Темный ангел надежды - Алисон Робертс

— Да, в пятницу. В прошлую. — Макс вздохнул и позволил себе бросить взгляд на безразмерный свитер. — Вы правда думаете, что вас пустили бы на международный рейс? Когда у вас срок?

Она изумленно открыла рот, и он практически увидел ход ее мыслей. Она поняла, что он почувствовал форму ее тела, пока ее поддерживал. Бледные щеки покрылись румянцем, но она промолчала.

Возмущение, вызванное неожиданным вторжением в столь сокровенный момент, давно прошло. Теперь Макс чувствовал искорки любопытства, поневоле разгоравшиеся в остальных. Но здесь была девушка, с которой произошло несчастье, и она нуждалась в помощи.

— Присядьте, — предложил Макс. — Как вас зовут?

— Элли, — ответила она, ни на дюйм, однако, не двинувшись, — Элли Питере.

— Я — Макс. Тот парень, что кладет свой шлем на стол, — это Рик, а это Джет[1].

Это ее удивило, и Макс добавил:

— На самом деле его зовут Джеймс, но он всегда любил самолеты, да и волосы у него черные, видите?

Элли медленно кивнула, в то же время с тревогой поглядывая на остальных. Рик теперь стоял у окна.

— Волосы у него черные только потому, что он их красит, — мимоходом заметил он.

Джет хмыкнул, давая понять, что Рик сполна заплатит за этот комментарий, а губы Элли дрогнули в слабой улыбке. Отлично, она начинает успокаиваться. Может, удастся вызнать у нее, зачем ей так срочно была нужна уехавшая подруга, посоветовать что-нибудь и потом избавиться от нее.

Остальным скоро пора разъезжаться, а они не так уж часто собираются вместе, чтобы их радовала необходимость делить с кем-то оставшееся время встречи. Неудивительно, что Джет выглядел таким раздраженным.

— Хотите что-нибудь выпить? — предложил Макс. Взгляд автоматически упал на ее выпуклый живот. Неудивительно, что он это почувствовал. Удивительно другое: он словно бы и сейчас ощущал эту округлость как часть тела, сотрясавшегося от рыданий, которые она так старалась удержать. Округлость, словно бы отпечатавшуюся в нем самом. Элли смотрела на пивные бутылки на столе. — Я имею в виду, воды или чего-то такого…

— Не хотелось бы прерывать вечеринку, — медленно произнес Рик, — но там, на улице, какой-то парень, и он явно интересуется этой квартиркой.

Элли ахнула и метнулась в сторону, чтобы не быть замеченной из окна. Двигаясь вдоль стены, она украдкой выглянула из-за края оконной рамы.

— О нет! — застонала она. — Это Маркус. Я думала, что оторвалась от него в аэропорту.

— Кто такой Маркус? — поинтересовался Макс, стремительно шагнув вперед и глядя в окно. Однако на улице уже никого не было, кроме таксиста и его машины.

— Он… мы… — Элли явно затруднялась подобрать нужные слова. — Мы встречались. Недолго. Но оказалось непросто закончить с этим.

Было очевидно, что она имеет в виду. Макс подавил вспышку ярости.

— Он вас преследует?

— Ну… вроде того.

— Откуда вы приехали?

— Сегодня? Из Веллингтона. Думаю, он нанял частного детектива и тот выследил меня по билетам на самолет. Ему ведь пришлось лететь из самого Окленда, чтобы успеть к моему рейсу.

— Окленд! Ну конечно! — прищелкнул пальцами Рик. — То-то мне этот тип показался знакомым.

Все моментально повернулись к нему.

Макс и Элли хором воскликнули:

— Ты его знаешь?

— Маркус Джонс, хирург-ортопед, не так ли?

— Д… да, — запнулась Элли, совершенно сбитая с толку.

Рик пояснил:

— Встретился с ним, когда работал в Оклендском госпитале несколько лет назад. — Он невесело вздохнул. — У одного парня была довольно неприятная спинномозговая опухоль. Я собирался попробовать новый метод. Немного рискованный, но в целом вполне реальный. Нервы бы не повредило. — Макс и Джет понимающе кивнули. — Однако этот тип умеет убеждать. Уговорил пациента и его родню следовать традиционной процедуре. Бедняга вышел с параличом конечностей и искусственной вентиляцией легких. Возможно, уже откинул копыта.

Макс поймал вопросительный взгляд Джета и слегка кивнул:

— Играет по правилам.

— Да, черт побери, он считает, что способен устанавливать правила! — бросил Рик.

— Значит, вот как? — Макс произнес это достаточно угрожающе, чем заслужил одобрительные взгляды остальных.

Однако стоило ему взглянуть в широко раскрытые глаза Элли, как он увидел — она совершенно не понимает, о чем они говорят, и это совсем не способствует ощущению безопасности. Стоит ли тратить время и объяснять ей, что одной из вещей, что их связывали, было убеждение, которое все они разделяли, — иногда правила нужно нарушать? И каждый из них ни минуты не колебался, делая это, когда считал необходимым.

Но времени не осталось. Раздались удары в дверь, гораздо более требовательные, чем нерешительный стук Элли.

— Открой дверь. — Тот, кто это сказал, явно привык командовать. — Я знаю, ты здесь, Элеонора.

Джет двинулся к двери.

— Нет! — выдохнула Элли. — Пожалуйста…

Макс и Рик встали по обе стороны от нее. Макс покачал головой:

— Вряд ли он уберется отсюда без посторонней помощи. Ты здесь в безопасности, помнишь?

— Ну… — проговорила она неразборчиво, но с надеждой, и это словно зацепило какую-то струну в душе Макса.

— Ты хочешь, чтобы он ушел, не так ли?

— Да.

— Навсегда?

— Да!

Джет распахнул дверь.

— Наконец-то. — Невысокий мужчина в полосатом костюме шагнул через порог. — Пойдем, Элеонора, такси ждет.

Элли молчала. Макс видел, как дрожат у нее губы, хоть она и старается сжать их крепче. Пришелец сделал еще шаг вперед и только тогда заметил, что Элли в квартире не одна. Он оглянулся на Джета, который закрыл дверь и прислонился к ней спиной, скрестив руки на груди, с угрожающим выражением лица. Макс чуть было не ухмыльнулся: никто не умеет разыгрывать опасного парня лучше, чем Джет. После Джета взгляда удостоился Рик и, наконец, сам Макс. Хорошо, что они все еще были одеты в свои черные «косухи», — они только сегодня вернулись из ежегодной памятной поездки в честь Мэтта. И еще лучше, что все они дюймов на шесть повыше, значительно крепче и намного моложе пронырливого хирурга.

Маркус Джонс прочистил горло:

— Кто эти люди, Элеонора?

Элли по-прежнему не произнесла ни слова. Она сейчас заметно напоминала дикое животное в свете фар, решил Макс и снова перевел взгляд на нежданного визитера. Он наблюдал, как Маркус нервно сглатывает, выдавая волнение, и вдруг понял: этот человек — попросту мерзавец. Мысли о том, что он запугивал женщину, стоящую рядом, оказалось достаточно, чтобы в его груди вновь заклокотал гнев.