Мои сводные монстры - Дана Блэк

Всё.

Просто мне двадцать два. И я могу совмещать учебу с работой, ведь братья Рождественские тоже с этого начинали - внушает мне папа.

- Короче. Тебе нужна работа или нет? - Вика делает шаг к дверям. - Если нет - я одна пойду.

Хорошая зарплата - было написано в объявлении.

И на собеседование нас ждут прямо сейчас, раз уж нам с Викой так не терпится - мы сразу останемся на стажировку.

На часах одиннацать вечера.

Если я проторчу здесь до девяти утра, то в каком виде завтра на ужин к образцовой семье явлюсь?

Вика поторапливает:

- Аллё. Ты чего боишься? Что братьям сводным не понравишься? Из-за того, что в сауне работаешь? Это же “Пантера” - она кивает на вывеску. - Крутое место. Может, твои Рождественские сами тут тусят? Вон, девушек заказали.

Подруга хрипло, чуть прокуренно смеётся.

Хмыкаю в ответ. И с сомнением оглядываюсь на свою машину, запаркованную ровнехонько под знаком “Парковка запрещена”.

Знак этот на столбе, а сверху дерево нависает.

Неудачное место, но припарковаться здесь тупо негде, стоянка забита. В сауне сегодня будет жарко, я чувствую.

- Короче. Пока. Я пошла, - бросает Вика и стучит каблуками ко входу.

Если мне что-то не понравится - сразу уйду.

Меня же здесь не запрут?

И уж точно здесь не отдыхают мои будущие сводные братья, быть такого не может.

Шутница Вика.

Мне нечего бояться.

- Подожди, - поправляю спадающий с плеча ремень сумки и тороплюсь за подругой. - Стой ты. Я тоже иду.

Бегу за Викой.

Дверь сауны распахивается навстречу.

И я врезаюсь в чью-то твердую грудь.

- Извините, - вскидываю голову.

И замираю, наткнувшись на пристальный взгляд темных глаз.

Мужчина небрежно вытягивает из-за уха сигарету.

Смотрит на меня неотрывно.

- Я подумаю, - говорит низким, глубоким голосом. - Извинять тебя или нет.

И уступает дорогу.

- Алис, - дерагет меня Вика.

- Да-да, - встряхиваюсь, сбросить с себя пытаюсь этот откровенный взгляд, которым он меня с ног до головы облапал.

И юркаю в сауну.

Глава 1

Арон

“Завтра, в 19.00 официальная помолвка. Жених придет с дочерью на смотрины” - забиваю напоминалку в календарь и бросаю органайзер на стол.

- Телок давно вызвали? - Шведов тычет мизинцем в экран телефона и морщит лоб - время подсчитывает. - Надо было пять заказать, я с двумя люблю, - делится он подробностями. - А в сауне тем более.

Ерошу спадающую на лоб мокрую челку.

У меня завтра встреча с клиентом в половину седьмого. Если перенести на воскресенье, получится, что сдвинется другая встреча, на час примерно.

- Чё у них за сервис такой, час ждём. Я бы уже троих трахнул, пока они едут. Три бабы, три пещерки с сокровищами, - Шведов разражается хохотом.

Перевожу на него взгляд.

Крупный волосатый бык-осеменитель. На безымянном пальце обручальное кольцо. Оно тихо звякает об стакан, когда он виски отпивает.

Капли падают в черную бороду.

- Так, похер. Пока телки едут. Бомбану-ка я тост, - у него два переключателя в мозгах, бухло и бабы.

Он держит паузу.

И вываливает свою бомбу.

- За тебя, Рождественский! За лучшего адвоката в городе. За того, кто и Чикатило оправдает. За тебя, сукин ты сын! - надрывается мой будущий клиент.

- Кто тут сукин сын? - швыряю сырный шарик в его стакан. - Перепил - закуси, - откидываюсь на диване.

- Э-э…- Шведов щурится на плавающий в виски шарик.

С любопытством жду реакции.

Встанет и наваляет мне. Или стерпит.

Он ставит стакан обратно на стол.

- Че ты блин, братан. Я образно.

Стерпит.

Ясно. Так и думал.

- Давай без образов, - ладонью скрываю зевок. - Лучше по факту.

Тру глаз.

Не день, а мясорубка, я в ноль.

А сейчас финская парная, бамбуковые веники, и скоро подъедут девочки.

Девочек хочу, я месяц пахал, как хренов конь.

Завтра еще эта помолвка.

Час назад я и не знал, что мать всерьез замуж собралась. О таких событиях предупреждают заранее. В нашу семью нельзя дверь с ноги открыть и ввалиться с улицы, есть же традиции.

И жениха-то я видел, знаю его. Мозги на месте, раз в правительство пробирается, все у него схвачено, скоро усядется в хорошее кресло.

А вот что там за доченька у него?

Избалованная малолетка, наркоманка, мажорка, кто?

- А тост-то был песня, - партнёр Шведова уплетает шашлык. Похлопывает себя по голому круглому пузу. - Про твое утреннее слушание на каждом углу поют. Ай-на-нэ. Ай, молодца, Рождественский.

Сидит и словесно зад мне нализывает. И скалится.

Смотрю на голубую воду в бассейне и усмехаюсь.

Вообще, он прав, я всегда молодца.

Я ни разу не проиграл дело.

Главное не участие. Главное победа, иначе зачем жить. Пресно, мелко, без огня и азарта.

- Если ща не привезут шлюх, - Шведов разыскивает на столе чистый стакан. Плещет туда виски. - Пойду и натяну администраторшу.

- Мудрое решение, - киваю на его планы. - В твоём положении.

- Слышь, ты че такой нудный? Шутка-юмор, мля.

Он ржёт.

Зря.

Есть сказка. И конец ее зависит от меня.

А сказка такая. Жили-были четыре партнёра, крепко дружили, крутым бизнесом владели на паях. Потом один из них пропал без вести.

А остальные трое гуляют под прицелом ментов.

И вот они сидят в сауне на диване напротив.

Едят шашлык, виски хлещут.

И переговоры ведут.

Надеются.

Что я чистыми их вытащу из дерьма, ведь я лучший, ни одного дела не проиграл.

- Опа на! - радуется Шведов.

Поворачиваюсь на дверь.

Одна за другой в зал вплывают длинногие девочки в купальниках. Купальники цветные, а девочки одинаковые, унылые курицы, гарантия качества, мастерство в облаках и там же цифра мужиков, натянувших на хер этих сосок.

Хотя нет.

Последняя клёвая.

Взгляд невинный на пять с плюсом отрепетировала. Не подкопаешься.

Поверю сейчас, что она новенькая у них.

Она на ту девчонку похожа, с которой мы в дверях столкнулись, когда я покурить вышел.

Она смотрит на меня.

Я в трусах.

Она не краснеет, но вспыхнула, знаю, зажглась, я вижу и люблю когда так. Когда работа в удовольствие.

Сегодня и до утра я