Мечта моя хрустальная - Алиса Ренар

А потом лифт вдруг рванулся, как пес на привязи, и резко застыл. Ксения выпрямилась, сделала шаг к двери, но в ту же секунду в кабине погас свет и на нее навалилась удушающая темнота, плотная, как ватный кокон. От неожиданности Ксения замерла в неудобной позе, потом, дрожа от страха, медленно нашарила на стенке кнопочную панель. Ее пальцы давили на все кнопки, но те только глухо щелкали, и даже когда она начала бить по ним кулаком, лишь хрустели, но не реагировали на удары. Ксения бегала по кабинке, скребла ногтями по раздвижной двери, пытаясь выбраться наружу, а когда иссякли силы, просто упала и скорчилась на полу, закрыв голову ладонями и крепко прижав их к ушам. Мелодичный голосок из маленького динамика над панелью управления на трех языках попросил Ксению не беспокоиться, пообещав, что лифт через две минуты откроется, но она ничего не слышала. В голове барабанным боем пульсировала кровь, было тяжело дышать, каждый вдох со свистом разрывал легкие, болезненно отдаваясь в затылке, и весь этот шум вдруг стал непереносимо оглушительным, настолько, что она уперлась лбом в колени и застонала… Это было самое страшное, что могло с ней произойти!

А все, что случилось позже, сумбурные обрывки того осеннего вечера и ночи, Ксения так и не сумела связать воедино. Разрозненные куски не сложились в ее сознании в цельную картину. Единственное, что она запомнила остро, – это ощущение дикого счастья, нахлынувшего на нее, когда двери лифта мягко открылись, залив светом кабину и вернув Ксению к жизни.

А потом она увидела мужчину, который приковал к себе ее память и волю, и это странное видение в освещенном проеме лифта осталось с ней навсегда. Незнакомец что-то говорил, низко склонившись над Ксенией, но что именно – она не слышала или слышала и не понимала смысла слов, ей было все равно. Она просто смотрела на него, пристально, не отрываясь. А потом ей почудилось, что незнакомец упал на нее, потому что его лицо оказалось вдруг рядом с ее глазами, так близко, что Ксения четко разглядела его скулы и рот. Потом пространство вокруг сдвинулось и неожиданно сместилось. Ксения поняла, что мужчина несет ее на руках и все ее тело безвольно болтается в его объятиях… Почему она даже не попробовала вырваться из рук чужого человека, не встала на ноги, не ушла?.. Вместо этого она прижалась носом к его груди и закрыла глаза, с удовольствием ощущая спиной и бедрами сильные руки, покачиваясь в такт упругим шагам.

Ксения проснулась в четыре утра. Она лежала раздетая в чужой постели, и рядом спал темноволосый незнакомец, перекинув через Ксению тяжелую руку. Осторожно подвигав руками и ногами, Ксения поняла, что мужчина тоже голый, и испугалась. В ее памяти образовалась огромная брешь, и страшно разболелась голова, когда Ксения попыталась эту брешь заполнить. Был лифт и ее спаситель, ее слезы, широкая кровать с клетчатым пледом, да, а еще этот человек отпаивал Ксению коньяком! И гладил по голове, успокаивая, когда она взахлеб рассказывала ему про свои страхи и беды… Может быть, мужчина раздевал ее… Ксения помнит его руки, она бы никогда этого не забыла, ни за что! И как он целовал ее – тоже. Господи, если это все ей не приснилось, конечно!

Ксения вздрогнула и осторожно приподнялась на локте, стараясь не потревожить сон мужчины. Так странно. Если она лежит голая рядом с ним, значит, все это не было сном! Но… подобного просто не могло произойти, потому что это же она, Ксения, с ней таких вещей не случается!.. Закрыв глаза, она снова легла, решив дождаться утра. Этот сон прекрасен. Этот мужчина – не более чем ее мечта, утром она проснется на своей железной кровати в своей квартире и будет вспоминать ночное сновидение и грустить о том, что ей никогда в жизни не встретится такой человек!..

Утро принесло Ксении столько боли и разочарования, что она раз и навсегда запретила себе вспоминать ту ночь, словно ее никогда не существовало. Точно не было этого жуткого приступа в лифте и мужчины, с которым она лежала в одной постели, касаясь его обнаженного тела… Этого мужчины не могло быть! Потому что, признав эту реальность, Ксения не смогла бы забыть и то, что последовало за нею. А как жить, зная, что она совершила преступление, что она поступила низко, подло, гадко?

Тем утром Ксения встала в начале седьмого, мужчины рядом с ней уже не было… Куда он ушел? Но, наверное, это и к лучшему, так Ксения тогда решила. В его номере было пусто, никакой мужской одежды на стуле или блокнота на столе, ничего… Словно он и правда приснился. Ксения медленно оделась, глядя из гостиничного окна на старый мост, на воду, матово поблескивавшую в тусклом свете осеннего утра, и у нее почему-то поднялось настроение.

Однако все в одну секунду изменилось: в номер постучали, потом еще раз, и Ксения, выскочившая в прихожую, услышала за дверью странно знакомый женский голос, нетерпеливый, беспокойный. А потом в замке шевельнулся ключ…

– Егор! – Женщина прошла в пустой номер, заглянула в ванную, снова вернулась в комнату. Тонкие каблучки цокали по паркету, то приближаясь к креслу, за которым, свернувшись калачиком, спряталась Ксения, то удаляясь от него, заставляя девушку умирать от страха и вздыхать от облегчения.

Женщина держалась очень уверенно. Она, конечно же, имела право здесь находиться, ведь у нее был ключ! И она знала, что хозяина номера зовут Егором. Эта женщина наверняка была очень красива. Ксения плохо разглядела ее в щель между креслом и телевизором, но это была элегантная, стройная дама. И она пришла в номер к своему мужчине.

А она, Ксения, провела ночь в постели чужого мужчины… Она! Та, которая больше всего на свете ненавидит предательство, это именно она сделала то же самое, за что никак не могла простить своих близких! Это она, а не кто-нибудь другой, десять минут тряслась за креслом, прижав к себе куртку, ботинки и джинсы, пока женщина не ушла!.. Потом Ксения бежала домой и плакала, не обращая внимания на недоуменные взгляды прохожих. Она никого не видела вокруг себя, потому что в этот момент принимала важное решение. Ксения пообещала себе никогда больше не искать встреч с этим мужчиной. Никогда не проходить мимо этой гостиницы, чтобы даже случайно не столкнуться с тем, кто был с ней всего одну ночь.

Ксения и правда перестала появляться на набережной и к отцу пришла только на вокзал, чтобы проводить их с Катей назад, в Москву. Она извинилась за свою вспышку в тот вечер, и все решили «забыть про дурацкую ссору». Ксения сумела заставить себя не вспоминать про ту женщину в гостиничном номере, которая смутно показалась ей знакомой, и даже ни разу не упрекнула себя в случившемся!..

Вот только не думать об этом мужчине с высокими скулами и серыми глазами, забыть о том, что у него большие сильные руки, что его зовут Егор и что у него в уголках рта есть маленькие морщинки, которые видны, только если на них смотреть близко-близко, выкинуть его из головы и жить так, как она жила до встречи с ним, Ксения так и не смогла.