Меня зовут Марсель! - Вера Бен

Я медленно развернулась и вышла. Мне хотелось вернуться и послать их всех. На три буквы.

Но я не могу. Мне нужна эта работа.

Именно в этой компании я кем-то стала.

Я закончила какой-то потрепанный юрфак в никому неизвестном ВУЗе. Пока училась, работала то тут, то там. И вот нашла эту компанию. И как-то довольно быстро стала «экспертом по пожарам»: как только приходит оповещение о проверках — я готовлю документы. И готовлю их так, что комар носа не подточит. Ни одного штрафа.

Никто не понимает, как называется моя должность (официально я работаю в отделе кадров), но по факту я прохожу проверки и еще занимаюсь кучей всего.

Бухгалтерам я рассказываю, как «подбить» зарплату, кадровикам — какие документы у них должны быть, чтобы можно было кого угодно уволить. Айтишникам — какой код им надо было написать еще вчера, чтобы у администрации быстро выгружались документы и отчеты.

В общем, я очень нужный «хрен знает, кто». В компании я на вес золота, я часто веду себя из рук вон плохо: прихожу на работу, когда захочу, ухожу, когда мне нужно. Но начальству это хоть и не по душе, да вот вклад мой очень дорого стоит. Стоимость одних только штрафов, от которых я ушла, составляет заоблачную (для меня) сумму.

А вот недавно на меня повесили зарплатный проект. Я сначала не хотела его брать, а потом мне стало интересно.

И вот теперь, после того, как я почти месяц разбиралась в нюансах, продавливала этих мужиков из банка и, наконец, нашла решение! Буквально вчера я ушла с работы в полночь, потому что расписала все тезисы для сегодняшней встречи!..

Стоп. А что за бумага лежала перед Светкой?…

— Маш! Ты меня слышишь вообще? — я очнулась от голоса Наташи.

— А? Что? Ты что-то говорила, Наташ? — я повернулась к секретарю.

— Ты как? Света сказала, что ты уже не приедешь сегодня! Виктор Степаныч был вне себя!

— В смысле Света сказала… — меня прервали голоса коллег, выходящих из переговорной.

Я смотрела на прощающихся с гендиректором сотрудников банка как в тумане. Увидела, как они жмут руку Светке, улыбаются главбуху. Уходят. На меня никто не обращает внимания.

— Марсель! Пойдем со мной, — я вздрогнула от голоса Зазубнова.

Мы оказались в переговорной.

— Знаешь, я долго думал, что ты незаменима. Что ты, мало того, что экономишь деньги компании, координируя отделы во время прохождения очередных проверок после жалоб сотрудников, так еще и изобретаешь всякие прибамбасы с айти-отделом. Бухи и кадровики так дифирамбы тебе всегда пели… Но сегодня я, наконец, понял, что ты… Знаешь, тебе в маркетинг надо. Ведь это Светлана все придумывала, а ты нахрапом все ее идеи… Сегодня у меня открылись глаза. Мне и раньше Светлана говорила, что ты… Присваиваешь все ее идеи. Но вот сегодня я увидел, как она четко все разложила на встрече. Все тезисно, по полочкам…

Дальше все как в тумане. Он хвалил Светку, рассказывая, как круто она подготовилась (да, молодец, зараза: украла мои распечатки и читала мой текст), упрекал меня в том, что я ничего не делаю, только присваиваю себе Светкину работу.

В какой-то момент я перестала что-либо понимать и провалилась в какой-то кисель. Мне стало противно, грязно. Он продолжал говорить, а я повернулась спиной и вышла из переговорной.

Да, наверно, надо было кричать, что это мои распечатки, что Светка — змея, но… Я не могла. Мне стало так противно и безразлично на них на всех. Тем более на идиота гендира. И это его тупую задницу я прикрывала все годы?

Я постояла в коридоре и зашла в переговорную обратно:

— Я увольняюсь. Вы — козел. Видеть Вас больше не хочу. Заявление сами за меня напишите. Проверку не натравлю. Обещаю.

Я закрыла дверь в переговорную, не обращая внимания на вытянувшееся лицо гендира, взяла у хлопающей глазами Наташи пальто и пошла к лифту.

Четвертый этаж, третий, второй, первый.

Свежий воздух начала весны принес мне совершенно ненужную свободу.

Глава 3. Моя история

Я бродила по городу. В голове совсем не было мыслей. Желаний не было.

Я осталась без ничего. Без работы, без денег, без телефона даже.

У меня не было эмоций. Думать о работе, о змее Светке было противно. Я просто смотрела на дома и ходила.

«Наверно, надо идти в сторону дома, — вяло подумала я, — денег нет, телефона нет. Как раз к вечеру приду».

Я не помню, сколько я прошла, но, судя по всему, начинался вечер. Скоро кончится рабочий день, и толпы народу вынырнут из офисов, поплывут по домам.

— А у меня нет денег даже на билет на метро! — вслух громко сказала я.

И тут на меня нахлынуло все.

Я как будто убрала защитную стену, и меня накрыла действительность моей жизни: Светка, которую я жалела и прикрывала ее задницу и которая меня так предала, тупой гендир, который не может понять, кто в его компании соображает, а кто змея; отсутствие денег, отсутствие ИСТОЧНИКА денег.

Отсутствие перспектив!

Что я скажу потенциальному работодателю? Я смогу вас отмазать от любой проверки?

Так может, этот работодатель — не такая свинья и у него нет столько жалоб от недовольных сотрудников?!

Я села на ступени какого-то бизнес-центра и закрыла лицо руками. Пальто испачкается… да и пес с ним! Что мне делать? Куда идти?

Были бы живы родители…

Я давно уже запретила себе даже в голове произносить эту фразу — и вот. Она всплыла.

Горе с новой силой накрыло меня. Да, прошло уже больше пяти лет… Мне скоро 24, а их не стало сразу после моего совершеннолетия…

Тот звонок не забыть. Он делит жизнь на «до» и «после».

Все рухнуло в тот день. Но еще держа в руках трубку, ты стараешься отменить эту реальность: вы ОШИБЛИСЬ!

Нет, вы что! У нас элитный дом, он не мог взорваться из-за утечки газа! Вы ОШИБЛИСЬ!

Потом звонки родителям. По очереди. Постоянно. Но «абонент временно недоступен».

Ошибка.

Ошибка!

Они просто забыли зарядить телефон! Да, оба!

Потом ты мчишься домой. Приезжаешь, а там… Там нет части дома, в которой была твоя квартира… Там, где были мама и папа…

Папа так любил маму, он был идеальным мужчиной. Уж если и иметь в жизни кого-то, то лишь такого, как он! Как он смотрел на маму! А как