Сладкие цепи для Ястреба - Элис Айт

Мужчина ударил меня в бок. Я успела дернуться, и короткий клинок пропорол свободно струящееся платье, не задев кожу. Слава Богине-матери! Только в следующий раз так уже вряд ли повезет…

Покупатели впереди наконец-то заметили неладное и с криками бросились на помощь. Жаль, они были слишком далеко, чтобы меня спасти. Но если я буду достаточно долго сопротивляться, может, они хотя бы поймают подонка, поднявшего на меня руку!

Отощавшее лицо убийцы исказилось от ярости. Он вновь замахнулся, однако ударить не успел — сзади на него кинулся Кефар. От старика подонок избавился одним толчком. Управляющий, не удержавшись на ногах, со стоном распластался на мостовой.

Ему удалось выиграть для меня несколько мгновений. Побеги я наконец по проходу, вместо того чтобы шарахаться вбок, то почти наверняка успела бы навстречу мужчинам впереди…

Сильные руки схватили меня за талию и резко толкнули вправо. Я охнула, ударившись плечом о стену. Вспомнив о шипах, испуганно задрала голову, но они торчали значительно выше моего роста. И снова повезло!

Внезапно мне в руку вновь кто-то вцепился и потянул на себя. Меня мотнуло, как безвольную куклу. Мимо пролетел кулак, сжимающий нож. Затем мир в глазах кувыркнулся — меня швырнули на землю.

Я не растерялась и сразу вскочила на ноги. Но к этому моменту все было уже кончено.

Нож валялся на дороге недалеко от меня. Убийца хрипел, суча ногами и царапая обломанными ногтями державшего его мужчину. А тот цепью душил напавшего на меня ублюдка.

Что-то хрустнуло. Убийца обмяк и сполз на мостовую, чтобы уже никогда с нее не подняться. А я во все глаза смотрела на человека, который меня спас.

Правильные, привлекательные черты. Отросшие темные волосы, наполовину закрывавшие смуглое лицо. Крепкие руки с выступающими жилами. Пара характерных татуировок на бицепсах — одна с птицей, вторая с парусником. Обнаженный торс с несколькими застарелыми шрамами.

И рабская цепь, которой этот мужчина был прикован ко вбитому в камень кольцу.

Мой спаситель равнодушно отпихнул ногой удавленного им убийцу. По лицу расплылась ухмылка, прищуренные карие глаза уставились на меня. Легким движением головы раб отбросил с лица волосы.

— Привет, красотка, — развязно сказал он, будто не убил только что человека.

Я не нашлась, что ответить.

— Госпожа, вы в порядке? — закричали сбоку.

Покупатели во главе с запыхавшимся работорговцем добрались до меня только сейчас.

— Отделалась испугом, — я подняла обе руки, показывая, что со мной все в порядке. — Пожалуйста, лучше помогите моему слуге!

Кефар так и сидел на земле, не в силах встать. Уже который раз за день мне пришлось благодарить милостивых богов — управляющий всего лишь ушибся. А работорговец, который примчался вместе с покупателями, удивил меня, неожиданно подскочив к моему спасителю и влепив ему оплеуху.

— Ты что опять затеял, негодник! — рявкнул он.

Глава 1.3

Нисколько не испугавшись, раб с усмешкой пожал плечами. Похоже, он понимал, что объясняться бесполезно.

Убедившись, что мой старый слуга не пострадал, я поспешила к работорговцу. Тот уже вынимал плеть.

— Перестаньте! Он же меня спас!

— Вы уверены, госпожа? — раздраженно поинтересовался тот, прежде всего пристально оглядев меня с головы до ног. — Драку начал не этот паршивец?

Я постаралась незаметно отряхнуться. Падение на мостовую не лучшим образом сказалось на моем внешнем виде.

— Он меня спас, — твердо повторила я. — Вызовите наконец стражников! Меня же чуть не убили!

Один из покупателей скрылся между рядами, во весь голос крича: «Стража!» А я, пользуясь моментом, склонилась над мертвецом.

Сердце уже успокаивалось, паника отхлынула, уступая место трезвомыслию. Кто-нибудь другой счел бы это слишком быстрой переменой чувств, но я никогда бы не получила мужскую приставку «ун-» к своему имени, если бы не умела контролировать эмоции.

Разум подсказывал, что нужно изучить тело, пока есть такая возможность. Это бедняк, а значит, с трупом церемониться не будут, бросят в яму за пределами городской стены, и на том все. Никто не станет выяснять, кто и почему пытался отправить меня за Грань.

А у меня уже зарождались подозрения, кто стоял за нападением.

Взъерошенный Кефар, словно читая мои мысли, поднял с земли нож.

— Ни клейма, ничего, — пробормотал старик. — Кусок стали, который можно найти у любого нищего.

Я разочарованно кивнула. Осмотр мертвеца тоже ничего не давал. Ни особых примет, ни взятых с собой вещей. На земле лежал простой иртуласец-работяга, каких в Хелгайе пруд пруди. Если пожалуюсь стражникам, что меня пытались убить, они, конечно, мою жалобу примут. Не могут не принять — я аристократка. Но за спиной только посмеются. Для них мотив будет прост и очевиден — какой-то нищий позарился на золотую цепь. Ни о мальчишке, заманившем меня сюда, ни об отчаянных попытках воткнуть мне клинок в живот стража слышать не захочет.

Это ж ведь тогда придется напрягаться и искать заказчика. А кому оно надо, кроме меня? Дела мои, как известно, в расстройстве, платить за хлопоты нечем…

Мы с Кефаром переглянулись.

— Ун-Фатих, — одними губами произнес он знакомое нам обоим имя.

— Ун-Фатих, — согласилась я так же беззвучно.

Ублюдку надоело ждать, когда я разорюсь, и он перешел к более решительным действиям.

Я повернулась к рабу, который по-прежнему наблюдал за мной с весьма красноречивой улыбочкой.

— Почему мне помог?

— Жалко стало, что такая красотка на тот свет отправится, — в той же развязной манере ответил он.

— А в самом деле?

— А в самом деле — тем паскудам, которые поднимают руку на женщину, такой простой смерти мало, — серьезным голосом сказал раб.

Я задержала на нем взгляд. Шрамы и сильное тело свидетельствовали о том, что этот человек — воин, татуировка в виде лодки — что он еще и моряк. А в свете последних событий мне явно требовался телохранитель.

— Вы его купить хотите? — оживился работорговец, правильно расценив мой интерес.

— Сначала опишите, кто передо мной, — уклончиво ответила я, начиная традиционный танец договоров, в Иртуласе всегда предшествующий покупке. — Может, он не подходит для моих целей. Не зря же его приковали к кольцу?

Правды мне, конечно, не скажут. Будут приукрашивать настолько, насколько это вообще возможно. Но таковы негласные правила искусства торговаться.

Впрочем, владелец оказался рад поскорее заключить сделку, пусть и немного себе в ущерб — лишь бы я не нажаловалась на него страже. Убийство ведь произошло, по сути, прямо в его лавке. А потому все, что нужно, мне выложили за считаные мгновения. Еще и цену скинули, чтобы покупательница благородных кровей ушла довольной.