Снеговик - Элина Градова

Сразу всё с собой припасла: несколько пар варежек по карманам, пока комки катаю, все задействую, чтобы руки не морозить. Морковку поровнее и шапку с шарфом. У меня этого добра полно. Ясное дело, что бомжи снимут или ребятня применит куда-нибудь, но дар снеговику надо преподнести по всем правилам, а иначе, желания не исполняются!

Глава 2

Так вот, собралась, всё в пакет сложила и во двор на дело. Пока катала комки, рассказывала своему, ещё недоснеговику о желаниях. Главное из них — хочу чуда! Жениха уже больше не прошу, так и сказала,

— С любовью, вопрос с повестки дня снят. Мне хватило прошлогоднего подарочка, который вынес из квартиры всё самое ценное, пока я в издательство ездила, хотя особо и нечего было. А уж, какого принца из себя строил! Познакомились на день Святого Валентина, романтично, жуть! Месяц в дифирамбах купалась, пока оплошность не допустила, оставив одного в квартире, доверилась дура!

Так что, сам думай, холодненький мой, кругленький, красноносенький мой, каким чудом меня удивить в этом…

— Кхм… — слышу сзади, дёргаюсь невольно, — у тебя кофе сбежало.

— Сбежал, вообще-то, — поправляю ошарашенно, потеряв мысль, так как гость, подпирая косяк, наблюдает за мной смеющимися абсолютно трезвыми глазами, — кофе мужского рода… — и опять упустила! Вот, как так? Стояла над ним и прозевала!

— А теперь без разницы, — продолжает, как ни в чём не бывало, — всё равно, пить нечего.

Я с опозданием хватаюсь за горячую ручку, обжигаюсь, всё-таки, снимаю с помощью полотенца. Начинаю вытирать лужу на плите, лишь бы не смотреть на него, а в глазах: голый наглый натурщик.

Натурщик точно, по-другому не назвать — идеален. Мускулы прокачаны так, что можно атлас анатомический с него рисовать, фигура ладная, а лицо опасное, хотя и привлекает чем-то. Но дело не в лице, из всей одежды на натурщике лишь мой шарф, обмотанный на манер набедренной повязки, практичное применение, ничего не скажешь!

Надо, что-то делать! Не прятаться же вот так, типа не смотрю, значит, и нет его. Тут он стоит, рядышком, позирует зараза, и не стыдно нисколько! Поправляю очки, собираюсь с духом,

— А, Вы кто, вообще-то? — гляжу в упор, чего бы мне это ни стоило.

— Снеговик, — отвечает, не моргнув глазом! Нормально?!

— Ктооо?

— Снеговик, говорю! Ты вчера сама меня слепила во дворе, помнишь? — какой-то нелепый розыгрыш!

— Гражданин, Вы — псих?! — терпеть не могу розыгрыши, — или нас снимает скрытая камера?

— Интересно, где же я её спрятал? — хмыкает самозванец, — может, поищем? — и начинает медленно разматывать повязку! Благо, шарф длинный, ниток я на него, помнится, не пожалела.

— Не надо, пожалуйста! — взвизгиваю, хотела быть сдержанной и суровой, но голос предательски дал петуха в самый неподходящий момент, — шарф не снимайте!

— Как скажешь, — вальяжно отвечает, возвращая бахрому на своё место.

— Вы бы шли к себе домой, — прошу, — давайте позвоню кому-нибудь. Друзьям, родным, чтобы вещи принесли. Оденетесь и пойдёте.

— Куда же мне идти? — задумывается, но ненадолго. Или только изображает задумчивость, — мой дом теперь здесь. Ты меня создала, значит, я твой.

— Предупреждаю, будете издеваться, вызову психбригаду! — чем ещё грозить, не представляю, — там всех принимают, у кого с головой проблемы. И дом предоставят, и кормить будут бесплатно.

— Кормить? — переспрашивает, — я бы поел и правда, — вот это наглость!

— Вы же снеговик! — уфф, сориентировалась быстро, — зачем Вам еда?

— А, чуда тогда, зачем просила? Вот, я стал человеком! Не чудо ли?

— Ещё и подслушивали? — сидел, где-нибудь в кустах и ухмылялся на мой бред вчерашний, чего я там только не наговорила! Чувствую, что лицо начинает гореть.

— Очень интересно, — не унимается снеговик, — сама мне битый час втолковывала, что с мужиками засада, вопрос любви с повестки дня снят, потому что вокруг никого из приличных не осталось, хоть караул кричи, никто не отзовётся! Пришлось вот собой пожертвовать!

Получай идеального, с могучим торсом красавца! А сама теперь на попятную? Я тут, понимаешь ли, расстарался, хотя налепила таких корявых комков, попробуй из них красавцем стать? А морковка твоя, знаешь, где сегодня утром у меня торчала?! — после этих слов мой взгляд невольно упирается в шарф. Он перехватывает его и подтверждает, — именно там!

— Это был нос, вообще-то, — оправдываюсь.

— Местной шпане расскажи, что это было, — ворчит снеговик, — еле спасся от гадёнышей.

— И Вас весь двор в таком виде лицезрел?!

— В каникулы в семь утра во дворе нет никого, а засранцы эти возвращались откуда-то, вот и напали на меня бедного. Ну, я тогда ещё из снега был. Пугануть пришлось после членовредительства, а уж потом скрываться, пока не очухались.

— Ах, Вы скрываться ко мне явились? — а я уж, размечталась о кренделях небесных! Думала и, вправду, моё желание исполняет.

— Совмещаю, — поясняет безо всякого смущения, — приятное с полезным. Да и не узнают в новом образе… Может, поедим, всё-таки?

— Может, мне сначала, штаны Вам подыскать, какие-нибудь? — я бы в таком виде не о еде волновалась, но этому всё нипочём! Лишь бы пожрать, ну снеговик же! Ясное дело, привык голышом на морозе разгуливать… Стоп! Я, что поверила в этот бред?! Как он меня запутал?

— Ну, не отказался бы от штанов, конечно, только откуда им здесь взяться? Вчера же сказала, что в одиночестве прозябаешь… — я говорила-то, вроде, вполголоса. Как он услыхал?

— Треники найду пошире, налезут, думаю. А потом идите на все четыре стороны!

— Замёрзну там и умру, не жалко? — издевается гад и не смеётся ни капли!

— С чего бы умирать-то? Снеговику на морозе — самое место!

— Говорю же, человек я теперь!

Приходит мысль, что его хулиганы по голове ударили и раздели. Теперь у товарища амнезия, и он считает, что в прошлом был снеговиком. Надо, как-то память ему возвращать, а то так и пропишется на моей жилплощади,

— А зовут Вас как?

— Имени ты мне вчера не дала, так что Снеговик, наверное… — размышляет на полном серьёзе, — давай, что ли Снегом называй для краткости.

Не купился, зараза. Надо, что-то другое придумать. Продолжаем разговор,

— Снег — это не имя, это состояние атмосферных осадков в виде белых хлопьев, представляющих собою кристаллики льда, а также сплошная масса этих осадков, покрывающая землю зимой, — во, как выдала, прям ходячая Википедия!

— Тогда сама придумывай, мне без разницы! — вижу, обиделся.

— Айсмен годится? — вовремя торкнуло, — ледяной человек, снеговик, считай.

— Айс- мен, — произносит, растягивая по слогам, словно пробуя на вкус, улыбается, — согласен, мне нравится!

Глава 3

А улыбка у