Черные розы - Саманта Кристи

Я смотрю на часы и снова пишу Бэйлор эсэмэс, размышляя, не взять ли мне такси и не поехать ли к родителям на Лонг-Айленд. Бэйлор пригласила меня пожить у нее в Мейпл-Крик – в том самом доме, в котором мы выросли. Моя вторая старшая сестра – Скайлар – предложила мне комнату в таунхаусе, где они живут вместе с Гриффином. Но у обеих моих сестер сейчас грудные дети. А дети не очень вписываются в мое представление о приятном отпуске. Правда, я и не ожидаю, что у меня тут будет приятный отпуск. Скорее, это будут полтора месяца пыток.

Боже, как жаль, что Чарли сейчас здесь нет! Чарли меня понимает. Думаю, она единственная, кто на это способен.

Я оглядываю зал прилета и замечаю парня, который тоже наблюдает за людьми, как и я. Он непринужденно прислонился к стене, опершись на нее одной ногой. На нем бейсболка, скрывающая – я полагаю – светлые волосы, но не скрывающая его красивое лицо. Он очень высокий, мне приходится задирать голову, чтобы на него посмотреть. Точеные черты его лица слегка грубоваты, а широкая грудь под скрещенными мускулистыми руками – просто воплощение силы и власти. Короткая бородка у него на лице такая светлая, что она заметна, только если внимательно присмотреться.

И почему это я присматриваюсь к нему так внимательно?

В отличие от большинства других мужчин он не пялится на женщин. Он просто рассматривает каждого человека, который попадает в поле его зрения, словно пытаясь разгадать их историю – зачем они здесь и куда они едут?

Мимо него проходит девушка с внешностью супермодели. Я напряженно наблюдаю за тем, как они ненадолго встречаются взглядами. Он едва заметно кивает ей, а затем переводит внимание на следующего путешественника. От меня не ускользает то, как супермодель оборачивается и с тоской смотрит на наблюдающего за людьми незнакомца. Я хихикаю про себя. Готова поспорить, что эта девушка привыкла получать гораздо больше внимания.

Через секунду мужчина отрывается от стены и мчится к плачущему ребенку. Из истерических воплей мальчика я понимаю, что он потерялся. Незнакомец встает рядом с ним на колени, и через несколько секунд мальчик успокаивается – даже улыбается! Вскоре к ним подбегает какая-то женщина и хватает мальчика на руки. Кажется, она благодарит мужчину, а мальчик что-то шепчет ей на ухо. Женщина достает что-то из сумочки, и мужчина на этом пишет. Потом передает мальчику и… не знаю уж почему, но мальчик ужасно рад, что его мама заполучила номер телефона этого чувака. Мальчик и незнакомец дают друг другу «пять», и мальчик с мамой уходят.

И тут происходит нечто необычайное.

Он смотрит на меня. Он смотрит на меня, и у меня подкашиваются ноги. Они меня почти не держат. Мое сердце гулко стучит, а дыхание перехватывает. Меня бросает в жар, а волоски на руках встают дыбом. Боже милостивый! Почему я испытываю такую реакцию по отношению к совершенно незнакомому человеку? Почему я вообще испытываю такую реакцию?! За все мои двадцать один – уже почти двадцать два года – такого еще ни разу не случалось. Я сажусь на ближайшую скамейку и задумываюсь, не подхватила ли я в самолете какой-нибудь вирус.

Он ведь вполне может быть кровожадным убийцей. Кровожадным убийцей, который ошивается в аэропортах и раздает свой номер телефона одиноким матерям перепуганных маленьких мальчиков. Может, он поджидающий детишек педофил – поэтому и не обращает никакого внимания на женщин.

Но по какой-то необъяснимой причине я не могу отвести от него глаз. Он не смотрит на мою грудь. Он ни на секунду не отводит глаз от моего лица. Он наклоняет голову, словно пытается разгадать мою историю – точно так же, как пытался разгадать истории других пассажиров. Потом его лицо медленно расплывается в самодовольной улыбке.

Я отвожу глаза и отправляю Бэйлор еще одно эсэмэс – на этот раз заглавными буквами! – спрашивая, куда она, черт побери, запропастилась. На меня наконец подействовало напряжение от полета и токсины от выпитого алкоголя. У меня болит голова. Я поднимаю руку и распускаю собранные в хвостик волосы. Потом потираю виски и разминаю шею. И тут я слышу его голос. Голос, который проникает мне под кожу, словно нож, плавно разрезающий масло. Голос, который вопреки моему желанию проникает в самое мое существо.

– Ты Пайпер, да?

Несмотря на мягкий, но в то же время хрипловатый сексуальный голос, у меня начинается паника. О боже! Кто он такой? Откуда он меня знает и что ему от меня надо?

Я не могу произнести ни слова. Я пытаюсь собрать мысли и вещи в кучку и раздумываю, не пуститься ли мне в бегство. Но с багажом мне вряд ли это удастся. Он, наверное, думает, что я сошла с ума.

Он ненадолго снимает бейсболку, проводит рукой по волосам, потом снова ее надевает.

– Меня попросили тебя встретить.

Глава 2. Мейсон

Она прекрасна. Это у них семейное, разумеется, и она просто копия Бэйлор, за исключением ее глубоких зеленых глаз. Они цвета стебельков травы, блестящих на солнце после дождя. Но Пайпер обладает необычной красотой, которой нет у ее сестер. Может, это из-за того, что она много путешествует. А может, из-за ее необычных волос. Обычно я не обращаю особого внимания на женщин. Точнее, никогда не обращаю. Но как только я ее узнал – в тот момент, когда она распустила волосы и они упали ей на плечи, – мое чертово сердце остановилось. Кончики ее волос медового цвета выглядят так, словно их обмакнули в черные чернила, обрамляют ее лицо в форме сердца – место которому на обложке модного журнала. Ее волнистые волосы спускаются чуть ниже ключиц, кажется, сзади они чуть длиннее, чем спереди. Прежде чем подойти к ней, мне пришлось сделать шаг назад. Взять себя в руки. Сделать глубокий вдох. Прямо как на поле, перед вводом мяча в игру.

– Меня встретить?

Пайпер побледнела и выглядит испуганной. Она смотрит на меня так, словно я смерть с косой. Она оценивающе смотрит на меня своими выразительными глазами, и я почти вижу, как у нее в голове роятся вопросы. Она плотно прижимает к себе сумочку и смотрит мне за спину.

– Откуда я знаю, что тебя попросили меня встретить? А может, ты психопат и убийца?

По реакции Пайпер я заключаю, что Бэйлор ее не предупредила. Я протягиваю