Жнецы свободы - Кира Уайт

– Как улов? – с улыбкой первым делом интересуется он.

Смотрю на грязь на его щеке и не могу удержаться от ответной улыбки.

– Не густо. Обычно я собираю гораздо больше.

– Обычно ты работаешь полный день, а сегодня только несколько часов. Забыла? – беззлобно парирует Джош. – Сегодня особенный день, не так ли?

– Да, я ждала его слишком долго. Ты как, точно уверен, что мы готовы? – нахмурив брови спрашиваю я.

Направляемся в сторону Источников вместе с первыми шахтерами и каменщиками, которые уже спустились с горы вслед за мной и сдали собранные камни и инструменты.

– Мы это уже обсуждали. Два года назад я не ушел только из-за тебя, ведь после того, что сделал твой отец, я не мог оставить тебя одну. К тому же, ты ведь не хочешь ждать еще два года?

С грустью вспоминаю те времена. Он прав, если бы я потеряла еще и его, то не знаю, как смогла бы пережить эти два года. Беру его ладонь в свою и коротко пожимаю в знак благодарности.

– Нет, я не хочу больше откладывать, – сообщаю решительно.

Уже через десять минут подходим к подножию горы, в которой располагаются Источники – пещеры, где мы приводим себя в порядок. В этих пещерах существует сеть неглубоких озер с кристально чистой и всегда теплой водой.

– Увидимся через полчаса, – говорю другу и направляюсь налево, на женскую половину. Джош кивает и уходит направо.

Быстро захожу в одну из пещер, здесь пока не очень много народу, быстро и без стеснения раздеваюсь и лезу в воду, чтобы смыть с себя всю пыль Рудников. Это занимает от силы минут десять. Потом я выбираюсь на поверхность, жду несколько минут, прежде чем вода полностью испарится с моего тела, разворачиваю полиэтилен и достаю сменную одежду: белье, черную рубашку и комбинезон из плотной ткани, одеваюсь и иду на выход. Решаю, что стирать грязную одежду нет смысла, ведь она мне больше не понадобится, поэтому просто бросаю ее как попало в сумку.

Джош уже ждет меня, когда я выхожу из душной пещеры на относительно свежий воздух. Он живет всего через пару домов от меня, поэтому с работы и на работу мы часто ходим вместе, если только это не ночная смена, которые у нас обычно не совпадают. В комфортном молчании доходим до жилой части Рудников, именно здесь живут все три ветви нашей провинции: шахтеры, добывающие уголь, рудокопы, добывающие руду, и каменщики, к которым отношусь я. Мое жилье находится ближе к окраине, чему я бесконечно рада.

– Я зайду за тобой через два часа, – напоминает Джош, как только доходим до моего дома.

– Хорошо, буду ждать.

Смотрю, как он уходит, а потом захожу в маленькое жилище, в котором всего две крохотные комнаты.

У меня есть два часа, чтобы собраться. Ведь больше я не вернусь в это место. Осматриваюсь по сторонам и понимаю, что несмотря на то, что прожила здесь всю жизнь, мне нечего взять с собой. Нет ни одной дорогой сердцу вещи. Горечь от осознания этого наполняет до краев, а тяжелые мысли преследуют каждую секунду.

Двести лет назад развитые страны не поделили между собой ресурсы и право на господство. Они развязали ужасную кровопролитную войну, которая перевернула привычный тогда мир с ног на голову. Цивилизация была разрушена, а человечество отброшено в своем развитии на много лет назад. В какой-то момент на руинах прошлого мира образовалась новая республика – государство Джакия, которая объединила вокруг себя восемь провинций. Но человеческой свободе пришел конец. Перед людьми встал выбор – жить в рабстве, или не жить вовсе. Угадайте, что они выбрали?

Рабы были повсюду, в каждой провинции. Все жители вынуждены были работать за еду с тринадцати лет на благо республики. Исключением были лишь дети до тринадцати и женщины, имеющие малолетних отпрысков. Как только тебе исполнялось тринадцать, ты шел работать наравне со взрослыми. Слишком старых и немощных Жнецы забирали и увозили за пределы провинции, что с ними происходило дальше, никто не знает. Но вряд ли они доживали свой век в комфорте.

По своей сути в республике было всего семь провинций, но Нью-Вар – столица причисляла себя к отдельной государственной единице. Там жили одни богачи и политики, но и здесь процветало рабство. Ведь не будут же глава республики – Канцлер и его богатые подданные сами готовить, стирать, убирать. Для этого есть рабы – слуги.

Остальные семь провинций обеспечивали столицу всем необходимым.

Леса – лесом и диким мясом, Рудники – углем, рудой и драгоценными камнями, Озера – рыбой и кораблями, Поля – сельскохозяйственной продукцией, Строители – новым жильем и развлекательными комплексами, Арена славилась своими дрессировщиками, жители Нью-Вара могли взять себе любого питомца, какого только пожелают, и наконец, Лаборатории, в которых жили самые умные представители человечества – ученые, изобретатели, врачи.

Почему жители не подняли бунт и не отстояли свое право на свободу? Ответ прост.

Жнецы.

Они следят за порядком с холодным мрачным безразличием. Никто не осмеливается перечить им или идти против, ведь их невозможно победить. Откуда они взялись? Я склоняюсь к тому, что ученые из Лабораторий постарались, ведь в новом мире можно делать что угодно, никто не запретит эксперименты над людьми. Пусть в открытую об этом никто не говорит, но откуда-то же взялись эти люди с необычными способностями.

Чтобы показать простым смертным, что они «не звери» Канцлер и Верховный Совет республики решили дать рабам шанс на свободу.

Раз в два года представители Нью-Вара приезжают в каждую провинцию, набирают добровольцев, которым уже исполнилось двадцать, и увозят в столицу. После этого им дают шанс стать свободными, но мы точно не знаем, что добровольцам для этого нужно делать. Ведь ни один из них еще ни разу не вернулся обратно. Но я почему-то надеюсь, что все у них в порядке. Ведь если ты получил свободу, тебе незачем возвращаться в родную рабскую провинцию, не так ли?

Сегодня как раз такой день. Через пару часов здесь будут представители Нью-Вара, чтобы набрать новых желающих стать свободными. И я буду одной из них.

2. Отбор

До прихода Джоша остается минут десять, а мне больше нечем заняться в этом доме. Выхожу на улицу и иду к соседям. В хлипком домишке, который даже меньше моего, живет семья из восьми человек.