцоры не превращаются в размытое пятно. Прохладный воздух зоны для курения сильно ударяет, но не настолько, чтобы отрезвить меня. Я бывала здесь раньше, мои подруги слишком часто оттягивались по субботам. Достаточно одного раза, чтобы найти нишу за наружными динамиками. Я тащу своего шоколадного жеребца в темноту, и он стонет, его горячие губы на моей шее.

— Здесь? Серьезно?

Мои пальцы уже прокладывают себе путь внутрь его ширинки. Он действительно большой мальчик.

— Да. Прямо здесь.

Он прижимает меня к стене.

— Отлично… Покажи мне эти изгибы, детка, я люблю девушек с изгибами.

И к лучшему. Его большие руки гладят мои большие сиськи, приятно и сильно сжимая, прежде чем он стягивает с меня платье, оттягивая в сторону крепкое кружево моего лифчика. Мои соски напряжены. Он перекатывает их между пальцами, пока я не начинаю задыхаться. Я уже возбуждена для него, прелюдии в пять песен вполне достаточно, чтобы я намокла и захотела.

— Трахни меня, — шепчу я. — Не говори… просто трахни меня.

— Хочу попробовать твой вкус. — Он опускает голову, облизывая мои сиськи, прежде чем зарыться между ними лицом… стандартная реакция. Я закрываю глаза, чтобы не видеть его, прижимаясь всем весом к кирпичной кладке, когда он находит пальцами мои трусики.

— Пожалуйста… трахни меня, — стону я. — Жестко.

— Ты не хочешь знать мое имя?

— Мне не нужно имя.

— Возможно, захочется увидеть тебя снова… возможно, захочется увидеть твои великолепные большие сиськи…

Этого никогда не случится.

— Трахни меня, пожалуйста… просто трахни меня.

— Ладно, детка. Хорошо.

Я поворачиваюсь лицом к стене, когда он лезет в карман за резинкой. Мое платье щекочет бедра, едва прикрывая выпуклость моей задницы.

— Собираюсь жестко трахнуть тебя…

Музыка для моих ушей.

Моя киска настолько готова, трусики отодвинуты в сторону. Он скользит внутрь толстым большим пальцем, проверяя.

— Да… — Я тянусь к своему клитору, готовясь к его члену. Но его, блядь, все нет.

— Джемма! Какого хрена?! Только не снова, черт возьми!

Визг, который я действительно не хотела слышать. Челис Роулинг впивается когтями мне в локоть прежде, чем я успеваю осознать это, и оттаскивает меня в сторону еще до того, как я засовываю свои сиськи обратно в платье.

— Господи! — прошипела я. — Что?!

Я посмотрела через плечо Челси и увидела Тессу, топтавшуюся рядом с ней. В отличие от похожего на кинжалы прямого взгляда Челси, взгляд Тессы был прикован к полу. Между двух огней. Как и всегда.

— Ты можешь убираться, — выплюнула Челси моему бедному, ничего не подозревающему шоколадному жеребцу.

Я чувствовала его взгляд, но не сказала ни слова. Момент был испорчен, закончен, окончен. Я надеялась, что он знает, что я сожалею. Сожалею и чертовски унижена.

— Какого черта ты творишь? — застонала я, как только он оказался вне пределов слышимости. — Мне двадцать три года! Кто умер и сделал тебя моей нянькой, Челси? Неужели ты не можешь выключить назойливую сучку хотя бы на один вечер?

— Ты пьяна, — огрызнулась она.

— Может я и пьяна, но ты все равно назойливая сучка, которая лезет не в свое дело.

Она скрестила руки на груди и уставилась на меня тем Челси-Роулинг-знает-лучше-всех взглядом, которым она смотрела на меня с первого класса. Хотя в последние дни он стал хуже. Наша старая Челси переродилась в лондонскую Челси… Челси, которая хотела отбросить свое хартфордширское девичье воспитание и найти себе бойфренда лучшего из лучших, какого-нибудь актера, певца или звезду спорта. Даже звезда реалити-шоу подошла бы, несмотря на то, что это будет какой-то малоизвестный чувак, у которого нет мозгов и почти нет денег. Челси не была привередливой до тех пор, пока они могли попасть в газеты.

— Самое время, чтобы кто-нибудь сказал тебе пару гребаных истин, Джемма Тейлор!

И не нужен никакой приз за угадывание, кто это будет.

* * *

Я попыталась оттолкнуть ее в сторону, но Челси стояла твердо, злобно поджав губы.

— Я не шучу, — сказала она. — Самое время тебе разобраться со своим дерьмом.

Она завладела моим вниманием.

— Моим дерьмом? Каким дерьмом?

Она закатила глаза.

— Я, мы, думали, что ты уже выросла из этого. Мы здесь шесть месяцев, целых шесть гребаных месяцев.

— Выросла из чего? — Я скрестила руки на груди, трезвость грозила нежеланным появлением.

— Этого… этого… отчаяния. Этого траха повсюду. Этой сверхкомпенсации, которой ты занимаешься с тех пор, как мы переехали сюда!

Я посмотрела ей за спину, но Тесс продолжала смотреть в пол, не желая ни во что ввязываться.

— Я люблю выпивать, танцевать, и люблю секс. И что?

— И то, что здесь скрывается нечто большее! — проговорила Челси. — Сверхкомпенсация.

— Сверхкомпенсация чего? — рассмеялась я. — Быть трезвой и торчать дома каждый вечер всю неделю? Я работаю допоздна, и расслабляться в свой выходной в субботу, большое дело.

Тесса сделала шаг вперед.

— Мы беспокоимся о тебе, — сказала она. — Вот и все.

— Не о чем беспокоиться, — улыбнулась я. — Серьезно. Я в порядке. Чудненько.

— Ты ведешь себя как шлюха, — простонала Челси. — Ты даже не знала его имени, не так ли? Практически трахнула его на танцполе перед всем клубом, не заботясь о том, какое зрелище ты из себя представляешь.

— Я танцевала!

Она скрестила руки на груди, хмуро глядя на меня.

— Ты думаешь, что это выглядит нормально, но люди смеются над тобой, ты знаешь это?

У меня кровь застыла в жилах.

— Смеются?! Кому вообще есть дело до того, что я делаю? Танцпол был забит до отказа.

— Здесь не так, как дома, — ответила Челси. — Люди здесь другие, место другое, поэтому гораздо больше давления… мы поняли это, хорошо? Ты чувствуешь себя неуверенно и ведешь себя неадекватно. Мы просто заботимся о тебе.

— Я