Жена короля-дракона - Лили Орландо

Я верила.

И когда дворец начали готовить к приёму Аодхфайонна. И когда украшали к празднику. И когда меня заперли, не доверяя моему благоразумию.

Я продолжала верить.

Поэтому рассвет судного дня застал меня в моей комнате. Этой ночью я не спала. Дожидалась сигнала, о котором условились с Коилином. Белую голубку, которая должна постучать в моё окно.

Я не раздевалась. Так и лежала поверх покрывала в дорожном платье. А собранная сумка лежала на подоконнике.

Но голубка не прилетела.

С рассветом в дверь постучали. Скоро приедет высокий гость. Пора готовиться к встрече с ненавистным женихом.

Я даже не двинулась с места, когда в комнату зашли горничные. Не пыталась забраться под одеяло, снять платье или спрятать дорожную сумку. Знала, что отцу донесут о попытке побега. Но мне уже было всё равно.

Теперь меня ничто не спасёт.

Девушки раздели меня, расплели сбившиеся за ночь волосы, отвели в купель. Они молчали, но на лицах отражалось сочувствие. Даже горничные жалеют меня. Ну конечно, мы же слушали одни и те же сказки о короле-драконе, чудовище из замка на скале.

Больше я не плакала. И не только потому, что герцогской дочери не пристало показывать слабость перед прислугой. Но и потому, что мной овладело какое-то отупение после бессонной ночи и пережитого напряжения. В предыдущие дни страха и отчаяния было так много, что теперь я ничего не чувствовала.

Меня вымыли душистым мылом и помогли выйти из купели. Потом натёрли кожу ароматным маслом. Высушили и расчесали волосы. Я не сопротивлялась. К чему теперь? Позволяла себя вертеть, словно тряпичную куклу, с которой играла в детстве.

Платье надеть не успели. Пришёл отец. Служанки поклонились герцогу и сбежали, так и оставив меня завёрнутой в покрывало.

Отец тяжело опустился в кресло напротив. Он долго смотрел на меня и молчал. А я не могла заставить себя поднять взгляд. Всё знала, всё понимала, но ощущение предательства близкого человека не отпускало меня.

Он мог попытаться сделать хоть что-то, но предпочёл безропотно отдать меня чудовищу.

– Оксианна, – голос отца был усталым, – прошу, не забывай, кто ты есть. Не опозорь свою семью.

Не опозорь?!

Я не ослышалась? Он сказал именно это?

Теперь уже наши глаза встретились. И в моём взгляде не было ни следа покорности. Он отправляет меня на то, что хуже смерти, и хочет, чтобы я вела себя как безропотная овечка?

Ну уж нет.

– Я никогда этого не забуду, ваша светлость, – пообещала ему и, поплотнее завернувшись в покрывало, вышла в другую комнату.

Через несколько минут вернулись служанки. Уложили волосы и помогли надеть платье. Норин заикнулась было, что я слишком бледна, и попыталась подрумянить мне щёки.

Я отмахнулась, и краски разлетелись по полу.

– Не трогай! – сталь в моём голосе заставила служанок попятиться. – Жертве ни к чему радовать своего палача румяными щеками.

Мне было всё равно, как я выгляжу. Но зеркало стояло прямо передо мной. В нём отражалась юная девушка со светло-каштановыми волосами и печальными глазами, исполненными небесной синью. Моё лицо действительно было бледным. В тон белоснежному платью, которое должно продемонстрировать дракону мою непорочность и чистоту помыслов.

Непорочность была в наличии. Коилин не посмел бы коснуться меня до свадьбы. Хотя в последние дни, признаюсь, мысли у меня бродили всякие. Пусть потеря невинности и разрушила мою репутацию, зато я была бы свободна от посягательств дракона.

Но отец, словно чувствуя мой настрой, велел запереть в комнате. Выпускали меня только в столовую. Да и то под конвоем.

Герцог Кернуол оказался прав. Помыслы его дочери не были чисты.

Я пока не знала, что именно буду делать. Но этому чудовищу не достанусь. Не будь я Оксианна Кернуолская.

За дверьми меня ожидала стража. С губ слетел смешок. Дожили, собственный отец в собственном доме обращается со мной, как с узницей. Что же будет дальше?

Впрочем, это уже был не мой дом. И не мой отец. Совсем скоро я перейду в собственность короля-дракона. И тогда для меня всё будет кончено.

Один из стражей шёл впереди, указывая дорогу, словно я её не знала. Второй перекрывал путь назад. Но шла я с гордо поднятой головой. Король-дракон не увидит моих слёз и моей слабости.

Когда конвой подвёл меня к тронному залу, эмоции зашкаливали. От отчаяния до злости и желания бороться с судьбой, а потом обратно.

Двери передо мной распахнулись. Распорядитель ударил об пол и объявил:

– Оксианна Кернуолская.

Глава 2

Это была она.

Йонн с трудом подавил порыв, удерживая дракона внутри. Аодх учуял её запах и теперь бесновался. Схватить. Унести. Обладать.

Их разделял целый зал и толпа народа. Но для дракона это не расстояние. Ведь Аодх почувствовал её аромат с высоты облаков, просто пролетая над ней.

Герцог Кернуол и не подозревает, что едва не лишился дочери в тот день. Йонну стоило большого труда сдержаться самому и остановить дракона. Аодх знать не хотел о каких-то правилах и приличиях.

Наше. Взять.

Йонн усмехнулся голосу в голове, продолжавшему ту же песню. При едином теле в их паре главный – он, человек. И для него Оксианна была лишь бледной испуганной девушкой, вошедшей в тронный зал в белом платье невесты.

Да, эта женщина сможет родить ему наследника. Даст возможность влиять на взявшего себе много воли Кернуола. Но и всё.

В ней не было ничего особенного.

Право слово, с какой-нибудь крестьянкой всё было бы проще. Ту Йонн просто унёс бы в замок, позволил себе и дракону удовлетворить похоть, а потом отпустил довольную девку с богатыми дарами.

Но Аодх выбрал дочь герцога.

А потому пришлось обуздать свою жажду немедленного обладания и сообщить Кернуолу о счастливой возможности породниться с самим королём-драконом.

Йонн выдержал минимальный, положенный приличиями срок. Дольше ждать он не собирался.

И пусть пока никто не подозревает, что помолвка окончится свадьбой сегодня вечером. В небольшом храме молодых уже ждёт жрец, чтобы соединить навсегда брачными оковами.

Йонн снова усмехнулся. Эти оковы он наденет с радостью. Взгляд заскользил по ладной фигурке, которую уже сегодня ночью он исследует со всей тщательностью. Длинные ноги, пусть и скрытые платьем в пол. Тонкая талия, которую он легко обхватит двумя руками. Высокая грудь, натянувшая лиф и так и просящаяся в ладони. Изящная шея. Маленькие ушки, которые он попробует на вкус.

Как и всё остальное.

И в этот миг король встретился глазами с юной Оксианной. О, как она вспыхнула.